Задрожали стекла, завибрировал пол — во двор въехал вернувшийся из леса автобус. Те, что постарше, кинулись в раздевалку. Кто-то хлопнул входной дверью. И вот уже целая ватага во дворе. Суетятся возле распахнутых дверей автобуса — вытаскивают елку и торжественно несут в дом. Самые сообразительные забегают вперед: спешат выдернуть дверные крюки, иначе елку не втащить. Но вот раскрыты двери, и по лестнице вплывает в коридор зеленое, колючее и пахучее чудо.
Ни один праздник не приносит столько радости детворе. Но у меня эта радость смыкается с печалью, мне представляется иная картина: я уже вижу эту пышную красавицу никому не нужной, брошенной. Больно смотреть на скелетики отслуживших новогодних елок, валяющиеся по всему городу вблизи помойных ящиков.
Решили мы однажды вырастить на территории детдома собственное дерево, чтобы не губить лесную красоту, а наряжать елку прямо во дворе на зимнем воздухе. Съездили в лес и выкопали в глухой чащобе малютку. Посадили. Елочка росла. В жаркие дни она испускала бодрящий смоляной аромат. Ее поливали, подкармливали удобрениями, по прибывающим из года в год кольцам веток считали возраст — ждали. На бывшей цветочной клумбе просторно было елочке, до самой земли распустила она свои ветви. Нам и в голову не приходило, что кто-то, кроме нас, следит и ждет. Однажды в канун Нового года деревца на месте не оказалось. О нем напоминал лишь косой срез пенька.
Не мог тот гнусный субъект не знать, на чью радость он покушался. И ведь не выронил топор. Поднять бы ему глаза на вывеску, прочитать еще раз лишь два слова «слепоглухонемые дети» и содрогнуться от мысли о задуманном.
Хороший был урок нравственности нашим ребятам. Вот и ответ на часто задаваемый нам вопрос: как воспитываете вы у своих детей нравственные представления? Частенько посторонние помогают нам их воспитывать. Помогают через срубленную елочку, украденных кроликов, сломанный забор. Всего не перечтешь. Но есть у нас непреложное правило: вместо одной похищенной елочки мы выращиваем двенадцать, вместо четырех кроликов — сто. В этом источник нашей силы, нашей веры в собственные возможности. Так мы учимся противостоять неудачам, побеждать невзгоды. Радость от проделанного усилия и маленькой, но победы над обстоятельствами дает новые нравственные образования…
К утру разыгралась вьюга. С трудом преодолевая снежные заносы, я медленно приближаюсь к детскому дому. Открываю калитку и вдруг чувствую под ногами надежную опору. Поднимаю глаза, гляжу сквозь залепленные снегом очки: передо мной в несущейся снежной пыли мечутся, словно бесы, темные тени. По обеим сторонам двора — огромные сугробы. Ну, конечно! Это мои комсомольцы проснулись ни свет ни заря и решили противостоять непогоде. Вон носится с жестяным грейдером Сережа. Олег везет на фанерном листе огромную кучу снега. Радж и девочки закидывают лопатами снег за высокий сугроб.
Олег вытягивает мне навстречу руку с поднятым над кулаком большим пальцем — хорошо! Он рад, что я вижу их трудовой энтузиазм. Вот эта личная удовлетворенность общим делом, осознание его значимости для окружающих и есть стимул, вызывающий потребность в труде, позволяющий формировать чувство ответственности, долга, совесть. Мимо с грейдером движутся слепой Юра и слабовидящий Коля: усилия двойные, а управление целиком Колино. Коля приостанавливается, что-то дактилирует Юре в руку. Оба улыбаются и давят на грейдер с еще большим рвением.
Хватаю в сарае лопату и спешу на помощь. К завтраку двор свободен от снега, перед зданием тянется огромный снежный вал. Он на службе у техники безопасности. Все от мала до велика знают, что за него заходить рискованно. Чердак у нас теплый, и с крыш часто свисают сосульки, которые не успевают сбивать. Когда долго нет снега, вал худеет: снег увозят со двора на детскую площадку, где он идет на строительство горки и различных снежных скульптур, а в сугробах мальчишки роют глубокие гроты.
Вывоз снега сопровождается лихой ездой на санках. Тут простор мальчишескому воображению. Санки с ящиком могут быть и автомашиной, и танком, и самолетом, и просто повозкой. Вот «летит кибитка удалая», движимая одной, но достаточно мощной человеческой силой в лице Олега или Сережки. Крутые виражи с фонтанами снега, опрокидывание, радостная возня, смех.
Раскрасневшиеся, облепленные снегом, отряхиваем в тамбуре одежду и входим в дом.
Девочки бегут вешать «молнию»: опять отличились наши комсомольцы. Сегодня в знак наивысшего признания их заслуг под «молнией» будет стоять подпись директора.
Поднимаюсь по лестнице, двери зала приветливо раскрыты, оттуда исходит волнующий запах свежей хвои. Елка установлена, и электрик уже укрепил на ветках гирлянды лампочек.
Все больше примет приближающегося праздника. Вот промелькнула и скрылась в библиотеке Снегурочка, из приоткрытой двери мастерской выглянула короткоухая морда медведя, откуда-то прорвались звуки барабана, пронесли большие коробки с красочными этикетками.
Завтра елка. Но не менее важна подготовка праздника — время творения радости для другого, для всех.
В радостном возбуждении начинается праздничный день. Быстрей на завтрак, а потом… Потом — самое интересное! Скорее в библиотеку — там лежат карнавальные наряды.
Появляются родители. На наших праздниках их бывает немного. Ведь дети у нас со всего Союза, из разных республик. Не все папы и мамы могут приехать.
Из кухни доносится вкусный запах печеного теста: девочки затеяли пироги.
«К чему эти лишние хлопоты? — слышу возможные возражения. — Ведь проще все купить в магазине». Но может быть, с ощущением дышащего теста в ладонях, ни с чем не сравнимого аромата только что испеченных для всех пирогов придет осознание непреходящей ценности хлеба, а память о празднике станет ярче и конкретнее. От этих пирогов веет домашним уютом, той объединяющей заботой, которая так нужна детям.
И вот наконец родители, гости, воспитатели с малышами, всепереживающие нянечки рассаживаются в зале у стен. А перед входом в зал — суета. В новогодних нарядах во главе со Снегурочкой выстраивается карнавальный ряд. Дед Мороз с мешком подарков продирается сквозь детвору. Звучит музыка, и все карнавальное многоцветие и многоформие хлынуло в зал.
В центре — ведущий, рядом переводчики из числа старших ребят. Кружится карнавал. Резкий стук массивной короткой палки о паркетный пол — музыка обрывается. Начинаются построения с флажками. Их сменяет декламация, демонстрирующая успехи нашей логопедии, за декламацией — пирамида, затем хор. Ни один певец в мире не удостаивался такого напряженного внимания, с каким слушают присутствующие пение детей: сопереживают, волнуются за артистов и гордятся ими.
А вот и девочки-снежинки закружились. Легко-то как! Ничем не отличишь от обычных дошкольниц. Вот только смены па следуют после удара палки о пол.
К учительнице ритмики Зинаиде Дмитриевне, сидящей у пианино, подводят двух совсем крохотных малышек с деревянными ложками и сажают их на стульчики. Ножки детей, касаясь корпуса инструмента, улавливают вибрацию. Ложки в детских ручках выбивают ритм о плечики, колени. Успехи и сбои ритма отражаются на лице учительницы вспышками радости и огорчений. И чуть приподнят от сопереживания ее подбородок: так хочется помочь.
Таким же трудом сопереживания захвачены и зрители в зале. Все полны готовности помочь в трудную минуту. Каждый знает, как волнуется выступающий, и ох, как это трудно!
А каким восторгом светятся лица родителей! Ведь они в эти минуты видят новые стороны своих детей, обретают веру в их возможности. В такие минуты состояние счастья в зале кажется предметно ощутимым!
После представлений устраиваются аттракционы, викторины, соревнования.
Праздничный ужин у старших ребят заканчивается вечером танцев.
А после праздника можно и помечтать, вспомнить сокровенно-важное, происшедшее за день. Ведь праздник — это одна из самых ярких форм духовно обогащающего общения с друзьями, воспитания бескорыстия через сопереживание радости другого, которую ты сам постарался ему доставить.
Такими уроками общения становятся и лыжные походы.
Лыжи — самый доступный для слепоглухонемых вид спорта. Он открывает им возможность быстрого самостоятельного преодоления больших расстояний, помогает освободиться от боязни передвижения в пространстве. Единственное условие для этого — хорошо накатанная лыжня.
Нет надобности говорить о пользе движения для ребенка, самим дефектом обреченного на малоподвижный образ жизни. Вместе с тем это и новое открытие им своих истинных возможностей, и получение физической закалки. В походе создается масса ситуаций, когда каждый может проявить заботу не только о младших, но и о старших. Без опыта такой заботы не будет приносить истинную радость ребенку и внимание, обращенное к нему самому.
