На них же опирались во время межгосударственных конфликтов.
Короче армии содержались не за государственный счет и за счет крупных землевладельцев. Это и был вклад знати в государственные расходы.
Мирное же население в виде ремесленников, землепашцев и скотоводов старались селиться на землях наиболее сильных кланов землевладельцев.
Так там разрастались деревни и города.
Хозяева земель предоставляли им защиту, а они в свою очередь платили за свою безопасность.
Так и создавались крепкие тандемы между военными и мирными жителями.
А еще тут, как я уже упоминала, была магия.
Сила одаренности была разной. Самыми сильными как раз и были опять же правящие фамилии. Так же древние рода аккумулировали силу.
Но были жители мира Наввале в которых магия отсутствовала полностью. Среди таких могли оказаться и лица из знатных фамилий, а так же из простого народа.
Между прочим и среди ремесленников встречались сильные маги.
Допустим род кузнеца обладающий сильной магией огня создает такие такие феноменальные предметы за которые платят в разы дороже, чем за изделия кузнеца без магии.
Например подкова такого мастера будет не просто дольше служить, а еще и лошадь с такими подковами будет меньше уставать, никогда не оступиться и не покалечиться, быстрее достигнет конечного пункта.
В общем мастер-маг может многое вложить в свое изделие.
И это относиться к любому мастеру с магическими способностями.
Так до обеда я и читала про этот мир с его творцами. Было очень интересно узнать, что в бочках сделанных мастером-магом вино никогда не прокисала, а соленья всегда были отменного вкуса и при этом оставались крепкими, с хрусточкой. А в крынках сделанных гончаром -магом молоко могло храниться больше месяца не прокисая.
Сапожник-маг шил сапоги, которые не промокали, вязынные вещи от вязалщицы-мага носились по несколько сезонов не теряя свои первоначальные свойства.
Кружева магини-кружевницы были не только красивы, но крепки. Они не боялись не только повреждений, но грязи.
И так далее и тому подобное. Однако эти мастера делали и простые изделия. Да и не все могли позволить себе магические.
Короче очень много похожего с моей Землей.
Государства, войны, передел территорий...
Разный уровень профессионализма и исполнительности, а так же творческие начало и подход к делу...
Не все могут себе позволить качественные и натуральные вещи. Натуральная шубка, настоящий бриллиант или конфеты из чистого шоколада ручной работы.... Да мало ли чего еще натуральненького иногда хочется.
Начиталась, напароллелилась...
Устала
А после обеда решила немного пройтись по парку.
Погода была чудесная. Тепло, солнечно. Легкий ветерок носился по парку заигрывая с гуляющими там людьми.
В парке было много девиц с отбора. Они уже начали объединяться в группы, но были и те, кто гуляли в одиночку.
Я тоже постаралась незаметно затеряться среди аллей.
За эти несколько дней на меня свалилось так много впечатлений, что мне просто очень хотелось побыть одной.
Поэтому я выбрала направление, куда меньше всего направлялись гуляющие.
Бродила я наслаждаясь красивыми видами вокруг. Заходила я все дальше и дальше в глубь парка.
Заблудиться я не боялась. Замок был виден из любой точки парка.
Но ландшафт становились все более дикими, что ли.
Наконец, зайдя за один из кустов, который, кстати, был совершенно естественной формы. В смысле его не стригли.
Зайдя за куст я обнаружила удивительно уютную полянку.
Небольшой пригорок закрывал полянку с одной стороны.
А под пригорком рос куст. В тени этого куста, который слегка, как естественная беседка нависал над землей бил родничок. Он радостно вырывался из почвы малюсеньким фонтанчиком и тоненьким ручейком утекал в сторону.
Место, где пробивался родничек было бережно обложено мелкими камушками, как и дно ручейка тоже. Это так мило смотрелось... Чувствовалось, что это место для кого-то очень дорого и он заботился и о родничке и о ручейке.
В детстве, когда я ездила к бабушке и дедушке, которые жили в небольшом городке, у меня было любимое место.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
За домом бабушки и дедушки протекал неглубокий, но широкий (или мне, ребенку, так казалось) ручеек. Его дно было каменистым. Но камни были большими плитами, по которым было удобно ходить.
Самые глубокие места там были мне по колено.
Детьми мы там очень любили играть. Вся ребетня, что приезжала к бабушкам и дедушкам.
По берегам там росли кустарники, которые своими кронами образовывали подобие беседки.
Потрясающе уютное местечко было!
Я очень любила там бывать. И даже если не приходили другие дети, я и одна с удовольствием там играла.
Так вот я сама так в детстве делала – выкладывала дно мелкими камушками.
Вот и это место меня на ностальжи пробило.
А еще на этой полянке лежало бревно, как скамейка. Вот на него я и уселась. Глядя на родничек я расслабилась и ни о чем не думала.
И вдруг я вспомнила парня очень на меня похожего.
Это мой брат близнец. Просто знание внутри меня...
В душе от воспоминания о нем разлилась неимоверная теплота и тоска. Такая безграничная тоска, что и не передать.
По моим щекам сами побежали слезы, потому что больше нет моей этой половинки. И эта потеря оставила в моей душе еще одну незаживающую рану.
Когда это сознание потери дошло до моего мозга (не знаю как правильно сказать), я окончательно разревелась.
Моя печаль тесно переплелась с печалью части меня, которая отвечала за эту девочку и я ревела белугой, благо никто не видел.
Уревелась я до полного опустошения. Мне даже шевелиться не хотелось.
И я сидела и опять тупо смотрела на родничек. Вокруг была такая тишина! Нежное журчание родничка и ручейка только подчеркивали ее.
И вот в этой тишине, уж как-то особенно громко, раздалось жалобное урчание моего желудка...
Первое мгновение я сама замерла от такого неожиданного звука, а потом расхохоталась!
Вот нервы совсем ни к черту...
Все! Соберись, тряпка! Успокойся, умойся и пошли ужинать.
Умылась я в ручейке. Холодная вода сотворила чудо. Лицо пылало, но уже от студености воды, а не от слез.
А после ужина я решила опять потренироваться. Надо окончательно развеять нашу с Германой общую хандру.
Оделась я как и уже стало привычно: брюки, а сверху юбку.
На площадке никого не было. Я сняла юбку, аккуратно повесила ее на изгородь и начала бегать.
На улице начинало темнеть, но тут по углам зажглись сферы с мягким золотистым свечением. Не слишком ярко, но вполне мне хватало.
Территорию для занятий я видела.
А в таком интюме очень даже комфортно мне было. И лишнего внимания привлекать не буду.
Темп я выбрала средний, чтобы и не устать раньше времени и в то же время, чтобы монотонные однообразные действия опять отключили мой разум.
Уже и не знаю сколько кругов я намотала, но моему телу захотелось «потанцевать» с палкой, заменяющей на тренировке холодное оружие.
Тело привычно выполняло движения. Я старалась держать разум расслабленным и не мешать телу.
Это как танцы. Когда просто отдаёшься на волю мелодии. Вот я и танцевала. И совершенно не заметила, когда в моем танце-тренировке появился партнер. Осознав, что я больше не одна, все таки постаралась не потерять драйв.
И у меня получалось, а еще включился азарт. Азарт был и мой и моего тела. Мой так как мне было приятно, что я попадаю в такты этого «танца», моего тела – узнавание и довольство возможностью повторения упражнений.
А мы танцевали уже вдвоем, Нет, правильнее сказать втроем, так как я одна за двоих.
Но в какой-то момент ритм я не удержала и у меня выбили меч.
И меня (которую меня – не уловила) это вдруг разозлило. Вот зачем он мне помешал тренироваться!
Деревянная палка из моих рук выпала, но я, на повышенном эмоциональном всплеске, почувствовала в руках оружие и пошла в атаку.
