ее шагов. Кругом на воде колыхались церизелии, звезды отражались в зеркале озера. Она шла по лунной дорожке, удаляясь все дальше и дальше от берега. Обернулась. Дом стоял на берегу, темный, безмолвный. Пожалуй, достаточно.
Эльсинелла закрыла глаза и вскинула руки. Медленно закружилась по водной глади. Каринты ее (магические ножные браслеты, способные записывать, хранить и воспроизводить музыку) рождали мелодию — звуки арфы нежно и переливчато поплыли над водой. Как же это было прекрасно! Она вся отдалась танцу, скользя по воде подобно лунному свету, прозрачному и неуловимому, крылья ее трепетали, сердце пело в унисон несуществующей арфе, душа парила в небесах. В такие минуты она забывала обо всем, даже о тлевшей под пеплом ненависти, и была совершенно счастлива.
Сильфида не знала, сколько она так кружилась над озером, а когда танец закончился, она была совершенно опустошена. Легкая, словно былинка, подхваченная воздушными вихрями и несомая в небо. Она повернулась к берегу, сердце ее заполошно забилось в груди, и она не сдержала тихого испуганного вскрика — на берегу стоял человеческий мужчина и смотрел на нее!
Глава 9
Роковая ошибка Ворона
— Джассина!
Девушка поморщилась и обернулась. Как она ни старалась побыстрее покинуть Башню Магов, встречи с Ридом избежать не удалось. Джассина бы вообще нос сюда не сунула, но ей нужно было это кольцо, а изготовить его и наложить нужные чары было под силу только одному человеку во всей Рисавии — великолепному Тиверию, первому королевскому магу и по совместительству мужу Виртаны, сестры Джассины.
Тиверий, узнав, что за кольцо понадобилось его свояченице, насмешливо фыркнул, смерил ее с головы до ног оценивающим взглядом, но промолчал. Джассина вспыхнула. Лучше бы уж сказал что-нибудь, тогда она смогла бы поставить его на место! Но не набрасываться же на него из-за взгляда! Тиверия Джассина откровенно недолюбливала, хотя вроде причин для неприязни у нее не было. Характер тяжелый, это да. Но ведь он не ее супруг, а Виртаны, так что не ей и страдать от этого. Виртана, впрочем, не страдала, она была до смешного счастлива. Мужа она обожала и обожала маленькую дочку, которая родилась у них год назад.
Что ж, совет им да любовь. За сестру Джассина была искренне рада, но сама любить никого не собиралась, как не собиралась выходить замуж и связывать себя детьми. Не ее это! Танцы! Вот что заставляло сердце Джассины замирать от восторга, а глаза гореть воодушевлением! Танцы, которые она придумывала сама и музыка к которым рождалась в ее каринтах. Танцы, которые прославили Джассину на всю Рисавию, сделали знаменитой танцовщицей. Ее сценическое имя — Солнечная Бабочка — было известно каждому, будь он знатным вельможей или деревенским фермером.
— Рад вас видеть, Джассина, — подошедший Рид поцеловал девушке руку, задержав ее в своей руке чуть дольше, чем требовали приличия.
— И я рада встрече, Рид, — вежливо ответила она, осторожно высвобождая свою руку из цепких пальцев мужчины.
— Что привело вас в Башню Магов, если не секрет, конечно?
— Заходила к Тиверию уточнить детали предстоящей поездки, — танцовщица незаметно стянула зачарованное кольцо с пальца и спрятала его в карман — только расспросов Рида ей не хватало! — А дома его в последнее время не застанешь, совсем король его не бережет, завалил работой. Завтра ехать, а он все работает!
— Что да, то да, — улыбнулся Рид. — Я и сам сейчас днюю и ночую в Башне Магов. А почему вас интересует его поездка в Карнавис?
— Потому что я еду вместе с ним — ее величество Хильда интересуется не только магическими науками. Королева пишет, что наслышана о моем искусстве и что ей бы хотелось увидеть воочию, что оно из себя представляет.
— Хм, вот уж не думал, что королева Хильда, если верить тому, что я о ней слышал, является приверженцем изящных искусств.
— Как бы там ни было, приглашение у меня имеется, а посмотреть Карнавис мне давно было интересно, так что буду ковать железо, пока горячо, — засмеялась Джассина. — А надежнее спутника, чем Тиверий, мне не найти.
— Может, сходим куда-нибудь вечером? — предложил Рид неуверенно. — Я был бы счастлив провести время в вашей компании, Джассина.
Девушка посмотрела на Рида.
Стройная, подтянутая фигура. Зеленые выразительные глаза. Привлекательное лицо. Вьющиеся русые волосы. Второй королевский маг. Блестящие перспективы и блестящее будущее. Да и как человек он заслуживал внимания, в него легко было влюбиться: добрый, порядочный, умный, внимательный. Несомненно, любая девушка сочла бы его просто блестящей партией и была бы права. Любая, но не Джассина Солнечная Бабочка! Девушка досадливо поджала губы. Если бы она мечтала о любви и замужестве, она бы до потолка прыгала от счастья, обрати на нее внимание такой мужчина, как Рид. Но танцовщица была ярой противницей любовных отношений, считая, что они только помешают ей предаваться своей истинной страсти — искусству танца.
— Простите, Рид, хотелось бы этот вечер провести в спокойной домашней обстановке, отдохнуть перед дорогой.
— Понимаю, — вздохнул Рид. — Что ж, тогда в другой раз?
— Да, конечно, с удовольствием, — выдавила она из себя улыбку, не зная, как отвадить ненужного поклонника, не задев и не обидев его при этом.
Они распрощались с Ридом и Джассина отправилась домой.
Сборы не заняли много времени, потому что почти все было собрано заранее. Девушка перекусила, понежилась в ванне и растянулась на мягком черном меху, небрежно брошенном у камина. Достала заветный перстенек, изготовленный для нее Тиверием, покрутила его и так, и эдак, надела на палец. Красивое получилось кольцо! Но ценно оно было не красотой, не золотом и не рубином. Под видом обычного колечка скрывался весьма непростой амулет. Но в случае чего это кольцо сослужит ей добрую службу. Может, она и параноик, но предпочитают подстраховаться. В Карнависе Джассине бывать не приходилось, но о распущенности и легких нравах тамошнего королевского двора была наслышана. Да и в дороге всякое может произойти. Сомнительно, конечно — в присутствии сильнейшего мага Рисавии! Но мало ли…
В общем, что бы там ни подумал Тиверий, когда услышал просьбу Джассины, она была очень рада, что наконец-то решилась попросить его об этом кольце!
Наутро девушка, сгорая от нетерпения, стояла в Шахматном Зале и, притоптывая ногой, ждала Тиверия, который что-то запаздывал. Она понимала, что сама пришла раньше назначенного времени, но все равно сердилась — так не терпелось танцовщице отправиться в путь! Покорить своими танцами новую страну! Побывать в новых местах!
Ее никто не провожал: не любила она все эти нежности сопливые,
