Если обожествление сексуальности в традиционных египетских религиях бесспорно, свидетельства о сакрализации секса путем культовой проституции в Египте до нас доносят лишь поздние классические авторы (Геродот и Страбон).[323] Однако есть данные в пользу того, что на некоторых египетских праздниках практиковался священный брак – ритуал, включавший сексуальную связь между представителями бога и богини.[324] Еще один фактор: со времен Нового царства в Египте имел место культ различных азиатских божеств (Астарты, Баала, Решефа, Анат),[325] и, соответственно, ритуальный секс, видимо, составлявший часть этих религий, стал частью культовой практики в Египте. Эдвин Ямочи обращает особое внимание на сирийскую богиню любви и плодородия Кудшу. На одном египетском рельефе она изображена нагой, а рядом с ней – итифаллический египетский бог Мин и сирийский бог Решеф (оба также связанные с плодородием). Еще на одном монументе она именуется «Блудницей».[326]
Анатолия/хетты. Хеттские тексты упоминают о «тысяче богов» царства Хатти.[327] Как и в случае с остальными политеистическими религиями, окружавшими Израиль, мы находим в них обожествление секса. Отношения между богами опять же включали секс. Например, в древнехеттской мифологии сказание об Иллуянке («Змее») читалось на ежегодном государственном культовом празднике. В одной из версий мифа бог бури женится на смертной женщине, и у них родится сын; он женит этого сына на дочери Иллуянки. В другом мифе, «Телепину и дочь морского бога», бог моря отдает Телепину бога солнца в качестве свадебного подарка.
В новохеттской мифологии можно найти много других примеров секса между богами. Например, в одном хурритском мифе Кумбарби, «отец богов», проглатывает свою «мужественность» и в конце концов порождает Тешуба, бога бури. Еще в одном мифе бог солнца влюбляется в корову, приходит к ней под видом юноши и, похоже, спит с ней. В результате корова рождает ребенка с человеческой внешностью. Есть хурритский миф о змее, который пал жертвой сексуального влечения Иштар.[328]
И последний пример. Ханаанейский (северосирийский) миф «Элькунирша [транслитерация «Эль, Творец Земли»] и Ашерту [= Астарта]» был переведен на хеттский язык. Сюжет эротический: Ашерту отвергает мужеское начало своего супруга Эля и пытается соблазнить своего сына Баала. Однако в итоге выходит ссора:
Элькунирша увидел Ваала.Элькунирша Ваала спросил:«Почему ты пришел, о Ваал?»И Ваал отвечает ему:«Как пришел я к тебе и в твой дом,Ашерту служанок прислала ко мне –Приходи, мол, со мною спать!И когда отказался я,Угрожать стала мне Ашерту,Так она говорила мне:«Если мне воспротивился ты,То и я воспротивлюсь тебе.Словом своим я тебя оскорблю!Веретеном своим я тебя уколю!»<…>«Так иди с нею спать!» – отвечает ему Элькунирша. –Ты иди к ней, к Ашерту, к супруге моей…[329]
Хотя обожествление секса хорошо задокументировано в хеттской религии – боги вступают в сексуальные отношения друг с другом, – насколько мне известно, в текстах не найдено ничего такого, что можно понять как сакрализацию секса путем культовой проституции или иных ритуальных связей.
Угарит/Ханаан. В угаритском пантеоне Ашера – супруга Эля, главного бога, а в качестве супруги Баала, сына Эля и бога бури, чаще всего называется Анат.[330] Это несколько расходится с ханаанейскими культами плодородия, упомянутыми в Писании, где супруга Баала[331] – обычно Астарта.[332] (Имя Астарты библейские авторы часто переиначивали в Ашторет, что напоминало об огласовках еврейского слова bōšet, «срам».)[333]
Не вдаваясь во все детали, широко признанные специалистами по ханаанейским культам плодородия и ритуалам второго-первого тысячелетия до н. э.,[334] отметим базовую предпосылку, которую мы уже видели в месопотамских мифах: природные процессы контролируются отношениями богов и богинь. В частности, плодородие земли – следствие сексуального союза бога и богини. В культе Баала предполагался инцест между Хададом (Баалом), богом бури, очень важным в ханаанейском пантеоне, и его сестрой, которую обычно называли Анат (или Ашера, супруга Баала).
Поскольку земля оплодотворяется спермой (дождем) Баала, важно стимулировать его сексуальную активность. Согласно ханаанейской теологии, если подражать сексуальной деятельности божества на высотах (т. е. культовых местах, расположенных обычно на холмах, но иногда и на высоких или больших жерт-венниках), через симпатическую магию это усилит сексуальные возможности божества. Отсюда появились должности «священного мужчины» (qādēš) и «священной женщины» (qĕdēšâ). Помимо всего прочего, они занимались сакральной проституцией, а если и не проституцией (сексом за плату), то как минимум ритуальным сексом.[335] Людей призывали вступать в ритуальные сексуальные отношения со служителями культа, подражая сексуальной деятельности богов. Джеки Нодэ резюмирует эту распространенную научную интерпретацию: «Многие полагали, что природные процессы контролируются отношениями между богами и богинями. Вступая в сексуальные отношения со служителями святилища, они верили, что это стимулирует богов и богинь поступать аналогично, и в результате стада станут обильнее, поля – плодороднее, а в семье будет больше детей».[336]
В текстах Рас-Шамры (древний Угарит) усматривали прямые указания на детали сиро-палестинского ритуала, сопровождавшего священные сексуальные оргии на высотах. Особенно показателен отрывок из угаритской эротической/ритуальной поэмы «Рождение милостивых богов». Уильям Олбрайт назвал ее «одним из самых откровенных и самых чувственных текстов во всей древней ближневосточной литературе».[337] По мнению Джона Грея, это пылкое богослужение совершалось культовыми проститутками, совокуплявшимися со своими «священными мужьями», представлявшими сексуально возбужденного бога Эля. Приведем перевод данного текста.[338]
Та дева склоняется, а эта встает.Эта восклицает: «Папа! Папа!»,А эта – «Мама! Мама!»Член Эля делается длинным как море.[339]Да, член Эля подобен потопу,Член Эля – длинный как море.Да, член Эля подобен потопу.Эль возлагает свой скипетр,Эль кладет посох своей руки,Он воздевает (руку свою), он выстреливает в небо,Он подстреливает птицу в небе.Он хватает ее и кладет на угли.Он соблазняет [покрывает][340] двух женщин;Вот, женщины кричат.О владыка, владыка, твой скипетр возложен,Посох твоей руки возложен.Вот, птица поджаривается на огне,Но воспламеняются – две женщины.Одна из них – жена Эля, другая – жена Эля, даже Вечная.[341]И вот, две женщины кричат.О папа, папа! Твой скипетр возложен,Посох твоей руки возложен.Вот, птица поджаривается на огне,Но воспламеняются – две девицы.Одна из них – девица Эля, другая – девица Эля,даже Вечная.Он устремляется вниз и целует их в уста.[342]Вот, уста их сладки!Сладки как гранаты.Целуя и зачиная,Обнимая и желая, они мучаются в родах.Они рождают šḥr и šlm.Слово приносится Элю,Две мои жены родили детей.Кого они родили?Родились двое: šḥr и šlm.Возьми и приготовь приношение дляСолнца и звезд.«Он устремляется вниз и целует их в уста.Вот, уста их сладки!Целуя и зачиная,Обнимая и желая…»
Повторяется пять раз группой и певцами собрания.[343]
Грей подытоживает свое понимание связи с ветхозаветными рассказами: «Вполне можно предположить, что эта деятельность Эля сакраментально переживалась общиной на сексуальных оргиях культа плодородия, столь резко обличавшегося еврейскими пророками».[344]
Позиция Грея не уникальна. Так понимало данный текст и угаритские культы плодородия предыдущее поколение угаритологов и гебраистов. Правда, недавно была высказана мысль, что свидетельства из Рас-Шамры не подтверждают наличия культа плодородия в Угарите.[345] Однако Библия четко свидетельствует о ритуальном сексе на ханаанейских высотах. Показательна и эквивалентная терминология (корень qdš), описывающая библейских и угаритских служителей культа (см. ниже). Поэтому преждевременно отказываться от позиции, которую до самого недавнего времени разделяло большинство ученых. Даже если правота нынешних «ревизионистов» будет доказана, специалисты единодушны в том, что угаритский текст «Рождение милостивых богов (KTU 1.23), как и, быть может, еще отдельные угаритские тексты, свидетельствует о ритуале священного брака, включавшем ритуальные сексуальные отношения (пусть, по мнению некоторых ученых, и в ограниченном масштабе).[346] Как бы то ни было, в угаритских текстах задокументированы и обожествление сексуальности в культе, и ее сакрализация.
