Лика думала, что это она говорит много, но в сравнении с Лидией Александровной, была чуть ли не молчуньей. Она уже стала придумывать отговорки, чтобы словоохотливая женщина оставила ее одну и дала поработать, но тут они пришли в маленький, но уютный кабинет. Огромные старинные окна выходили на многочисленные Питерские крыши. В комнате имелась вся необходимая для работы оргтехника: компьютер, сканер, копир с принтером и факс.
— Вот, дорогая, располагайтесь. Если что-то понадобится, просто наберите 112, и я вам отвечу. Кстати, не желаете кофе? Или, может, чаю?
— Кофе пожалуйста, — тихо сказала Лика. Ей захотелось почувствовать, каково это, когда напитки приносят ей, а не она. Но через мгновение девушке стало жутко неловко, что она, молодая девчонка, просит кофе у женщины старшего возраста. — А, знаете, давайте я сама сделаю, — улыбнулась она. — Вы мне только покажите, где что, а я нам с вами сварю первоклассный кофе. Я его по-особому делаю, вам понравится!
— Ох, с удовольствием! — обрадовалась Лидия. — Пойдемте, сейчас покажу, где у нас тут пищеблок. К слову, вы такая счастливица, повезло вам!
— В смысле?
— Ну как, вы молодая, и начальник у вас тоже молодой — это ведь редко когда бывает, а уж в Москве тем более. Я всех ваших директоров в лицо знаю, они уже старики пузатые, ваш Виктор Игоревич один такой молоденький. Видно, толковый.
Лика задумалась: а ведь и правда, все Московские руководители — сплошь возрастные мужики с огромными животами. Саттаров действительно не вписывался в общую картину. Ну, на то он и ботаник.
— Ваш Ярослав Кириллович тоже молодой, — улыбнулась девушка.
— Да, но это исключение из правил. Ярик наш — просто золото. Такого работягу днем с огнем не сыщешь. А добряк какой! Он когда к нам пришел, я думала, ну все, уволит меня, молодой парень-то. А он мне зарплату повысил и ежегодную премию за выслугу лет дает. И очень хорошо ко мне относится, даже помогает с этими всеми гаджетами.
— Вы его Яриком зовете, или это только между собой?
— Нет, ну, конечно, все по имени-отчеству, это только я его Яриком, у меня сын его возраста. А вот и наша кухня! Заходите, все к вашему распоряжению.
— Спасибо, Лидия Александровна.
Лика ждала, пока сварится кофе, и глядела в окно на питерские крыши, слушая дождь. Ей вдруг захотелось переехать в Петербург, подальше от этой Московской суеты и помпезности.
Занеся чашечку кофе для Лидии, Лика приступила к работе. Документов оказалось так много, что девушка потратила больше двух часов на сканирование и сохранение каждой бумажки.
Ее телефон зазвонил.
— Виктор Игоревич.
— Я еду на обед с Ярославом Кирилловичем. Когда все закончите, можете возвращаться в гостиницу. Сегодня вы больше не понадобитесь.
Подходя к рабочему столу Лидии Александровны, Лика думала, что было бы неплохо пройтись до гостиницы пешком. Но за окном не прекращался дождь, а зонта у нее не было — забыла в спешке.
— Лика, кофе был просто изумительный, — сказала женщина. — Никогда бы не подумала, что у нас можно так приготовить! А вы чего загрустили?
— Да хотела прогуляться, но, наверное, придется Убер вызывать, Лидия Александровна…
В этот момент в приемную быстрым шагом вошел Ярослав. Взял какой-то портфель и так же быстро вышел. Однако, взгляд его на мгновение задержался на Лике, которая стояла, положив руки на стол и слегка прогнувшись в спине. Было очевидно, что между ними двумя возникла некая химия, самое примитивное чувство на уровне инстинктов, но это вызывало приятные ощущения.
— Давайте я вызову такси, — предложила Лидия, — у нас корпоративная скидка неплохая.
В кабинет заглянул Ярослав.
— Анжелика, я вас подвезу, у меня ланч с вашим руководителем недалеко от вашей гостиницы.
У него был удивительно мягкий, но при этом твердый голос. Лика почувствовала легкое возбуждение.
— Я думала, вы вместе поедете… — приподняв бровь, ответила Лика.
— Виктор Игоревич уехал на объект. У меня есть время вас подвезти.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Краем глаза Лика увидела, как Лидия Александровна заговорщически ей подмигивает.
— Буду признательна. — Лика наклонилась в легком реверансе, чем вызвала улыбку у Ярослава.
Он открыл перед девушкой дверь и сказал своему секретарю:
— Лидия Александровна, я вернусь где-то через час-полтора. Попейте кофейку, пока меня нет. Я вам конфеты привез, ваши любимые. Лежат в моем столе.
Его машина пахла кожей и дорогим мужским одеколоном, крепким, с сандалом и нотками древесины. Он открыл перед Ликой дверь, дождался, пока она разместится на пассажирском сидении, а потом обошел машину и сел рядом.
— Как вам Санкт-Петербург? — Он завел мотор, и автомобиль плавно тронулся.
— Очень даже, — сдержанно ответила Лика. — А вы сами отсюда? В смысле, уроженец Петербурга? Хах, «уроженец» звучит, как термин из криминальной хроники, да?
«Боже, Лика, заткнись, что ты несешь?!»
— Я из Магнитогорска, но переехал сюда, когда поступил в университет. После окончания уже не захотел уезжать. Влюбился в город, — улыбнулся в зеркало Ярослав.
— Я, кажется, тоже влюбилась… В город.
— Я наизусть знаю каждую улицу, могу провести экскурсию, если захотите прогуляться. Сегодня, увы, не смогу — придется работать до полуночи, но завтра вечером буду рад показать вам город.
— Я бы с радостью, но мы завтра вечером уезжаем.
— Ну тогда в другой раз. Я оставлю вам свой номер, звоните в любое время. Мое предложение остается в силе.
— Диктуйте номер, — сказала Лика. — Я скину вам звонок. Будете в Москве — звоните в любое время. Я, конечно, не знаю там каждую улицу, но экскурсию по центру проведу такую, что закачаетесь.
***
Выйдя на ватных ногах из машины Ярослава, Лика побрела к дверям отеля. Похоже, ее сегодняшний наряд сработал совсем на другую цель. Она была не против, но уж очень неожиданно все случилось. Обычно, когда ей начинало не хватать мужского внимания, она заходила в Тиндер и пару дней искала там подходящий вариант. Затем происходила встреча, которая заканчивалась ровно так, как и планировали обе стороны. После этого ей нередко писали мужчины с предложением встретиться еще раз, говорили о возникших чувствах и желании попробовать что-то серьезное, но Лика неизменно «сливалась».
Она боялась мужчин, потому что не доверяла им. Ее бывший муж был прекрасным «учителем». Именно он научил ее всегда помнить аксиому, что все мужчины подлые и гнусные существа, которые могут быть хороши для женщины только до тех пор, пока заинтересованы в ней. После этого они сеют лишь боль, страдания и разрушения. Лика никогда не забывала об этом уроке и поэтому в последние годы получала от мужчин исключительно восхищение, доброту, галантность, суперский секс и подарки. Она просто не позволяла им перейти в иные стадии отношений.
«Вот и ты, Ярослав Кириллович, не перейдешь в иную стадию, каким бы классным и порядочным ни казался. Ты — такой же, как все. И максимум, что у нас может быть — это пара совместных ночей».
Девушка зашла в лобби отеля и еле слышно выругалась. На кой черт она идет в номер, если у нее есть целый день, чтобы прогуляться по культурной столице? Она зашла в уборную, убедилась, что по-прежнему хороша, как картинка, и весело отправилась на экскурсию. На улице по-прежнему было пасмурно, но дождь уже закончился. А еще из-за туч периодически выглядывало солнце, так что погода вполне годилась для продолжительной прогулки.
Лика не стала пользоваться картами и просто шла, куда глаза глядят, попивая холодный кофе со льдом и любуясь Питерской архитектурой. По дороге она размышляла о странном поведении Саттарова. Все утро он плел что-то о куче бумажной работы, а потом ни с того, ни с сего решил отпустить свою секретаршу шататься по городу. Одно из двух: либо по приезду к Ярославу Кирилловичу он выяснил, что работы по каким-то причинам будет меньше, либо же просто испугался перспективы провести весь день в тесном контакте с девушкой, чей наряд вызывал напряжение ниже живота. Лике очень хотелось думать, что Саттаров действительно побоялся ненароком выдать свое сексуальное возбуждение и потому решил отпустить ее от греха подальше. Но это не означало, что он вовсе избавит ее от работы на сегодня. Так и вышло.
