Несколько орков ветеранов рухнули, будто лишенные скелета, хотя почему «Словно?», их скелеты на самом деле в единый миг превратились в труху, лишив опоры все тело.
Остальных орков это лишь еще больше подстегнуло, и они, издав боевой клич бросились на врага.
— Внимание! Защитное поле подвержено негативному влиянию некоторых видов волнового колебания! Разрушаются связи защитных потоков! Всем по возвращению на остров, предоставить проекты магоконструкций предотвращающих данное негативное воздействие!
Бросившиеся на врага воины, будто слепые щенята, были отброшены назад защитным полем, окружающим всех магов практически непробиваемым коконом, лишь один, замедлившийся так, будто попал в густой кисель, продолжал тянуться острием копья к шее зависшего перед ним мага. Продолжал тянуться, хотя уже несколько секунд, как был мертв: сгнившее лицо и грудь вваливались внутрь тела, где внутренние органы уже превратились в стекающую вниз слизь.
— Гниение, модификация семь-один-один, эффективность разрушения нейтрализуется при непонятных условиях, в модификации семь-один-два, рекомендую добавить останавливающее воздействие.
Маг покосился на острие копья, зажатое в уже сгнившей руке, и не доставшего до его горла считаные сантиметры, добавил:
— Останавливающее воздействие не меньше уровня «С».
Защелкали взрывы, тела мечущихся в поисках выхода орков начали лопаться как перезревшие фрукты, орошая все пространство своей кровью.
— Фейерверк: потребление маны на одну единицу живой силы просто зашкаливает, доходя до шестнадцати тысяч, в походных условиях для использования не рекомендуется.
Происходящее — долго описывать, но на самом деле действо не заняло и десятка секунд: голоса и происходящее вокруг, накладываясь друг на друга, не путались и создавали иллюзию очередности, а, если посмотреть на лагерь со стороны, то весь ужас сконцентрировался в несколько мгновений, и все эти мгновения Вождь бежал.
За секунду осознав, что ждет его народ он плеснул себе на лицо из фляжки той жидкостью, что недавно отпаивал своего сына. Лицо, покрытое темными потеками, исказилось от ярости, и вождь бросился на ближайшего противника.
— Веер Призрачных Лезвий, — в голосе говорящего, промелькнула нотка сомнений, — воздействие двенадцать процентов от запланированного. Необходимо встроить в конструкц…
Что там надо встроить в конструкцию заклинания, говоривший произнести не успел, так как в его защитный кокон с ревом врезался измазанный чем-то черным орк. От его рева потоки магии, создающие защитный кокон, дрогнули, завихрились, нарушая целостность конструкции.
— Что за?.. — лишившись остатков спокойствия вскричал маг, — Изничтожение, использую… Из…
Слова заглохли, и перешли в бульканье, когда один из топоров преодолел преграду, взрезая его горло.
Большего Вождь сделать не успел: он повалился на колени, кожа вместе с пластами мяса начали слезать с костей, покрывающиеся бельмами глаза ненавидяще уставились на раненного врага.
А раненый, лишенный защиты, отползая от орка заполошно оглянулся и с ужасом уставился на своего ближнего собрата, отгораживаясь от него окровавленной рукой.
— Защита объекта 14СД деактивирована, включаю протокол ноль один, Черная Смерть активирована на объекте первого порядка, — спокойно произнес тот, и кожа раненного мага почернела, начав осыпаться на земь антрацитовым песком.
Вокруг умирающего собралось несколько магов.
— Магические скрепы восемьдесят шесть процентов от нормы. Объект исследований явно недостаточно внимательно следил за полнотой защитных шкал.
— Разрушение плоти ускорено на двадцать шесть процентов от нормы, необходимо добавить в тела дополнительный защитный контур физического сопротивления.
— Астральное сопротивление сломлено вот этим объектом, — один из говорящих кивнул на лишенное кожи тело Вождя, так и продолжавшего стоять на коленях, не падая на землю, — необходимо дополнительное изучение этой способности.
Тело вождя окутал невидимый кокон, поднимая над землей и отправляя в открывшийся телепорт.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Где остальные?
Один из магов ткнул рукой в центр площади, где среди груд убитых сородичей, обездвиженными лежали десять орков-подростков.
— Заказ исполнен: десять молодых особей, еще не прошедших посвящение.
— Десять? Двое из них скоро сдохнут, а нам нужны физически крепкие особи.
— Популяция здесь была не большая, можно посетить еще одну.
— Нет уж, меня давно ждет моя лаборатория, нужно систематизировать полученные данные.
Говорящий поднял руку и в два тела ударило по лучу света.
— Теперь выживут, — и маг ткнул посохом в ребра Кроша, которые с хрустом начали срастаться.
Глава 7
Очнулся я в единый миг от резкой боли в ребрах.
— Ва фтоп фефя семефо флали! — Речь была эмоциональная, но слегка невнятная из-за того, что весь рот был забит какой-то горьковатой хренью.
— Не вздумай выплевывать, — рыкнул на меня Пофиг, с интересом разглядывая коготь наги, только что не очень-то нежно вырванный у меня из бока, — глотай давай, должно помочь.
Я с трудом сглотнул волокнистую массу и в голове слегка просветлело.
— Что это, что это за гадость?
— Это не гадость, это лекарство — жеванные стебли клевера, они слегка помогают заживлению ран. Стоп! Не смей блевать! Не смей, тебе говорю! Я полчаса их жевал, чтобы в нужную массу перетереть!
— Угу, — согласился с ним Калян, — сплевывая на ладонь отвратительного вида комок серо-болотного цвета и с размаху пришлепывая его к моей кровоточащей ране.
— Да вы что, охренели что ли совсем, — вскинувшись и с трудом сглатывая застрявший в горле комок, возмутился я, но лопатообразные руки Добрыни опять прижали меня к земле, и Калян завершил свое чёрное дело, размазав отвратную массу по всему боку.
— А что нам делать? Ты здесь походную алхимическую лабораторию видишь? Я вот тоже нет, приходится выкручиваться.
— Если после этого вашего лечения, при следующей моей встрече с Яринкой у меня вдруг какой-нибудь герпес обнаружиться, вам лучше будет самим повеситься, — предупредил я их, обессилено откидываясь на землю. — А кто там все долбит? Неужели наши дятлы сюда смогли пробиться?
— Не, это Олдриг, отламывает наге когти, вместе с пальцами, хочет кинжалов из них наделать: хоть какое-то оружие. Надо только будет из глины рукояти к когтям приделать и бинтами их обмотать, чтобы после заморозки из рук не выскальзывали.
— Мне тоже нужно нормальное оружие, — я скривился от резкой боли в боку, — что-то ближний бой мне не очень понравился. А так же, — я проверил край когтя на остроту, — мне нужна твоя одежда и мотоцикл.
— Чего? Ты бредишь, что ли?
— Нет, на держи, — я протянул ему коготь назад, — мне твои волосы нужны.
— Чего?
— Чего, чего, сбривай свои патлы, говорю, а ты Калян, принеси мне пяток сороконожек, оружие делать будем. Э,э, какого хрена?! Убери свои грабли с моего лба, нету у меня никакого жара! И я не в бреду! И сам ты чокнутый! Неси сороконожек, говорю, пока они все не оттаяли и по норам не разбежались! А ты на меня, что так смотришь? Брей голову давай, зря что ли ты такие локоны длинные растил? Девушки, а вы берите и веревки из них вейте, три штуки одинаковой длины. На концы по глиняному шару приделаем и будет у вас боло, чтобы всякую шуструю нежить стреноживать. А вот и Калян вернулся. Чего ты мне этими уродинами в лицо тычешь? Да я просил, но давай-ка вспомним, кто у нас такой рукастый, кто в прошлый раз из трех сороконожек целого Змея Горыныча связал? Нет, нового питомца создавать не нужно, просто свяжи их покрепче в одну длинную колбасу и все. Уф! — Бок снова резанула острая боль, — устал я что-то: всё сам, всё сам, ничего-то вы без меня не можете, — укоряюще пробормотал я, откидываясь на травянистый коврик. — Как доделаете, разбудите меня, а я пока покемарю пять минуток.
