шестнадцатый. Шестнадцатый!
Ближе к ужину я успокоился. Кира, как представитель современного общества, где нет правил и порядков, заслуживала прощения. Сняв с зарядки мобильник, я нашёл её контакт, большим пальцем набрал: «Восьмая».
Ответа не получил. Всё было кончено.
Дыши
Автор: Тимур Малхозов
В детстве болезнь кажется крутой. Все вокруг о тебе заботятся. В школе ребята считают тебя классным и даже завидуют. Девчонки восхищаются твоей стойкостью и немного жалеют. За тебя всегда волнуются родители, и ты не ощущаешь себя одиноким. Мама и папа чувствуют вину и готовы сделать всё, что угодно, лишь бы их маленькому сынишке стало лучше. Они делают всё, чтобы ты был обычным здоровым ребёнком, занимался спортом, гулял с друзьями, не задыхался в припадках. Они хотят для тебя только лучшего, мечтают, что ты вылечишься, поступишь в университет и закончишь его с отличием. Родители готовы прыгать день и ночь вокруг тебя, лишь бы стало лучше, ты нашёл престижную работу и жил отличной жизнью.
– Дыши! – говорит Кэтрин и даёт мне ингалятор. Я вдыхаю его и закрываю глаза. Жду, пока препарат расширит бронхи, и я смогу дышать.
Поначалу это действительно кажется крутым. Маленький мальчик каждый раз на волосок от смерти, и каждый раз он побеждает. Я могу сам решать, идти ли мне в школу. Стоит только сказать маме, что мне тяжело дышать, как у меня уже полноценный выходной с телевизором и печеньем. Я не хожу на физкультуру, могу спокойно отпроситься с занятий или не делать домашнее задание. В бронхиальной астме есть плюсы. Тебя считают крутым одноклассники, ты пользуешься успехом у девчонок. Стоит только достать ингалятор… О да, девчонкам нравятся ингаляторы. Ещё им нравятся маленькие котята, милые щенки и слабые мальчики, о которых можно позаботиться. Поиграть в дочки-матери. Говоришь, как тебе тяжело, что ты мог умереть, как вокруг тебя уже куча заботливых одноклассниц.
– Дыши, мой милый! Вот так, – говорит Кэтрин.
Тебе нравится быть милым больным мальчиком месяц. Тебе нравится, когда о тебе переживают полгода. Ты наслаждаешься заботой со стороны родных год. Однако к двум годам, трём, пяти… Рано или поздно это начинает надоедать. Ты инвалид, который не способен самостоятельно посрать без помощи сиделки. Калека, который не может нормально передвигаться. Беззубый старик, жующий мокрый хлеб. В какой-то момент ты понимаешь, что не хочешь всю жизнь провести с сиделкой и рассасывать кусок мякиша. Ты осознаешь, что для того, чтобы чего-то добиться, тебе необходимо хотя бы научиться дышать. В этот момент ты взрослеешь.
– Давай ещё раз! – умоляет Кэтрин со слезами на глазах и снова сует мне в рот ингалятор. Что-то идёт не так.
Я познакомился с Кэтрин на одном из школьных вечеров. Все танцевали и веселились кроме нас двоих. Я – потому что не мог, она – потому что была фотографом на этом вечере. Кэтрин сидела и просматривала кадры на фотоаппарате, а затем поймала мой взгляд и предложила посмотреть фотографии вместе. Она выглядела прекрасно даже в джинсах и футболке. Её зеленые, как изумруд, глаза светились в тускло освещённом зале. Так и хотелось утонуть в её длинных каштановых волосах. Я смущённо согласился, и мы вместе смотрели, как веселятся наши одноклассники в маленьком экране. Пролистав кадры этого вечера, она показала другие свои работы: городские пейзажи, птицы, деревья, горы и простые люди на улицах. В этих фотографиях было что-то живое. Кэтрин переносила настроение людей, запах свежескошенной травы, пение птиц. Нам обоим нравилось наблюдать за природой и людьми, но ей удавалось запечатлеть на долгие годы эти мгновения, которыми можно было наслаждаться каждый день. Просматривая эти фотографии с ней, я ощутил то, чего никогда не испытывал, – покой и ровное дыхание. Фотографии кончились, а мы продолжили болтать о природе, о музыке, о кино и птицах. Мы болтали о настоящем и будущем. Это было так волшебно, что на секунду я забыл об ингаляторе. Мне даже не пришлось доставать его при ней, чтобы её впечатлить. Мне не приходилось быть больным рядом с ней, о котором надо заботиться. Я впервые почувствовал себя обычным здоровым мальчиком, как и все ребята. Этим Кэтрин и отличалась от девчонок вокруг.
Целыми днями мы болтали, делали уроки, смотрели фильмы и слушали музыку. Большего я дать ей не мог. Мы не катались на велосипедах, не устраивали походов, не играли на улице, как другие ребята. Даже простая прогулка в парке для меня была проблемой. Кэтрин уверяла, что всё в порядке, но я знал, что это не так.
– Дыши же, милый мой! – повторяет Кэтрин, а из её глаз текут слёзы. – Хватит меня разыгрывать!
В какой-то момент тебе становится противна жизнь маленького больного астматика. Тебе становится стыдно перед родителями за слабость и беспомощность. Ты ненавидишь себя за то, что ничего не можешь дать своей девушке. В какой-то момент ты становишься немного умнее и смелее. Астма – это не та болезнь, которую можно легко вылечить, но будучи подростком, ты уверен, что сможешь этого добиться.
Я валяюсь на влажной песчаной дорожке в парке и продолжаю задыхаться. Кэтрин плачет и снова суёт мне в рот ингалятор, а нас окружают люди.
На одном из сайтов я нахожу одну интересную статью. В ней парень пишет, что любую болезнь можно излечить силой нашего мозга. Автор обещает лечение от всех болезней. «Важно лишь поверить в себя!» – большими красными буквами написано в центре страницы. Я нахожу лечение от бронхиальной астмы и кликаю на иконку. Здесь продают ингалятор, точь-в-точь как мой, только гораздо дешевле. Автор пишет, что препарат содержит малое количество лекарственных веществ. Пишет, что организм сам способен выработать необходимое антитела, которые смогут победить болезнь. «Стоит лишь поверить!» – гласит надпись в центре страницы. Автор приводит сотни доводов и аргументов, я начинаю верить, оформляю заказ и через два дня получаю спасение.
– Дыши же ты! Ну что такое? – плачет Кэтрин. Люди охают, пока я корчусь от нехватки кислорода. Кто-то вызывает скорую помощь.
Когда случается припадок, ты думаешь лишь о том, как сделать один глоток воздуха. Ты не думаешь о бедных родителях, любимой девушке, уроках или будущем. Ты не думаешь о будущей профессии, о престижном доме и красивой машине. Единственное твоё желание – один маленький глоток воздуха.
Я заменяю свой ингалятор на новый и представляю, как наладится жизнь. Родители обрадуются, когда узнают, что я вылечил недуг самостоятельно. Мы с Кэтрин сможем полноценно проводить время вместе, а я перестану быть
