Филип посмотрел в мерцающие изумрудные глаза решительной брюнетки – и неожиданно расправил плечи.
– А ведь вы правы, черт возьми! Они там вообще уверены, что я побоюсь прийти. Вот им!
И Филип воинственно выставил в сторону гостиной костлявый кукиш.
Бет проводила новоиспеченного мужа недоуменным взглядом и повернулась к подруге.
– Такое ощущение, что цыпленок идет записываться в стаю коршунов. Шерри, ты решила стать психоаналитиком?
– Тебя там не было, Бет. Это было ужасно.
– Невеста напилась и устроила скандал?
Шерри помрачнела и ответила неожиданно жестко:
– Элизабет, я вынуждена напомнить тебе о профессиональной этике. Миссис Форд – постоялица нашего отеля, и мы в любых обстоятельствах должны стоять на страже ее интересов. А если по-человечески… я не дам ее в обиду. Это было бы подло.
– Я не понимаю, Шер…
– Поймешь. Знаешь, Бет, десять лет назад одна девчонка пришла наниматься на работу. Она была наивна, глупа и несчастна, и работавшие здесь женщины вполне могли бы высмеять ее, обидеть, оскорбить… Но они этого не сделали. Они ее поддержали. Они помогли ей вырасти, поумнеть и обрести уверенность в себе. Им, этим женщинам, я не могу отплатить тем же – они и так состоялись. Поэтому я верну свой должок той, кто в этом нуждается. Элли Морган.
Бет улыбнулась, склонив голову на плечо.
– Китти не ошиблась в тебе, Вишенка. Своих не сдаем? Это по мне. Но как ты собираешься помочь этой горе-невесте?
– У нас есть неделя. Это очень много времени… если грамотно им распорядиться. Собери девчонок, когда все гости угомонятся.
– Сделаю.
РАЗГОВОРЫ ПО ДУШАМ-2
– Привет, Кабан. К тебе можно?
– Здорово, Красавчик. Заходи. Рад встрече.
– Ты все растешь, что ли? Выпьем?
– Наливай себе. Я пока на службе.
– Я тоже, но надраться охота – сил нет.
– Наслышан. Тяжелый случай.
– Да я не из-за Морганши…
– А я и не про нее.
– Та-ак… как это я забыл, с кем имею дело? Винсент Дельгадо, серый кардинал. Вот сейчас как дам табуреткой…
– Во-первых, не порти мебель. Во-вторых, не попадешь все равно.
– Спорим?
– Спорим.
– Завтра вечером в спортзале.
– Смотри, Джо, попорчу имидж.
– Имидж – ничто, главное – самоуважение. Так что же имел в виду ты?
– Вишенка у нас с норовом. И терпеть не может несправедливости.
– У тебя везде свои люди, я смотрю.
– Балбес. Камеры наблюдения. Кстати, хороший удар. А вот реакция слабовата.
– Не мог же я бить женщину.
– Не ври, Красавчик. Ты вообще не ожидал, что она тебе съездит по фотокарточке.
– Ладно, признаю. Не ожидал.
– То-то. Вообще, она права. На этот раз ты превзошел сам себя. Осталось только совратить новобрачную – ниже падать некуда.
– И скандал наблюдал?
– Конечно. Мои парни стояли наготове, док Фоулс держал шприц на взводе.
– Со снотворным?
– С адреналином. У великанши обостренная реакция на красный виноград. Если бы она в запальчивости хлопнула розового или красного шампанского – анафилактический шок был бы обеспечен. А тут еще ты с букетом…
– Винс, не мотай мне нервы, а? Мне и так погано.
– Неужто совесть заела?
– Представь себе. Странно, да? Я же для их пользы стараюсь – но получаюсь подлец. И Шерри взъелась…
– Я смотрю, вы давно знакомы?
– На что это ты смотришь?! У тебя и в номерах камеры понатыканы?!
– В номерах у меня камер нет, хотя теперь я об этом подумаю. Ты что, успел близко познакомиться с нашей Вишенкой за сегодняшний день? Что там у вас в номере случилось?
– Да не в номере, Винс, и не сегодня… Намного раньше – и совсем в другом месте.
– Я слушаю, Джо. Говори, если хочешь. Если хочешь – молчи. Я все равно слушаю.
– Вот за что тебя не люблю… С твоей рожей только в покер играть. Хрен поймешь, блефуешь ты или нет.
– Я и играю. С Китти. Она злится ужасно.
– М-да… Понимаешь, я не знаю, что рассказывала Шерри…
– Немного. Пришлось все выяснять самому. Только время зря потратил. Она рассказала почти все. Ранчо, росла без матери, отец не любил. Познакомилась с городским парнем, он ее оприходовал и бросил. Папаша узнал, разгневался, выгнал. Приехала в Сарасоту, поступила к Китти в отель. Все. Дальше неинтересно, потому как все на глазах!
– А мне вот как раз интересно.
– Интересно, когда в бане тесно. Конфиденциальная информация.
– Намекни хоть – у нее кто-то есть? Был?
– Она потеряла невинность в восемнадцать лет. Ни с одним мужчиной вместе не жила. Романы – были. С кем, сколько раз и когда – не твое дело.
– Ясно. В принципе правильно…
– Твоя очередь.
– А чего ты еще не понял? Я – тот самый городской, который ее бросил.
– Тю!
– Вот именно. Только я ее не бросал, а она в это не верит.
– И за десять лет в первый раз…
– Я сюда приезжал всего дважды, шесть и два года назад. Оба раза ее не видел. Китти давала мне поручения – я выполнял. В основном работал в Лондоне, ты же знаешь.
– Знаю. Да, верно, тогда ее здесь не было. Шесть лет назад она училась гостиничному бизнесу в Европе, а два года назад ездила в отпуск. В Париж.
– Одна?
– Одна.
– Ясно.
– Джо… Ты ее не обижай.
– Вот еще! Она сама кого хочешь… Удар поставлен.
– Я серьезно. Шерри – хорошая девка. Правильная.
– Я знаю, Винс. Ох, как я это знаю…
– И если ты ее обидишь, я лично тебе шею сверну.
– Иди к черту. Я сам повешусь, если она обидится.
– А как же сегодня?
– Исправлюсь. Буду ползать за ней на коленках, пока не надоем. Завалю цветами. Осыплю бриллиантами. Буду петь под окном. Что-нибудь придумаю.
– Давай, клоун, думай. И не вздумай сказать Китти.
– Почему?
– Ты же ее знаешь. Она уверена, что может свести кого угодно. А Шерри ее давно беспокоит. Китти не особенно уважает институт брака, но свято уверена, что женщина не должна жить одна.
– Родственные души. Хотя я и против брака ничего не имею…
– В любом случае, не говори ей. Начнет крутить очередную комбинацию, Шерри просечет, психанет и сорвется.
– Я смотрю, ты ее хорошо знаешь?
– Она мне нравится. Как человек. Я желаю ей счастья. Не сверкай очами, сплю я с другой женщиной.
– Подумаешь, я тоже сплю с другими женщинами. То есть спал.
– А я – только с одной. И она родила мне двух дочек и сына.
– Я не знал, Винс, поздравляю.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
