6/2
Айше кивает, у меня появляется надежда, что она действительно мне поможет. Даже немного начинаю чувствовать голод. Делаю себе бутерброд, ем его торопливо. Мне нужны силы, чтобы справиться с ситуацией, в которую угодила.
Но Айше так и не приходит! Час за часом я жду ее, совершенно измученная, чувствуя растущее отчаяние. Наконец звук ключа в замке. Подскакиваю из кресла, бросаюсь к двери, но это, к огромному моему разочарованию, Байратов.
- Хватит издеваться надо мной! – восклицаю, меня трясет от нервозности. Время уже очень позднее, и я с отчаянием понимаю, что никуда меня не отпустят.
- Успокойся. Я заберу свои вещи и уйду. Будешь спать одна.
- Я не хочу здесь спать! Мне домой нужно!
- Слушай, я дико устал от твоих психозов, - морщится. – Я могу быть далеко не таким понимающим.
- Вот и отлично. Устал? Отпусти меня! Не нужно мне твоих пониманий!
Не слушает. Проходит мимо, словно я стеклянная. Направляется к шкафу. Берет какие-то вещи.
Тут в комнату входит Айше. Хочу броситься к ней, но она даже не смотрит в мою сторону. Забирает поднос с едой и бесшумно испаряется.
- Голодовкой ты ничего не докажешь, Есения, - бросает Давид холодно.
- У тебя забыла спросить! Ненавижу, - всхлипываю.
Байратов ничего не отвечает, уходит. Снова запирает дверь.
Половину ночи провожу, бодрствуя на стуле. Обхватив себя руками, раскачиваюсь из стороны в сторону. Никак не могу перестать думать, что будет дальше. Снова и снова задаю себе вопросы, чем мой отец мог так сильно разозлить этих людей.
- Ну вот, ты переживал, а она спит тут сладко, как младенец, - голос мачехи доносится сквозь пелену.
- Есения! Дочка! Как ты? Тебя накачали? – тихий голос отца, в котором явно проскальзывают нотки вины.
Подскакиваю. Я на постели, не помню, как в ней оказалась. Отключилась вроде в кресле, поклявшись, что не подойду к месту, где спал ненавистный мне мужчина, пусть даже его не было на данный момент в комнате.
- Как вы здесь оказались?
Все еще не верю, что это не сон. Даже щипаю себя, чтобы убедиться. Бросаюсь к отцу, обнимаю его.
- Спасибо, что вы за мной приехали! Мне было так страшно! Можно прямо сейчас поедем домой?
Мачеха бросает на меня задумчиво-въедливый взгляд.
- Хм, странное отношение к жениху. Артем, ты уверен, что твоя дочь собирается замуж? – задает вопрос, который лишает меня дара речи.
- Надь, пожалуйста, выйди. Сходи, по саду погуляй. Я поговорю с дочерью.
- Я хочу уехать. Давай поговорим дома, - произношу торопливо.
- У тебя полчаса, Тём, чтобы все разрулить, - поморщившись, Надежда удаляется.
- Что происходит? Я ничего не понимаю! Меня похитили, заперли в подвале, а теперь ты приезжаешь, и…
- Дочка, прости, но у тебя нет выбора. Ты должна выйти за Байратова. Иначе нас всех убьют.
- Что?! Что ты такое говоришь… я не понимаю тебя…
- Есения, ты у меня умная девочка. Я очень сильно просчитался. Виноват перед Давидом. Но еще хуже дело обстоит с его так сказать покровителем. С Ахмадом договориться почти нереально… Все очень опасно, девочка моя. Не думай, что я жертвую тобой ради своей жизни. Это не так. Я хочу спасти прежде всего тебя…
- Я ничего не понимаю! Но замуж точно не пойду, уж прости…
После сна меня дико мучает жажда, голова плывёт. Соображаю очень плохо. Понимаю только одно… Я в западне. И никто не поможет мне выбраться. Даже родной отец.
Дверь в комнату распахивается, заходит Ахмад. Вижу, как бледнеет отец. Буквально отшатывается от этого мужчины в сторону.
- Я вижу твоя дочь слишком строптива. Не хочет помогать тебе, Артем. Ну что же, так тому и быть. Забирайте его.
Двое амбалов врываются в комнату, хватают отца. Я визжу, но на это никакой реакции.
- Я всегда забираю долги, девушка. Запомни это. Ты не захотела спасти своего отца. Что же, тебе с этим жить.
- Вы все ненормальные! – рыдаю. Не могу поверить в происходящее.
С улицы слышу крики Надежды. Ее тоже схватили?
- Я… я передумала. Если другого выхода нет…
- Что? Что ты там лепечешь? Думаешь, тебя уговаривать будут? Нашлась принцесса! Да желающих ублажить Давида – толпы. У тебя был шанс, но ты его упустила. Кровь твоего отца на тебе будет. Казнь вечером.
- Нет! Вы в своем уме? Что вы такое говорите?
В комнату врывается мачеха. Бросается на меня, лупит по щекам.
- Дрянь! Какая же ты дрянь! Ни себе, ни людям, да? У тебя был шанс помочь Артему, но твоя гордость превыше, да? Я тебя убью! Ненавижу! Он так молил о помощи, а ты…
Мачехе становится плохо, она оседает на пол.
- У тебя есть время до вечера, Есения. Теперь ты не просто станешь женой Давида. Ты должна умолять его, чтобы он захотел этого.
