— А еще чисто.
— Ты женат Тимур? — выдала важный вопрос для себя, и замерла в ожидании ответа.
Звук моря не успокаивал. Будет очень обидно, если окажется, что он не свободен. Да, я переживу конечно, но мне будет бесспорно очень обидно.
— Нет, Света я не женат, — его голос спокоен, как и он сам. Глаз не отводит, не похоже, чтобы он что-то скрывал.
— Извини меня, но звонки, на которые ты не отвечаешь при мне и срываешься сразу, наводят на меня определенные мысли, это не мое дело, — отпила еще чая, в горле пересохло, — но для меня неприемлемо быть разлучницей или любовницей. Или вообще кем-то не единственной, — выдохнула от облегчения, это нужно было сделать раньше, но уж когда получилось.
— Давай завтра встретиться и я все объясню?
— Это немного пугает, мне будет достаточно слов, — сидеть больше не хотелось, немного неуклюже встала и побрела вдоль берега. На мои плечи опустилась кофта, я благодарно улыбнулась Тимуру, он такой внимательный.
— Не хочу говорить, хочу показать тебе.
— Хорошо, а сейчас отвези меня домой, — он кивает, и мы разворачиваемся в сторону машины.
7 Глава часть 2
— У меня нет женщины Свет, — говорит у моего дома, — единственная женщина, которая мне нравится, это ты.
Я невольно улыбаюсь, верю ему. Ну как можно не верить, когда на тебя смотрят так…По-особенному что ли.
— До завтра тогда, — иду в сторону дома, не забыв прихватить свой букетик. Никаких поцелуев на ночь.
Захожу домой, запираю дверь и, не включая свет, раздеваюсь, плюхаюсь на кровать, лицом в подушку. Ну вот что он мне завтра покажет!?
Мой мозг начинает подкидывать мне почву для бессонницы. А если кто-то из его родителей очень болен, и он постоянно на связи, в связи с этим? А если у него проблемы в бизнесе, серьезные? Мне будет стыдно, если это окажется одной из причин. Чувствовать себя истеричкой и быть ею это разные вещи.
Пока мне не спится думаю о Вере, она мне ничего не рассказала про Нестерова Дениса. Получилось ли у нее заставить его пригласить себя на свидание?
Да и в беседе какая-то странная тишина, уже давно. Или кто-то выключил уведомления…
Быстро поднимаюсь с кровати и бегу к телефону. Ищу беседу, там оказывается 70 сообщений, мною проигнорированных. Читая переписку, мне становится понятно, что Вера не успела, одна из участниц уже получила миллион и, кажется, любовника в придачу. Как же это мерзко! А вот интересно, если мужчина узнает о таких играх, что будет? И почему Тимур мне ничего не рассказал?
Выхожу из беседы с чистой совестью. Впредь буду внимательно отвечать на вопросы. И невольно вспоминаю того, кто виноват в том, что я стала участницей этой игры.
*****
— Это шедевр, — говорю своему шеф повару и технологу в одном лице, — я даже не могу понять, из чего это божественное печенье!
Васильевич пытается мне рассказать состав этого совершенного печенья, которое тает во рту. Но я отмахиваюсь, кладу на тарелку образец номер шесть, беру кофе и выхожу в коридор.
От Лены пришло сообщение, что меня ждут. Иду, надеясь, что это дизайнер пожаловал ко мне. Нам нужно обсудить интерьер нашего нового кафе. Пора приступать к ремонту. Нечего зданию просто так простаивать.
Мой взгляд цепляется за огромный внедорожник у моего кафе. Неужели на таких автомобилях ездят дизайнеры? Не ту профессию я выбрала, судя по всему.
С этими мыслями открываю дверь в приемную и вижу Князева Дмитрия, останавливаюсь лишь на секунду, чтобы поставить на стол Лены свой кофе и тарелочку с печеньем. Разворачиваюсь и спешу в обратном направлении.
— Куда! — слышу громкий рык позади себя, — Стоять!
Я срываюсь на бег, на шпильках большой скорости не разогнать, но я пытаюсь выжать все из своих недостаточно накачанных ног. Не то, чтобы была причина моего побега, просто мне не хочется его видеть, совсем. Это глупо, может он по делу приехал. Но я уже бегу, а он, судя по всему, догоняет.
Конечно, он ловит меня, дергает за руку, от боли в глазах темнеет. Разворачивает меня и быстрым движением впечатывает в свою мощную грудь. Я слышу его сердце, которое отбивает быстрый темп, и слышу, кажется, свое, которое сейчас остановится от адреналина в крови.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Отчего же бежит кренделек? — хриплым басом слышу над головой.
— Отпусти, — говорю в его грудь, он крепко держит меня, прижимая к себе.
— Продай эту землю, — говорит он то, что я от него точно не ожидала, — прошу по-хорошему.
В моей голове тысяча мыслей, неужели он имеет какие-то дела с Коромысловым, кто еще мог ему сказать. А если это кафе для него самого, хочет насолить мне. Моя злость берет вверх над разумом.
Вырываюсь из его рук, разворачиваюсь и иду к себе в кабинет. Козел он и есть козел! Чего от него ждать.
— Я никому не продам эту землю, даже за огромные деньги, — не поворачиваясь говорю вслух.
— А если речь идет о твоей жизни, и о жизни твоих близких?
От его слов холодок прошелся по моей спине. Что он имеет ввиду?
Ноги сами останавливаются. Медленно поворачиваюсь к нему. Он не шутит, да он козел, бабник. Но он не будет бросаться такими словами на ветер.
— Что ты имеешь в виду, — иду на него, мне нужно смотреть в его глаза, чтобы заподозрить ложь сразу, — объясни.
— Тебе не нужно ничего знать, — он точно не блефует, глаз не отводит, — просто избавься от земли. Неужели ты поверила, что тебе ее продали за дарма только за красивые глазки?
Я пропускаю шпильку, брошенную в мой адрес. Мне сейчас не до споров, если он прав, то все мои мечты пойдут крахом. А я ведь уже все распланировала.
Хочется выть и топать ножками от расстройства. Мой мозг упорно хочет во всех бедах обвинить бывшего. Это неправильно! Возможно, он мне хочет помочь. Возможно, мне нужно его поблагодарить.
— Продавец сказал, что переезжает, — разворачиваюсь и иду в кабинет, — я тебе не верю.
По пути взяла свой кофе, сейчас не до печенья, его оставила Лене. Плюхнулась в кресло, откинула голову назад и прикрыла глаза. Сейчас точно заболит голова, теперь нужно обдумать, верить ли Князеву. Зачем ему мне врать, но и зачем ему меня предостерегать? Да и не сказал он ничего дельного, чтобы мне ему верить.
— Твои извилины сейчас думают, — конечно он не ушел, — или делают вид?
— Объясни мне нормально, что не так с этой землей? — вернула свое внимание бывшему.
Мне хочется нормально с ним поговорить. Но это мне. Он же хочет всегда посильнее меня задеть, поиздеваться надо мной или просто посмеяться. Ну, что за человек, и за что мне это наказание?
— С тебя хватит и той информации, что я тебе говорю, просто избавься побыстрее от нее, — присаживаясь на стул, он расстегнул пуговицу на пиджаке и протянув длинную руку, взял мою чашку с кофе.
Отпил из моей чашки, поморщился. Да! Я теперь пью крепкий и без сахара. Его пальцы оплели чашку. Такие длинные, красивые. Такие руки должны быть у мужчины: жилистые, сильные. Ох, и не о том ты думаешь, Света!
— А если ты на зло это говоришь, — прищурилась, — чтобы насолить мне?
— Кренделек, какая ты наивная, — усмехнулся моей мысли, — мне это незачем. Я можно сказать тебя пытаюсь лишить проблем. Или тебе скучно живется?
— Но откуда тебе известно? Мне просто нужно знать причину, почему мне нужно избавится от такого лакомого куска, — ну вот, голова потяжелела, а у меня, между прочим, планы были на вечер.
— Тебе решать, верить мне или нет, — наверно решив, что этот разговор закончен, встал и направился к выходу. — Я по старой дружбе решил тебя предостеречь. Дальше сама.
Он подмигнул и вышел из кабинета. А я осталась думать, верить ему или послать к черту. Этот день мог стать спокойным, но, видно, не судьба.
Тут же набираю сообщение Тимуру, что сегодня не получится встретится. Из меня сегодня так себе выйдет собеседник. Перенесем нашу встречу на несколько дней, а пока мне нужно решить серьезную дилемму.
8 Глава часть 1
— Очень странно все это, — говорит свой вердикт Вера.
