пальцев. Убийца, вероятно, действовал в перчатках, поэтому он смело оставил нож у трупа. Оснований для ареста Татьяны Кнутсен не было. По словам Скартвейтов, Кнутсены поругались накануне убийства. Да и сама вдова, не стала отрицать ссору с мужем. Похоже, Бьёрн не слишком контролировал свой язык в общении с женой. Татьяна имела причины разозлиться на мужа, но для обвинения в убийстве этого не достаточно. Размышление инспектора прервал звонок. Тор взял трубку.
– Тор Квиллен слушает.
– Еще бы ты не слушал. Из-за твоего трупа пришлось отложить в сторону всех остальных, – услышал инспектор ворчание Чарли Янссона. Медэксперт старался придать голосу сердитый тон.
– Твоим ребятам спешить уже некуда.
– Можно подумать, твой парень куда-то опаздывает, – хмыкнул Чарли.
– Ты же понимаешь, что речь идет об иностранной туристке, которая приехала в Норвегию в гости к Кнутсен и может в любой момент улизнуть в бескрайнюю Россию, – миролюбиво сказал Тор.
– Когда, говоришь, она приехала на остров?
– Паром прибыл в понедельник в семнадцать пятьдесят пять.
– Тогда это не она. Смерть насупила в понедельник, но гораздо раньше, между четырьмя и пятью утра. – Янссон замолчал, испытывая терпение инспектора.
– Не тяни, – попросил Квиллен. – Что еще можешь сказать?
– Ладно, – смиловался Чарли. – Причина смерти – кровопотеря в результате проникающего ножевого ранения в шею с повреждением правой сонной артерии. Смерть наступила в течение десяти – пятнадцати секунд.
– Салон машины измазан кровью, особенно внутренняя обшивка двери водителя. Думаешь, его убили в машине, когда он сидел за рулем?
– Думать – это твоя работа. Я могу сказать, что, судя по направлению удара, в момент его нанесения Кнутсен сидел. Убийца бил сверху вниз слева направо.
– Получается, что Кнутсен повернулся влево к окну и получил удар в шею в правую артерию. Преступник был левшой? – Тор представил действия убийцы.
– Скорее всего. Но теоретически, если отвести правую руки влево вверх, то можно ударить слева направо. Хотя в этом случае рука с ножом дольше остается в поле зрения жертвы. У жертвы появляется дополнительное время, чтобы защититься или отстраниться.
– Понятно. – Квиллен подумал, что надо провести эксперимент и попробовать восстановить движения убийцы.
– Раненый Кнутсен мог сам выйти из машины? – спросил он.
– Скорее он мог вывалиться из машины. Но, вероятнее всего, он пытался зажать рану, оставаясь внутри салона.
– С какой силой нанесен удар?
– Ты имеешь в виду, могла ли это сделать женщина, например, вдова? – усмехнулся Чарли. – Да, запросто. Могу сказать, что преступник либо не профессионал, либо был очень зол на покойника.
– Откуда такой вывод?
– Он нанес смертельный удар, но затем сделал лишнее движение – вращательное, как будто провернул нож против часовой стрелки. То ли для верности, то ли выплеснул эмоции. Это пока все. Если найду еще что-то интересное, так и быть, позвоню. Подробный отчет получишь завтра.
– Спасибо, Чарли.
– Кстати, не знаю, поможет ли тебе эта информация. У Кнутсена была проведена лобэктомия левого легкого. Дело давнее, похоже, в молодости он получил проникающее ранение левой половины грудной клетки с повреждением легочной паренхимы, нанесенное плоским острым предметом.
– Другими словами, в молодости кто-то пырнул Кнутсена ножом в легкое, поэтому пришлось отрезать его кусок.
– Если выражаться словами несведущего дилетанта, то, да.
– Еще раз извини, Чарли, что заставил ждать твоих подопечных.
16
Татьяна и Алина, укрывшись пледами, сидели у входа в гостиницу Кларион, где провели прошлую ночь. Гостиница размещалась на набережной Скаген в центре города на берегу Воген Фьорда. День был пасмурным, со стороны фьорда тянуло холодом. Алинуся подтянула к плечам плед и отхлебнула горячий кофе из бумажного стаканчика.
– Прости, что втянула тебя в эту историю. Если ты уедешь в Москву, я пойму. Хотя страшно подумать, что я останусь одна. Но это мои проблемы, – горько сказала Татьяна.
– Неужели ты думаешь, что после всего я слиняю домой?
– Что бы я без тебя делала? Представляю, как на меня будут смотреть на острове.
– А тебе не все равно? Или ты собираешься там жить и дальше?
– Нет, конечно. Что мне там делать без Бьёрна? Но я должна ждать конца следствия. Кто и за что мог такое с ним совершить?
– У него с кем-нибудь были плохие отношения? – спросила Алинуся.
– Конечно, всем нравиться нельзя. Но настоящих врагов, насколько я знаю, у Бьёрна не было. А обычная неприязнь – не мотив для убийства.
– А ты не хочешь показать инспектору снимки летнего дома с лицом в окне?
– Зачем? – удивилась Татьяна. – Наверняка это были хозяева. Лучше сначала им позвонить, узнать, приезжал ли кто-нибудь на остров.
– Позвони, – согласилась Алина. – Сегодня же и позвони.
Татьяна не ответила. Она задумчиво смотрела на противоположный берег фьорда.
– Танюх, ты меня слышишь? – Алинуся повернулась к подруге.
– Что? – очнулась от мыслей Татьяна. – Ах, да. Мне надо узнать их номер телефона. Завтра позвоню. Нам пора двигать в сторону пристани.
На пароме девушки почувствовали к себе повышенное внимание со стороны многих пассажиров. Люди открыто бросали на них любопытные взгляды.
– Чувствую себя мартышкой в цирке. – Алинуся недовольно сдвинула брови. – Вот что значит жить в деревне. В Москве убийство мужа – не повод так пялиться на его вдову.
– Нам надо найти машину до фермы, – сказала Татьяна и позвонила Муне.
– Мы приплываем на Хеллёй без пяти шесть. Ты могла бы нас встретить?.. Да, меня отпустили… А Ойстен?.. Ну, ладно. Извини.
– Отказалась?
– Они с Ойстеном уехали к детям. Сейчас позвоню Скарлет. Она работает таксистом на острове.
– Не надо звонить никакой Скарлет. – Татьяна набрала телефонный номер Евгения. – Женечка, привет. Мы с Танюхой возвращаемся. Ты уже не на работе? Отлично. Встретишь нас? Ты – ангел.
– Ты познакомилась с Евгением?
– Естественно. Кажется, он хороший мужик, – сказала Алина.
Евгений ждал у пристани в своей старенькой Тайоте.
– Рад, что тебя освободили, – сказал он, когда девушки сели в машину.
– На меня у полиции ничего нет.
– Что теперь?
– Полиция будет искать убийцу.
Ферма показалась Алинусе еще более мрачной, чем в первый раз. Участок у гаража, где обнаружили тело Бьёрна, был по-прежнему огорожен лентой. Алина вздохнула. Ей не хотелось здесь оставаться, но уезжать в разгар событий ей хотелось еще меньше.
– Потом ведь буду жалеть, что сбежала в самом начале, – подумала Алинуся.
17
Тор Квиллен проехал дважды вдоль улицы, по обе стороны которой выстроились таунхаусы. Наконец он нашел дом номер пятнадцать, в котором жила бывшая жена Кнутсена Магрет Бё, и позвонил в дверь двухуровневого блока, отделанного темной матовой плиткой. Дверь открыл молодой человек.
– Инспектор Тор Квиллен. Могу ли я поговорить с Магрет
