хозяйства будут поступать нам.
Когда мы вышли из зала и двинулись к лифтам, ко мне подошла Сюзи.
— Мне сказали, что Мун Во Иль был отцом Мины. Как она? — тяжело вздохнув, тихо спросила она.
— Держится. Сегодня похороны.
— Говорят, он занимал высокий пост в министерстве национальной обороны. Большой человек, но и это не спасло его от возмездия. Вы заметили, что все, кто хотел вам плохо, поплатились за это? — она внимательно посмотрела на меня.
— Случайность, — пожал я плечами. — Во всяком случае я к этому никак не причастен.
— Кстати, барса мы увезли подальше отсюда, чтобы у хозяина не возникло соблазна забрать его силой обратно, как сделал Мун Во Иль. Старик-сторож сейчас на больничном с ушибами и с трещиной в ребре. Девушки-волонтеры до сих пор не вышли на работу после пережитого стресса. Как вообще ему в голову взбрело нападать на приют для животных? Похоже, эти люди привыкли добиваться всего силой. Причем не своей, а своих подчиненных.
В это время к нам подошел Хан Ван и с интересом оглядев меня, спросил:
— Вы и есть начальник Ли, заменивший Чжи Ханыля?
— Да, президент Хан, — я чуть склонил голову. — Только вряд ли кто-то может заменить такого талантливого руководителя, как Чжи Ханыль. Все-таки он внес большой вклад в развитие мутаций и в создании лаборатории. Думаю, он должен быть удостоен чести, чтоб его портрет висел в здании Биотеха.
— Вы правы. Он заслужил бы этой чести, но… После того, что он натворил, мы не будем этого делать. Как выяснили аудиторы, ци-спирит всегда потреблялась выше нормы, но Ханыль каждый раз находил оправдание этому, а потом и вовсе свалили вину на вас. Эти недостойные поступки перечеркнули все, что он делал ранее.
Я кивнул, так как мне нечего было добавить.
— Я рад, что вы вернулись и заняли пост начальника. Уверен, с вашими умениями и знаниями мы будет развиваться еще быстрее, и все хозяева бойцов выстроятся в длинную очередь, чтобы изменять своих животных именно у нас, — он похлопал меня по плечу и двинулся к лифтам.
Мы с Сюзи переглянулись. Мы оба были против мутаций бойцов, но идти против распоряжения президента не могли.
Попрощавшись с Сюзи, спустился в отдел.
— Тэджун, пойдем с нами в «Гладиаторы Пусана»? Сегодня там сражаются орангутаны, — предложил Кун.
— Орангутаны? Ты уверен? — мне показалось, что я ослышался. Никак не ожидал, что даже этих животных заставят сражаться.
— Конечно! Весь город в рекламных вывесках.
— Да? Не замечал. Как-то навалилось все в последнее время… Я пойду с вами. Мне тоже интересно посмотреть на них. А теперь за работу. Две трети коров мы обслужили, осталось совсем немного. А я пока займусь медведями. Кстати, их привезли?
— Привезли, — кивнул Кун и, подозрительно прищурившись, вполголоса спросил. — Надеюсь, ты не думаешь и их…
— Нет-нет, все алгоритмы я уже продумал. Осталось только забить в программу, проверить и облучить раствор. Я бы, конечно, не хотел этим заниматься, но выбора нет.
Я зашел в кабинет и, оставив дверь открытой, приступил к изменениям днк.
* * *
Хан Ван, Рим и Сюзи сидели на мягких диванах на балконе, находящемся на самом верхнем этаже корпорации. Дальше только крыша с вертолетной площадкой.
— Брат, ты выглядишь неважно, — сказала Сюзи, отметив похудевшее лицо, темные круги под глазами и поредевшие волосы.
— Именно поэтому я и хотел поговорить с вами… Я не ездил с проверками по отделениям.
— И что же ты делал столько времени? — удивился Хан Рим. — Если отдыхал, то после отдыха ты выглядишь даже хуже, чем до него.
Ван горько усмехнулся.
— Такого отдыха никому не пожелаю… Я болен. Думал, что справлюсь, поэтому не стал вам говорить, но, как оказалось, эту болезнь очень трудно победить. Иногда — почти невозможно.
— Что это за болезнь, Ван? — встревожилась Сюзи. — Мы сделаем все, чтобы вылечить тебя. У нас есть деньги, поэтому отправим тебя в Европу или в Америку. Куда угодно, лишь бы ты был здоров.
Ван улыбнулся, притянул к себе сестру, обнял и поцеловал в макушку. Все это время Рим обеспокоенно смотрел на брата, но ничего не сказал. Он ждал, когда Ван сам все расскажет. Однако неприятное чувство тревоги заставило его напрячься. Он прекрасно знал брата, поэтому нехорошее предчувствие захлестнуло его.
— Не стоит меня никуда отправлять. Во всяком случае специалисты уже прошерстили информационную систему регистра, но не нашли донора, подходящего мне.
— Что еще за донор? Зачем тебе донор? Скажи толком, что с тобой? — взмолилась Сюзи, едва сдерживая слезы.
Ван опустил взор на свои руки с сухой потрескавшейся кожей и еле слышно ответил:
— У меня лейкоз.
Повисло тягостное молчание. Рим замер, словно статуя, уставившись на брата. Сюзи закрыла лицо руками и тихонько заплакала. Ван продолжал смотреть на свои руки, будто видел их впервые.
— Почему ты раньше нам не рассказал? — выдавил Рим.
— Не хотел тревожить раньше времени. Думал, что смогу вылечиться, но теперь… Надежды все меньше. Первым делом мы проверили совместимость с вами, но ни вы, ни мать мне не подходите, — он поднял голову и посмотрел на брата. — Ты хорошо справлялся, пока меня не было. Я очень рад этому. Корпорация останется в хороших руках.
— Не говори так! Нет! Ты не умрешь! — закричала Сюзи и вскочила на ноги — Ты не посмеешь принести нам столько горя!
Ван поднялся и хотел обнять сестру, но она резко развернулась и побежала к выходу. Когда дверь за ней захлопнулась, Ван снова опустился на диван.
— Только матери пока не говорите. Кстати, где она?
— Где-то в Латинской Америке, — отмахнулся Рим. — Последний раз связывался с ней пару недель назад. Просила подкинуть денег, так как ей не хватало на покупку какого-то катера. Короче, развлекается, как обычно.
— Пусть развлекается. Ей тоже досталось после смерти отца. Она заслужила ту жизнь, о которой мечтала. Все-таки она сохранила корпорацию для нас, хотя ее и просили продать Биотех за большие деньги, — Ван устало откинулся на спинку дивана и посмотрел на пасмурное небо.
Было прохладно, но он не обращал на это внимания. Теперь, когда он узнал, что ему осталось совсем немного, то наслаждался каждым мгновением жизни. Он вбирал в себя
