Ухмыльнувшись промелькнувшим в голове прикидкам относительно будущей операции, я достал из портсигара сигариллу, которую, впрочем, тут же выхватила Элен. Пришлось брать еще одну. Странная у неё привычка — курить чужие, хотя свои, точно такой же марки, в сумочке лежат. Ну да ладно, мелочи жизни…
Стоило мне разок затянуться ароматным дымом, как я сразу уловил на себе странновато-возмущенно-ошалелые взгляды местных аборигенов. И чего им надо? Стоит себе вполне приличного вида человек вместе со своей спутницей, курят, никому не мешают. Эти же уставились с таким усердием, словно собираются испепелить взглядом. Полноте, этого и я не умею, да и вообще, подобное умение даже в прошедшие, куда более благополучные в плане магии времена было доступно очень немногим. Так что нечего им ваньку валять.
— Удивлен? — Ухмыльнулась заметившая реакцию аборигенов Элен.
— Есть маленько, — сознался я. — Смотрят на меня, словно мифический зверь василиск, способный одним взглядом в камень обращать. А зачем смотрят?.. Загадка и тайна покрытая мраком.
— Не драматизируй. Все вполне ясно и понятно. Видишь ли, это явление вселенского ужаса на лицах вызвано тем, что мы стоим и курим.
— А что, курить тут можно только сидя?
— Да нет… Впрочем, сейчас тебе все объяснят. Вон, один из представителей «возмущенной народной массы» решил с тобой побеседовать.
И точно. Один тип, больше всего похожий на экскаватор на тонких лапках, семенил в мою сторону со стр-рашно возмущенным видом. Что вдруг я его так обозвать изволил? Ну а по-иному никак! Брюшко, отожранное на гамбургерах, тонкие ручки-ножки, не обремененные каким-либо физическим развитием, ну и, конечно, челюсти, способные перемалывать фаст-фуд любой степени резиновости. Насколько я знаю, с самого детства они тренируются на жевательной резинке, потом переходят на полуфабрикаты, ну а годам к десяти-двенадцати уже полностью готовы к ежедневному труду — пожиранию продукции Мак-Хональдса разнообразного вида.
— Э-э-э… — проблеял приблизившийся меж тем индивид.
— Приветствую вас, — кивком обозначил я, что ему — таки удалось привлечь к себе мое внимание. — По какой причине вы осмелились отвлечь меня от наслаждения этой восхитительной сигаретой? Для вашего же благополучия надеюсь, эта причина достаточно важна и интересна, чтобы у меня не возникло желание покарать вас за эту дерзость.
— Э-э-э. — повторил он. На этот раз это прозвучало несколько растеряно. Затем последовало минутное молчание. Я ждал, его следующих действий. И вот, наконец, он смог уложить в своих мозгах смысл моей фразы, и начать свою речь.
— Вы… курите!!!! — апломбом, и искренним возмущением заявил он мне.
— Абсолютно верно подмечено, — я выпустил струю ароматного дыма. Благодарю за констатацию этого факта… Без вас я бы пребывал в печальном заблуждении, что пью коньяк. Это все, что вы хотели мне сказать?
— Вы курите и отравляете меня дымом! — счел возможным развить свою мысль абориген.
— Вообще-то пока нет… Я ведь находился от вас на расстоянии не менее пяти метров. Да и сигаретный дым не так уж ядовит. Впрочем, если вы настаиваете, я мог бы попробовать. — Я начал прикидывать, хватит ли моих, более чем скромных познаний в алхимии, чтобы сделать утверждение этого субъекта правдивым. В принципе, должно… Преобразую пары никотиновой кислоты содержащиеся в дыме в синильную… Концентрация конечно маловата, но чтобы убить одного человека, тем более на таком близком расстоянии хватить должно. Правда, из-за малой концентрации смерть будет процессом довольно длительным… Но что поделать. Искусство как говорится, требует жертв!
— Вы правда этого хотите? — по своему обыкновению переспросил я его на всякий случай.
— Я хочу, чтобы вы немедленно прекратили курить в общественном месте! — Отказался от столь «великодушного» предложения пузан. — Если вы не прекратите, я вызову полицию, вас отведут в участок и оштрафуют!
Я медленно, с наслаждением затянулся. Сигарета заканчивалась, но выбросить её сейчас было как-то неудобно. Получилось бы, словно я подчинился его требованиям. Элен, весело подхихикивала под своей паранджой, куря через маленькую дырочку и не вмешиваясь в разговор.
Любопытно, а почему он так агрессивно воспринимает это небольшое, и право слово, совершенно невинное отступление от их законов, — подумалось мне.
Интереса ради, я взглянул на него внимательнее. Впрочем, все было настолько на поверхности, что даже и всматриваться, особо-то не пришлось. Этот человек мечтал о приключениях, в детстве зачитывался приключенческими романами и мечтал стать покорителем диких джунглей, и общаться с прекрасными и гордыми туземками, открывать забытые города и покорять океаны.
Но… Школа, где сверстники смеялись над наивными мечтами, колледж, из которого он вынес твердую убежденность, что диких уголков на Земле более не осталось, и где бы ты не оказался, всегда можно будет найти хоть самый завалящий филиал вездесущего Мак-Хональдся заказать гамбургер и расплатиться по кредитной карте.
Затем, — работа продавцом автомобилей, женитьба на дочке босса, толстоватой и глуповатой, ничуть не похожей на все еще иногда снящихся ему иногда прекрасных и стройных туземок, но зато обеспечившей хороший карьерный рост на фирме.
Дети, не отрывающиеся от телевизора, клянчащие деньги и нахально посылающие в ответ предложение поработать, презрительный взгляд красивой мексиканки — подавальщицы в небольшой забегаловке, которой он осторожно, опасаясь обвинений в домогательстве, предложил разделить с ним ужин, штрафы за неверную парковку, и тоскливое понимание, что ничего иного впереди уже не будет.
Постепенно он привык к этому, сжился, и прекрасные туземки ушли из его снов и мечтаний, сменившись мыслями о том, как бы ему подсидеть очередного начальника, мелким доносительством и придирками. И лишь где-то глубоко в груди поселилась и стала разрастаться гнетущая пустота и боль, как всегда бывает с людьми, которые предали свою мечту.
Я выкинул сигарету, и молча кивнул. — Хорошо, как скажите, мы уже уходим. — Элен, уже ожидавшая очередного моего демарша, с искренним изумлением повернулась в мою сторону.
— Что с тобой, граф? Ты не заболел, случаем? — преувеличенно заботливо поинтересовалась она.
— Нет. Этот человек абсолютно прав. — По-русски ответил я ей. — Выкинь сигарету, пожалуйста. Ему действительно очень вреден дым. — Рак легких. — коротко пояснил я все более и более непонимающей моего поведения девушке. — Неоперабельный. Множество метастазов.
— А-а-а… Протянула она с улыбкой, выкидывая сигарету. — А за что ты его так? Я думала что-нибудь помягче, да позрелищнее учинишь.
— Да нет, я тут не причем. — Покачав головой, я развернулся и неспешным, прогулочным шагом стал спускаться по улице. — Знаешь… Никогда нельзя отказываться от своей мечты. Какой бы она не была. Иначе твоя жизнь, станет совсем бесполезной, да и прекратится вскоре. Покарать его сильнее, чем это сделал он сам, я бы просто не смог. А помогать… Не заслужил он помощи. Так что пусть живет себе, сколько там ему осталось. Вряд ли больше шести месяцев.
Дальнейший путь мы проделали в молчании.
* * *
Ну вот и тот самый адрес, что я выудил из памяти клерка. А неплохой дом себе мистер Бэрроу отгрохал! Три этажа, мансарда, красивый, ухоженный сад. Правда домик несколько аляповат на мой взгляд, перегружен явно излишними архитектурными деталями, однако о вкусах не спорят. Каждому свое, как было написано на вратах одного экстравагантного заведения.
Впрочем, внешняя оболочка строения меня интересовала в самую последнюю очередь. Гораздо интереснее было то, что проявлялось, когда смотришь в несколько другом, энергетическом спектре.
Небрежная защита, крайне небрежная. Настоящего Мастера трансформаций хватил бы апоплексический удар при виде такой халтуры. Хотя, что еще можно ожидать от того, кто сам вряд ли осознает суть того, что вдруг стал уметь. Возможно, я и ошибаюсь, но что-то не произвел на меня Джек Бэрроу впечатления человека, всерьез занимающегося изучением и осмыслением доставшегося ему дара. Об этом прямо таки вопиет и его занятие — руководство корпорацией фаст-фуда.
— Вежливо войдем или сразу кузькину мать вместе с его же бабушкой показывать будем?
— Покажем, покажем! — взвился Чума. Ну, этому и впрямь, только позволь учинить какую-нибудь пакость. Бес, что с него взять. — Я им такое покажу, что в кошмарах сниться будет.
— Мелковат ты для настоящего кошмара, — отмахнулся я. — А ты, Элен, подумай, что для нас лучше и удобнее?
— Ну, лучше все-таки вежливо войти, а потом и беспорядки наводить. У него тогда времени на подготовку меньше будет. Если, конечно, не заподозрит чего. Но ты ведь говорил, что он только инструмент, маска, а управляет всем сам артефакт.
