Прочь! Прочь от бездны! Не смотреть, забыть и никогда не вспоминать!
Развернувшись на выход, Софья столкнулась с Бенедиктом. Маг выскочил перед ней словно чёртик из табакерки, как будто нарочно караулил под дверью. Его лицо, обычно скрытое под маской спокойствия, перекосило от ярости.
— Эдвард! — взревел Бенедикт. — Эдвард, мразь, это ты впустил её?
Эдвард не отвечал.
— Что ты видела? — накинулся на Софью Бенедикт.
— А… а… а… — девушка глядела на него широко распахнутыми глазами. От страха её зрачки расширились, почти полностью закрыв радужку.
Бенедикт несколько раз встряхнул её, но без толку.
— Приди в себя! — маг отвесил девушке пощёчину и что-то пробормотал.
Софья вздрогнула, почувствовав, как по щеке разливается жар. Страх отступил. Нет, не пропал, он по прежнему касался кончиками щупалец кромки сознания, выжидая момента вернуться. Но уже не мешал разуму управлять телом.
— Ох-х… я видела… о светлые боги! — из глаз Софьи ручьём потекли слёзы. — Оно… это существо… что это такое? Как оно вообще может существовать? Как Творец допустил такое?
— Дьявол… Ты всё видела, — Бенедикт отпустил Софью. — Проклятье!
Бенедикт сжал зубы до хруста и схватился за голову, сильно взъерошив шевелюру. Взгляд его заметался по потолку.
— Как же дошло до такого… — пробормотал он. — Ты не должна была входить сюда.
Отпустив волосы и немного успокоившись, Бенедикт посмотрел на Софью взглядом человека, принявшего тяжёлое решение. Решение необходимое, пусть и неприятное ему самому.
— Нет… — испуганно пролепетала Софья, всё поняв каким-то внутренним женским чутьём. — Пожалуйста, не надо!
Бенедикт сильно толкнул Софью в сторону светящегося отверстия. На секунду девушка замерла на краю, размахивая руками и пытаясь сохранить равновесие. Но сила притяжения оказалась сильнее. «Мыльная» плёнка на мгновение разошлась, пропустив падающее тело.
Тьма поглотила Софью всю, без остатка.
Приземление вышло жёстким. Девушка больно ударилась спиной. Воздух вышибло из лёгких, и некоторое время Софья провела в мучительных попытках вернуть его назад, широко раскрывая рот словно выброшенная на берег рыба.
Постепенно глаза привыкли к темноте. Приподнявшись на локтях, Софья увидела бесконечные, теряющиеся во мраке стеллажи с пыльными фолиантами. Присутствуют книги самых разных форм и размеров, от тоненьких мягкостраничных брошюр до массивных томов — даже мужчине не просто такой поднять, не говоря уж о том, чтобы прочесть.
Для людей ли писали данные книги?
Стеллажи сделаны из необычного чёрного материала, похожего на камень. Покрыты узлами и шипами, с кучей наростов самых разных форм и размеров. Встречаются необычные отростки, похожие на когти или даже звериные клыки. Чуть реже попадаются блестящие разноцветные камни, похожие на кристаллы.
Самое жуткое то, что и книги, и стеллажи едва заметно шевелятся словно… живые? Возможно, у Софьи разыгралось воображение, но… шипы и отростки неторопливо тянуться в её сторону? А разноцветные камни блестят словно чьи-то голодные глаза?
Софья опустила взгляд, но стало только хуже. Пол сделан, судя по всему, из того же материала, что и стеллажи. В нём нет ни шипов, ни когтей, ни глаз. Зато есть кое-что похуже! Пол покрыт незнакомыми символами и рисунками, навевающими тоску и ужас. При взгляде на них кружится голова, а в мозгу сами по себе рождаются дикие нездоровые видения.
Впрочем, всё это лишь цветочки. Софью до смерти испугали отнюдь не стеллажи и символы. Она их просто не разглядела толком в темноте.
За спиной послышался шорох и скрежет чего-то острого по камню.
По звукам, движению воздуха и вибрации пола Софья поняла, что сзади приблизилось что-то большое. Девушка, скованная страхом, не проронила ни звука. Руки и ноги отказывались повиноваться.
— Мне крайне неприятно так с тобой поступать. Но так будет лучше для всех нас. Для всего Чертянска.
При звуках знакомого голоса Софья нашла в себе силы поднять голову. Бенедикт стоит у края светящегося кольца и смотрит на неё. На его лице странная смесь чувств — от гнева и брезгливости до страха и… стыда?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Охо-хо! — прозвучал сзади хриплый старушечий голос. — Свежего мясца принесли!
Тот самый голос певчей старушки!
— Беня, кто она такая? Она не похожа на важное лицо! — вновь прозвучал за спиной голос. Вполне обычный голос, без «демонических» и «потусторонних» ноток.
— Она обычная служанка, — сказал маг, взглянув на что-то или кого-то поверх головы Софьи. — Но видела слишком много.
— А-а-а… Ну ладно, служанки мне тоже сгодятся!
Жуткая правда встала перед Софьей во весь рост. Она умрёт здесь и сейчас. Умрёт страшно и мучительно. А завтра её смерть припишут тому залётному упырю.
Словно прочитав мысли несчастной девушки, маг покачал головой.
— Ты не умрёшь. Хотя многие на твоём месте предпочли бы смерть.
— Прошу… не надо! — одними губами прошептала Софья.
Маг отвёл взгляд.
— Тебя предупреждали. Ты сама виновата, — Бенедикт вновь посмотрел куда-то поверх головы Софьи. — Когда закончишь, не забудь вернуть тапочки.
— Которые вместе с девчонкой прилетели? — спросил голос. — Конечно, Беня, не переживай! Тапочки самое важное!
Щелчком пальцев маг погасил все свечи и двинулся на выход. Луч света скользнул по бледному лицу девушки, истончился и исчёз под громкий щелчок замка.
Софья осталась в абсолютной темноте. Тот факт, что не одна, не слишком утешал.
Скорее наоборот.
— Ну что, внучка, повеселимся?
Девушка почувствовала, как её руки, ноги, шею и туловище оплетает нечто гибкое и плотное, словно корабельные канаты, и, наконец, провалилась в спасительный обморок.
ГЛАВА 4
Крупный ворон, чёрный как уголь, прячется среди ветвей деревьев. Клюв приоткрыт, перья встопорщены. В красно-рубиновых глазах, необычных для птиц его вида, плещется страх. Перья под клювом и на зобу окрашены красным.
Ворон не сводит глаз с широкого торгового тракта, где группа людей что-то активно выясняет на повышенных тонах.
— Я, безусловно, до ужаса польщена встречей с такой скандальной фигурой, как архимаг Парацельс, — произнесла сероглазая дама, бесцеремонно рассматривая волшебника. Геренда она удостоила лишь мимолётным взглядом. — Вам наскучила ваша уютная башня в степи? Решили подышать несвежим воздухом Чертянска?
Архимаг не торопится отвечать. Он стоит на ногах только благодаря «хрупкому» женскому плечу Геренда и что-то бубнит про «Ваську» и «порог дома». Отсутствующий взгляд бесцельно блуждает в пространстве.
— И мы тоже рады с вами познакомиться, леди, — перехватил инициативу Геренд. Мысленно он отметил слово «Чертянск». Название города? — Можете не благодарить за спасение. Если, конечно, вообще собирались.
Дама упёрла руки в бока. Её серые глаза, казалось, сейчас начнут метать молнии. Разноцветные камни в ожерелье леди поочередно сверкнули, словно по ним изнутри пролетел светящийся мотылёк. Павлиньи перья, украшающие платье, встопорщились и изогнулись словно змеи, готовые к броску. Мех на воротнике вздыбился, точь-в-точь как на спине у рассерженной кошки.
Или это у Геренда воображение разыгралось? Постоял рядом с Парацельсом, надышался алкогольными парами, вот и мерещится всякое.
— А вы кто будете? — поинтересовалась леди, переключив внимание на Геренда.
— Я… хм… ну я… гм… Я его новый помощник… ца, — после небольшой паузы выдал бывший вампир.
— Знаем мы таких помощниц, — дама брезгливо приподняла верхнюю губу, видимо, сделав нелицеприятные для Гренда выводы. — Не сочтите за оскорбление, милочка, но уж лучше бы вы сидели дома и раскладывали пасьянс.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Геренд едва не потерял дар речи. Бывший вампир ожидал, что леди рассыплется в благодарностях, любезно предложит подвести их на карете, куда они заходят, даже если леди совсем в другую сторону, развлечёт куртуазной беседой… а она пасьянс ему предлагает разложить.
