— Решила устроить мне ловушку?
— Ловушку? О ч-чем ты говоришь?..
— Ты сказала мне: «Мои мотивы тебе знать ни к чему», — прервал он ее. — Твои мотивы как-то связаны, с желанием увидеть мой дом.
— Нет!
— Не на того напала, мой ангел. Меня теперь совершенно не волнует, если твоя репутация будет подмочена.
Не волнует? Репутация?
— Тебе не удастся использовать меня, обмануть, чтобы потом получить вознаграждение за это. Ничто не заставит меня жениться на тебе.
Уже не скрывая рыданий, она прошептала:
— Я не пыталась…
— К черту, тогда почему ты поддалась с такой готовностью? Мне пришлось долго упрашивать и зарабатывать один поцелуй, и вдруг ты решаешь подарить мне свою девственность в экипаже? После того как сказала, что подыскиваешь богатого мужа?
Мэдди вытерла слезы, смущаясь их.
— Я решила пройти через это, потому что узнала, что мне придется выйти замуж за кое-кого другого.
— Что это, черт возьми, должно означать?
— Я говорила, что мне сделали предложение. После встречи с другим подходящим мужчиной, который отказался жениться, я решила принять это предложение. А прежде чем выйти замуж по расчету, я хотела познать с тем, кого я действительно захочу, что же это такое — занятие любовью.
— Похоже, стало быть, я сорвал то, что принадлежало другому. — Он горько рассмеялся. — Значит, ты намеревалась обмануть ничего не подозревающего жениха и представиться невинной? Наставить ему рога еще до свадьбы?
— Впервые на моей памяти я решила сделать то, что мне хотелось.
— Ты признаешься в своих кознях? Просто не верится! А я ведь думал, что ты отличаешься от тех вероломных женщин, с которыми я встречался.
— Как ты смеешь? Я не собиралась обманывать тебя. Разве трудно поверить в то, что я просто хотела тебя?
Испытывая боль, будучи смущенной, из-за того, что только что произошло, Мэдди шепотом выложила ему правду:
— Хотя теперь для меня загадка, как это я умудрилась захотеть тебя.
— Но сделала это, а что сделано, то сделано. Назад не вернешь независимо от того, плохо это получилось или хорошо. — Он развязал свою маску, бросил на пол и замер, глядя перед собой, предоставив ей возможность лицезреть его профиль с одной стороны. В полумраке он показался ей мужественным и решительным. Зверь, который только что овладел ею, внешне был красивым мужчиной. Он ничего не говорил и не поворачивал к ней лицо, очевидно, принимая какое-то нелегкое решение.
— Воспользуйся этим экипажем, — вымолвил он, наконец, пренебрежительным тоном и бросил купюру на сиденье между ними.
Услышав его слова, Мэдди замерла. Этого не может быть. Она многие годы берегла свою девственность, защищала ее от посягательств, а потом в какой-то безрассудный, сумасбродный момент бросила ее на съедение этому животному, этому болвану.
А взамен не получила ничего, кроме жгучей боли и унижения.
Ее хваленые инстинкты сослужили ей плохую службу.
Он постучал кулаком в потолок. Когда экипаж остановился, он медленно повернулся к ней:
— Я уезжаю на одну-две недели, но потом вернусь за тобой и решу, что с тобой делать.
У Мэдди отвисла челюсть.
— Что делать со мной? — Как, он думал найти ее? Она все еще была в маске и не называла свое имя. И она была уверена, что уедет из Лондона задолго до его возвращения.
Мысль о том, что она больше никогда не увидит его, помогла ей остановить слезы.
Наверное, граф как любовник лучше Шотландца. Он не мог быть хуже. Она с радостью убежит назад к Ледо и будет признательна ему.
Шотландец будто прочитал ее мысли.
— И, мой ангел, не вздумай до моего возвращения выйти за кого-то замуж.
С этими словами он вышел из экипажа. Мэдди могла поклясться, что, прежде чем захлопнулась дверца, она услышала, как он сказал:
— Или я сделаю тебя вдовой.
Глава 7
По пути домой Итана одолевали противоречивые мысли, и все они так или иначе были связаны с девушкой.
Он понимал, что к тому времени, когда он разделается с Греем, она может выйти замуж за «ждущего своего часа» жениха.
Задаваясь вопросом, зачем ему это нужно, ведь он всегда отдавал предпочтение замужним женщинам, он не мог привести ни одного весомого довода — по крайней мере, более убедительного, чем тот, что он хотел иметь ее в своем полном распоряжении. Если она выйдет замуж, то сможет быть с Итаном только после исполнения супружеского долга, то есть только после мужа.
Это недопустимо.
Итан оправдывал свои притязания тем, что лишил ее невинности. Поэтому у него на нее больше прав, чем на любую другую из бывших его женщин.
Сегодня он лишил ее девственности, и на каком-то примитивном уровне сознания гордился тем, что сделал это. Итан не желал делить с кем-то еще удовольствие от секса с ней.
Тем не менее, существовало всего два способа целиком завладеть ею: сделать ее своей женой или любовницей. Первый категорически исключался, и даже второй слишком пугал его необходимостью брать на себя какие-то обязательства.
«Забудь ее, что было, то прошло». Не время засорять мозги мыслями о женщине.
Если Итан в последующие дни не будет сосредоточен на цели, не будет сохранять хладнокровие, его самого убьют.
До того как у Грея съехала крыша, у него были чрезвычайно развиты инстинкты. Даже пристрастившись к опиуму, он сумел уйти от самоубийственного задания, на которое шесть месяцев назад его направил Эдвард Уэйленд, и, насколько они знали, Грей был все еще достаточно силен, чтобы отомстить.
Итан заверил Куина, что Хью сможет противостоять угрозе. Но сегодня вечером Хью впервые за прошедшие несколько лет снова увидел Джейн, и Итан с разочарованием отметил, что, несмотря на время, чувства брата к ней не угасли.
Так не должно продолжаться. Ему снова придется действовать.
Итан знал свои недостатки и уживался с ними. Он был эгоистичным, бессердечным и грубым, убивал легко. Единственным его положительным качеством было то, что он был готов умереть за своих братьев и хотел, чтобы они были хоть в какой-то степени счастливы.
Но почему-то и Хью, и Корт всегда хотели большего. Они никогда не желали довольствоваться меньшим, чем другие, кому это принадлежало по праву. Итана бесило то, какими они оба были жалкими в своих потугах.
Он собирался, как уже делал это много лет назад, напомнить Хью, почему ему не стоит пытаться заполучить Джейн, но не сделал этого, поскольку этим еще больше отдалил бы брата от себя. Как и раньше, Итан собирался воспользоваться книгой, которая предрекала судьбу их семьи.
