class="p1">Отстой.
Отправив в рот последний кусок запеканки, он поставил кокотницу с ложкой на поднос и откинулся на спинку дивана. Спустя миг звук в мониторе стих, и раздался механический голос:
– Внимание! Наружная дверь откроется через тридцать секунд. Пожалуйста, будьте одеты.
Хью глянул на себя и стряхнул крошки с футболки – а больше и не пошевелился. Будет еще перед наемными громилами вставать.
Через полминуты дверь открылась. Хью поглядел на охранника снизу-вверх. Тот уныло принялся зачитывать текст с планшета:
– Вы освобождаетесь из изолятора временного содержания. Освобождение не означает, что «Голуотер Инкорпорейтед – минералы и металлы» и/или другие лица отказываются от права на возможное досудебное урегулирование или предъявление претензий о возмещении денежных средств через юридические организации или другие инстанции. Прежде чем вы будете отпущены, вам выдадут справку с временной отметкой и зашифрованной электронной подписью о пребывании в изоляторе временного содержания. Помимо этого вы имеете право на разговор с официальным представителем компании «Голдуотер».
Закончив нудеть, он встретился с Хью взглядом.
– На оформление не обязательно вести тебя в наручниках. Не будешь брыкаться ты, не буду и я. Уговор? – Он повел бровями.
Хью сердито глянул на него… и кивнул.
– Вот и славно. – Охранник кивнул в ответ. – Можешь выходить. Оформления придется подождать минут десять, у нас там партия ПД… Пьяных дебоширов то бишь. И один раздевалочный карманник.
Охранник вышел. Дверь осталась открытой.
Хью проследовал за ним в холл с группой юношей: тремя африканцами, тремя европейцами и одним азиатом, которые в кандалах ожидали приговора. Почти все были в спецовках «Голдуотера». Они шутили частью по-английски, частью на языках Африки и при появлении вошедшего Хью замолкли всего на миг.
Тот же охранник попытался дать ему карточку из своего кармана. Еще чего! Скрестив руки на груди, Хью отвел глаза. Не надейся, дуболом, не возьму! Неловко помявшись, охранник со вздохом положил карту на низкий столик и вышел. Лязгнула дверь.
Только теперь Хью взял в руки карточку. Визитка, что ли? Имя и личный номер охранника, контакт голдуотерского омбудсмена. Ха, омбудсмена! Умора.
Он все же убрал ее в карман.
Хью, лишь бы не нарваться, уставил глаза в пол и сел особняком. На столике перед ним лежал пульт от настенного монитора. Он нажал кнопку включения.
– Ли Мак Сун!
Азиат в футболке и с псевдотуземной татуировкой на плече подошел к окну дежурной.
Не успел Хью настроиться на «Минуту в Вашингтоне», как дверь опять распахнулась. Ввели Луизу и сняли с нее наручники. Та сразу хотела наброситься на охранника, но его уже и след простыл. Тогда она зыркнула на закрытую дверь… и вдруг как крутанется и как заорет. К моменту, когда градус брани дошел до «фашистов», «сучьих шкур» и «гандонов», дверь лязгнула уже в третий раз, и на пороге возникла Селена.
Она тут же улыбнулась при виде знакомых лиц.
– Ой, ребята, вы тоже здесь!
Луиза оборвала мат-перемат на полуслове.
– Селена, ты-то здесь откуда? Ты же в гостинице осталась.
– Вы когда уехали, мне очень быстро стало совестно там отсиживаться. До вас я не дозвонилась, вот и поехала снять бои одна. Только меня эти гады сразу взяли!
– Джеймс Ибори! – крикнула дежурная в окне. Один из африканцев встал.
Хью не без удивления взглянул на Селену. В ней уже с пару недель не было такого запала – огонек все затухал и затухал. Уже хотелось спросить на этот счет, но тут…
– Слепой прозрел! – изрекла Луиза. – И увидел, что стоит в дерьме по грудь. Мне грех жаловаться: не местный кавардак нашу малютку растормошил, так хотя бы гнет белого эксплуататора.
Селена натянуто улыбнулась.
– Вы в камерах смотрели «Минуту»? – вмешался Хью.
– Ой, нет, не смотрела. – Селена взглянула на него.
Луиза показала руки с отметинами от наручников.
– И я. До пульта не дотянулась.
Хью кивнул.
– Вашингтон говорит, освобождение провалилось. Якобы Боннер облажался. Будем следовать нынешней повестке. Или хотя бы ее не перечеркивать.
– Так, а что сказали?
– Вызнаю подробности у мамы, но запомнилось, что «Минута» повесила на экспатов расизм. Теперь и через такую призму…
– Бо́льшая часть Генеральных – испанцы и белые. – Луиза покивала. – Можно попробовать.
– Только узнаем, есть ли у Хавьера Борды и Гектора Каманеза европейские корни. Кожа светловата…
– «Фильтры-выбрать-применить», оттеночки покрутим. – Луиза щелкнула пальцами. – И готово!
– Наверное, линия защиты будет такая: в исполнительной и законодательной властях хотели как лучше, но все испортила некомпетентность Министерства обороны.
– Частные фашистские армии – вот о чем нам надо снимать!
Хью помотал головой.
– Это можно отложить. Сейчас главное – освещать провал Минобороны.
Луиза хотела возразить, но тут женщина в окне выкрикнула их имена. Хью огляделся: вокруг больше никого. Он подошел.
– Здравствуйте. Что от нас требуется?
Женщина молча посмотрела на экран, подняла глаза.
– Странно. Ваш срок – два дня за несанкционированное проникновение, но велено «освободить в особом порядке». – Она прикинула, что к чему, и отмахнулась. – Подставьте глаз вот под этот сканер и можете идти.
Пять минут спустя вся троица уже шла по тротуару проезжего туннеля. Территория «Голдуотера» осталась за спиной.
– Что значит «на потом»? – размахивала руками Луиза. – Первый выпуск должен быть о корпоративных частных армиях – это самая важная тема! Ты забыл, как нас лишили свободы? Как травили головорезы?
– Тема важная. – Хью кивнул. – Обязательно ее раскроем, но сейчас надо подать земную информацию под правильным углом: законодательная власть хотела как лучше, облажалось Минобороны. Всем в головы вдолбим! – Он помолчал. – Я вам так скажу. Если не пойдем навстречу «Минуте», от нашего материала открестятся. Встанем на сторону законодательной власти – а потом уже примемся за корпоративистов.
Луиза с пылом затрясла головой.
– «Минута в Вашингтоне» с руками оторвет хороший сюжет! Говорите что хотите!
– Ну что ты как маленькая, – гнул свое Хью. – «Минута» хоть и на верной стороне, но приоритеты никто не отменял.
– Откуда ты знаешь позицию «Минуты»? – влезла Селена. – Вдруг они решат, что не Минобороны всему виной, а…
– Ну вот, еще одна. Во-первых, я видел свежий выпуск и уловил новую повестку. Во-вторых, миром правят связи. Еще когда мама работала в администрации президента, Джейкоб и Мелани заглядывали к нам в гости. А став сенатором, она увеличила их финансирование и поддержала билль об информационном нейтралитете. Ему много кто особняками обязан, так что здесь Джейкоб с Мелани уж точно не посмеют хвостом крутить.
Тем временем троица подошла к остановке. Хью подался к Луизе.
– Я-то знаю, как мир устроен, поверь. По порядку нужно, взвешенно. Сделаем «Минуте» сюжет, а потом примемся за корпоративные ЧВК. Вот
