– Тварь, – прошипел Сильвестр немеющими губами.
– Ну, не буду тебе мешать, – она поднялась с кресла. Потом взъерошила волосы и, обслюнявив палец, размазала тушь. – Я ведь расстроилась. Тебе плохо и я плачу, – пояснила она и вышла из комнаты.
– Сильвестру плохо, послышался ее голос из-за двери. – Вы скорую вызвали? Это кошмар… врача немедленно.
Испуганные телохранители бросились в комнату.
– Врачи уже едут, – забормотал один и них, в то время как другой расстегивал хозяину воротник рубашки и снимал галстук.
– Телефон, – прошипел Сильвестр. – Твой телефон – он покачала головой, отказываясь брать в руки бесполезный сотовый, взятый телохранителем со стола. Парень удивился, но достал из кармана собственный телефон.
– Набирай сына, – скомандовал Сильвестр.
Парень послушно кивнул. – Он на связи, – он протянул трубку боссу.
– Арни, сынок, – слова давались мужчине с большим трудом. – Ты помнишь наш последний разговор у камина? Молодец. Это твое будущее. И еще. Я хочу, чтобы ты знал. Папа тебя любит. Всегда любил… – Сильвестр закашлялся. Его лицо посинело. Мужчина дернулся в кресле и затих, нелепо запрокинув голову назад.
Эльза как раз заканчивала сервировку стола, когда у входа на кухню послышались тяжелые шаги.
– А вот и господа военные на дегустацию заглянули. Как удачно, – заквохтала фрау Марта и приветливо улыбнулась двум мужчинам, входящим в комнату. – Сразу видно, что с передовой. А мы экзамен по супу принимаем, – экономка махнула рукой в сторону Эльзы и еще двух девочек.
Юные фройляйн потупив глазки, сложили ручки на белоснежных передничках.
– Она это! – неожиданно взвизгнула повариха и ткнула пальцем в Эльзу.
Девушка растерянно обернулась на крик. Две девчонки помладше завизжали и бросились в угол кухни к поварихе.
– Что вы? О чем это вы? – фрау Марта беспомощно улыбаясь, попятилась к Эльзе.
– Фрау, немедленно отойдите к плите от зараженного объекта! – скомандовал один из военных. – А ты, тварь, иди к нам, – он зло посмотрел на Эльзу.
– Она не тварь, вы не можете обидеть мою девочку, – экономка подняла старые подслеповатые глаза на мужчин.
– Да пошла ты! – военный, не церемонясь, подошел к пожилой женщине и отшвырнул ее в сторону. Та не удержавшись на ногах, упала на пол.
Мужчина сдернул плащ с оторопевшей Эльзы. Полупрозрачные крылышки за ее спиной зазвенели от резкого движения.
– Франц, возьми ее на мушку!
– Значит не тварь? – довольно хмыкнул тот, кого назвали Францем, и направил на девушку автомат.
– Ты идешь с нами, – первый военный грубо схватил ее за руку.
– Оставьте мою девочку! – зарыдала фрау Марта.
Раздался хлопок выстрела. Военный, вцепившийся в Эльзу, покачнулся. Его железная хватка ослабла.
– Кнут?! – Франц растерянно водил стволом автомата, не понимая, откуда раздался выстрел.
– Оставьте мою девочку, – фрау Марта уже не рыдала.
Пожилая дама до этого закрытая от Франца празднично накрытым обеденным столом, пошатываясь, встала с пола. В правой руке женщины дрожала старенькая «беретта»[1]. – Эльза. Уходи отсюда немедленно, – приказала она девушке.
Эльза кивнула и стряхнула с плеча слабеющую руку Кнута. Здоровый мужик побледнел, но продолжал стоять, несмотря на простреленную грудь.
– Чего застыл, Франц? – Кнут выплюнул сгусток крови. – Давно не был на передовой?
Солдат очнулся и нажал на спусковой крючок, поливая свинцом старую экономку. Девочки в объятиях поварихи завизжали. Эльза попыталась закрыть глаза, чтобы не видеть, как вздрагивает под градом пуль тело женщины, заменившей ей мать. Время вокруг превратилось в липкую тягучую пленку. Ресницы никак не хотели опускаться на глаза. И она вынуждена была смотреть, как уже безжизненное тело фрау Марты медленно, очень медленно падает на пол. А пули, вылетающие из ствола автомата, продолжали неумолимо впиваться в тело экономки.
– Не-е-е-е-е-е-т! – закричала Эльза. – Не-е-е-е-е-е-е-т!
Звук, вибрируя, понесся по тесному помещению кухни, ища выход. Загремели сброшенные с плиты кастрюли, задребезжала, раскалывающаяся на полках посуда, брызнули осколками окна, под потолком, сделанные из местного полупрозрачного кристалла.
Заколка выскользнула из высоко поднятых волос девушки. Светлые кудри взметнулись, как живые, ореолом окутав лицо красавицы. Время вернулось на место. Тело фрау Марты с глухим стуком упало на земляной пол.
– Она уже воплотилась, Кнут! – закричал Франц, отступая к двери – Гранаты у тебя!
Эльза посмотрела на испуганных мужчин, жмущихся к поварихе девчушек и, бросив последний взгляд на мертвую Марту, кинулась к окну. Она взлетела под потолок, но окна были слишком малы, чтобы в них смогла пролететь взрослая девушка с большими крыльями.
– Твари, кругом одни твари, – просипел Кнут, с трудом шаря в подсумке. Франц взял мечущуюся под потолком девушку на прицел, прекрасно понимая, что сейчас шмайсер не поможет.
– Что у вас происходит? – встревоженный Фридрих ворвался в кухню и замер за спиной у Франца. Ральф, вбежавший следом за ним посмотрел на девушку, потом на Кнута, продолжающегося возится с подсумком и, оттолкнув Франца, вышел на середину комнаты.
– Добрая фройляйн позволит мне увести отсюда девочек и повариху? – громко сказал он глядя на Эльзу, продолжающуюся метаться под потолком.
Девушка застыла в воздухе. Ральф невольно сглотнул слюну. Теперь воплотившейся фее не нужно было даже взмахивать крыльями. Она просто парила под потолком.
– Пусть уходят, – сказала она. – Я тоже хочу просто уйти.
Голос преображенной Эльзы ударил людям по барабанным перепонкам. Они согнулись как от сильного ветра, закрывая уши руками. Кнут застонал и выронил на пол уже вытащенную гранату.
– На выход, быстро! – Ральф оторвал от поварихи девчонок и так грозно посмотрел на тетку в белом колпаке, что она без колебаний последовала за ним. Мужчина вытолкал женщин из кухни и когда обернулся, увидел, что Фридирих вытаскивает чеку из поднятой гранаты.
– Не здесь, не сейчас, – бессильно прорычал Ральф, понимая, что все погибнут.
Грохот разрушенной внешней стены кухни заглушил его слова. Эльза испуганно взмахнула крыльями. Фридрих поднес к лицу так и не брошенную гранату: – Что за дьявол? – прошептал он.
В ответ на его слова в проем просунулась громадная рука, продолжающая расширять в стене проход, как будто речь шла не о каменной кладке, а о картонном домике. Затем появилось знакомое веснушчатое лицо с глазами стального цвета. Вот только лицо это было размером с дверной проем.
– Эльза! – крикнул великан – Где ты?!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
