рыка, у присутствующих напрочь пропало желание продолжать глумиться над богиней, тем более давить на больную тему. Пройдя мимо нас, Йольма молча заняла своё место, бросив на меня короткий, но настолько печальный взгляд, что едва не свалило с ног! Она плачет…
– Отлично, – воскликнула Кристин. – Раз все в сборе, думаю можно выдвигаться, но перед этим хочу предупредить о том, что на вас будет смотреть не только совет профессоров, но и вся элита божественного общества! Так что прошу вас не облажайтесь, и покажите им чего вы стоите. А теперь пойдёмте.
Кристин вышла из аудитории. Ребята потянулись за ней парами, Ева и Кабал, Вильгельм и Луна, Вэйки и Анна, последняя подмигнула мне и улыбнулась.
– Пойдём, Лиз, – произнёс Джин, подав мне руку. – Пора.
– Так ведь…
– Йольма потеряла своё кольцо, – небрежно бросил Джин. – И если она полагает, что после этого я соглашусь запятнать своё имя такой парой, то глубоко заблуждается. Пойдём скорее, Лиз, как только Йольма явится на торжество без кольца, её тут же выгонят из стаи и лишат статуса белой богини.
Однако я не спешила двигаться с места. Мой взгляд был прикован к Йольме. Её глаза переполнены болью, отчаянием и направлены прямо на меня. Я тщетно пыталась отыскать в них осуждение, но она ни капельки не злилась на мой выбор присоединиться к сливкам общества, отвергая неудачницу. И эти чувства, что терзали душу волчицы, отрезвили мой разум. Я с горечью осознала, насколько бессердечный этот мир богов. Но куда больнее было предать не только себя, а ещё тех, кто всем сердцем полагался и надеялся отыскать во мне поддержку. К чёрту всё! Да пошло оно всё к Черту! Гори… Гори… ГОРИ в огне!
– Ты иди, я скоро буду, не переживай.
Джин с недоверием посмотрел на меня, однако всё же уступил и последовал за остальными. Когда за ним захлопнулась дверь, стальной занавес Йольмы рухнул, и по щеке воительницы градом покатились солёные слёзы. Она горько заплакала.
– Я знала, что ты не такая как остальные, Лиз. – Дрожащим голосом, молвила Йоль. – Это было видно с самого начала. Но я не думала, что у тебя получится сохранить себя… это ведь такой соблазн... Спасибо… Спасибо, что осталась со мной, но тебе и правда лучше идти.
– Плевать я хотела на их дурацкий праздник! Я пойду туда, то только с Роджером и ни с кем другим. Он мой партнёр, а не Джин. Но сначала, я должна закончить начатое и отыскать твоё кольцо!
Я подошла к кафедре и взяла чистый белый лист бумаги. Далее, прокусила свой палец до крови и быстро расчертила октограмму для грядущего заклинания Боли. В обычных условиях, хватило бы и шестиконечной звезды, но ситуация паршивая, поэтому пришлось добавить ещё два дополнительных условия для Печати и высвободила Искру!
– Что ты делаешь? – спросила Йоль, поднимаясь с места. – Это же… Не может быть! Ты умеешь составлять Печати Искры?!
Но я не обратила внимания на её замечание и проглотила готовую Печать Боли, о чём тут же пожалела. О, чёрт! Как же больно… Больно… БОЛЬНО! А вместе с болью вернулось самое ценное в жизни, чему отец пытался меня научить – дружба, предательство которой ужаснейший из грехов.
Я перестаралась и едва Печать начала действовать, меня тут же захлестнуло целым букетом из самых разных болевых ощущений. Ноги подкосились, и я брякнулась на пол, а позолота божественно красивой и величественной Элизабет Александры Хант растаяла. Словно льдинка на раскалённой печи не оставив и следа. Я вновь стала прежней девчонкой, Лиз.
– Лиз! – ко мне подбежала Йоль и подняла на ноги. – Что это только что было? Куда делся твой образ богини?
– Это Печать Боли… Боль делает из нас богинь, обычных смертных. Я едва не потеряла бдительность… почти купилась на этот дешёвый маскарад и чуть не забыла о самом важном.
– Ну ты даёшь, подруга, это… Это реально сильный поступок.
– Пойдём скорее, нам нужно найти Роджера и кольцо.
– Хорошо, я даже знаю где он.
– Прости, мой друг не успел помочь.
– Ничего, – улыбнулась Йоль, вытирая слёзки со щеки. – Я… спасибо, век тебе этого не забуду, Лиз! Ты настоящий друг.
С этими словами подруга открыла дверь, и тут же раздался глухой удар. В сумраке коридора сверкнули чьи-то кеды, а их несчастный владелец отлетел на пару шагов от порога. Мы одновременно ахнули от неожиданности, уставившись на бездыханное тело несчастного человека, оказавшегося не в то время и не в том месте. Бедолага принял на себя непрямой удар Йольмы, однако этого вполне достаточно, чтобы убить простого смертного.
– Кажись наглухо… – Спустя несколько секунд, опомнилась Йольма. – У него Искра погасла.
Однако в этот момент, труп внезапно ОЖИЛ! Он резко поднял вверх левую руку, продолжая лежать на полу. Его пальцы мертвой хваткой сжимали маленькое серебряное кольцо, на котором был изображён волк.
– О-боже-боже, Мик! – Я не сразу узнала в этом пареньке коротышку, и тут же подскочила к нему. – Ты жив?!
– Вот так всегда! – воскликнул, парнишка. – Делаешь доброе дело, а тебя за это дверью – ХРЯСЬ… О-о-й… Кажется у меня лопнула селезёнка? Так и знал, надо было из кустов по классике, нет бля, решил повыёбываться.
Мик поправил чудом не слетевшую с головы кепочку, а я помогла ему подняться на ноги. Судя по следу, удар пришёлся коротышке в правую часть лица, и ни как не мог задеть селезёнку. Под глазом постепенно начало краснеть. Да уж, синяк у него будет знатный. Однако это меньшее, чем он заплатил за нашу оплошность.
– Прости нас, мы не специально… убили тебя дверью.
– Ты не виновата, но я тебя немножечко ненавижу, – весело воскликнул коротышка, и расхохотался от души над самим собой.
– Неловко получилось, – я и сама едва сдерживала смешки, прокрутив эту неловкую ситуацию в голове ещё раз. – П-ха-ха-ха… ой прости.
– Ой, был бы мозг, было бы сотрясение! Так что не о чем переживать Лиз, – Утирая слёзы смеха, ответил Мик, – а теперь, пока вы меня не добили, забирайте свою безделушку и проваливайте. Только не спрашивай, где я её нашёл, аппетит испортишь, ы-ы-ы-А! Ы-ы-ы-ы!
Парнишка протянул мне руку, чтобы вручить найденное кольцо. Однако я затылком ощутила, что должна проигнорировать
