- Грегори, - отозвался он.
- Наконец-то! Думал, ты загулял. Ну и сон у тебя! Дай Бог каждому. Слушай, я получил донесение из Пикеринга. Там пытались похитить труп...
Он сразу по голосу догадался: докладывал дежурный по Скотленд-Ярду Эллис.
- Пикеринг? Пикеринг? - пытался он вспомнить. Впотьмах его шатало от недосыпа, а дежурный бубнил в трубку:
- Патрульный, наблюдавший за моргом, угодил под машину. "Скорая помощь" уже должна быть на месте. Знаешь, какая-то запутанная история. Грузовик, переехавший этого констебля, врезался в дерево. Впрочем, сам все увидишь.
- Когда это произошло? В котором часу?
- Ну, может, с полчаса назад. Рапорт я получил только что. Если хочешь взять кого-нибудь с собой, говори, я сейчас высылаю машину.
- Дэдли на месте?
- Нет. Он дежурил вчера. Возьми Уилсона. Он ничуть не хуже. Заедете за Уилсоном по пути, я сейчас подниму его с постели.
- Ладно, пусть будет Уилсон. И дай мне техника из третьего отдела, лучше всего Томаса, слышишь? Пусть возьмет с собой все причиндалы. Да, а доктор? Что с доктором?
- Я же тебе сказал: туда выехала "скорая помощь". Врач должен быть уже на месте.
- Да от нас, пойми! Не лечащий врач, а совсем наоборот!
- Хорошо, я это улажу. Теперь поторопись, машину высылаю!
- Дай мне десять минут.
Грегори зажег свет. Возбуждение, которое его охватило в темноте, пока звонил телефон, бесследно исчезло после первых же слов дежурного. Он шагнул к окну. Еще не рассветало. Грегори прикинул, что успеет принять душ, прежде чем Томас уложит все свое хозяйство. И не ошибся. Он расхаживал у подъезда, подняв воротник плаща, а машина все не шла. Взглянул на часы: скоро шесть. Послышался шум мотора. Это был большой черный "олдсмобил". За рулем сидел сержант Коллз, с ним рядом фотограф Уилсон, сзади еще двое. Машина не успела остановиться, как Грегори вскочил в нее и плотно захлопнул за собой дверцу. Дернувшись, машина стремительно рванулась вперед с зажженными фарами.
Сзади сидел Серенсен, возле него Томас. Грегори пристроился рядом. Было тесновато.
- Есть что-нибудь попить? - спросил Грегори.
- Кофе. Термос за спиной у доктора, - отозвался сидевший за баранкой Коллз. На пустынных улицах он выжимал до семидесяти, помогая себе сиреной. Грегори отыскал термос, выпил одним махом целую кружку и передал термос дальше. Пронзительно выла сирена. Грегори любил такую езду: вокруг сплошная темень, только снег высветляет улицы.
- Что там произошло? - поинтересовался Грегори. Никто не отозвался.
- Донесение, как и положено, из провинции, - заметил наконец Коллз. Будто бы парня, который нес дежурство на кладбище, вытащил из-под колес наш мотопатруль. Пролом черепа или что-то в этом роде.
- Ну, а труп?
- Труп? - задумчиво повторил Коллз. - Труп, кажется, остался.
- Как остался? - удивленно спросил Грегори.
- Видимо, этого типа спугнули и он слинял, - вмешался сидевший в углу рядом с Серенсеном техник Томас.
- Ну, увидим, - буркнул Грегори. "Олдсмобил" ревел, словно у него не было глушителя. Сплошная застройка осталась позади; они приближались к предместьям. Возле какого-то парка попали в полосу тумана. Коллз сбросил скорость, потом, когда прояснилось, прибавил газу. В предместье движение было оживленнее; ехали массивные грузовики с бидонами и двухэтажные освещенные автобусы, набитые людьми. Коллз включил сирену, расчищая себе путь.
- Вы не спали в эту ночь? - спросил Грегори доктора. У Серенсена под глазами были круги. Он сидел насупившись, казался разбитым.
- Я лег после двух. Вот всегда так. И скорее всего, я не понадоблюсь.
- Кто-то не спит, чтобы некто мог спать, - заметил Грегори философски.
Пронеслись через Фулхэм, немного сбавили ход перед мостом и проехали над Темзой в разреженном тумане. Свинцовая река текла внизу, проплывал какой-то пароходик, люди на палубе суетились как угорелые. Где-то рявкнула сирена. Промелькнула рощица на выезде с моста. Коллз вел машину очень уверенно. Грегори считал его лучшим шофером в Скотленд-Ярде.
- Шеф знает? - бросил Грегори.
- Знает, Эллис ему докладывал. Шеф и распорядился, - сообщил Томас.
Он был таким же низеньким и быстрым, как сержант, но носил усики, делавшие его похожим на парикмахера из предместья. Грегори подался вперед. Так ему было удобнее, кроме того, между плечами сидящих впереди, он мог глядеть на дорогу. Мокрый снег под колесами многочисленных грузовиков спрессовался в гладкую корку. Грегори с удовольствием наблюдал, как Коллз входил в вираж, тормозя только двигателем, который начинал задыхаться и чихать, и тогда в середине кривой он включал скорость и выходил на прямую на полных оборотах. Он не срезал поворотов: полиции не пристало так ездить, разве что при чрезвычайных обстоятельствах; впрочем, на столь укатанном снегу любое нарушение могло привести в кювет.
Они были уже за Уимблдоном, стрелка спидометра легко колебалась, доходила до цифры "90", поднималась к сотне, падала, подрагивая, снова мало-помалу ползла вверх по шкале. Впереди них шел тяжелый "бьюик". Коллз подал сперва обычный сигнал - тот как бы не слышал; видно было его увеличивающуюся тыльную часть вишневого цвета с пляшущим на заднем стекле игрушечным медвежонком, и Грегори вспомнился вдруг его позавчерашний сон. Он усмехнулся, потому что сейчас был полон сил, чувствовал себя хорошо и уверенно. Коллз нагонял переднюю машину. Когда они были метрах в пяти, включил сирену; она оглушительно взвыла. "Бьюик", резко затормозив, сбавил ход, снег из-под его задних колес брызнул в их ветровое стекло. Съезжая в глубокий снег, "бьюик" слегка накренился, его багажник оказался вдруг перед самым капотом полицейской машины, столкновение казалось неизбежным. Коллз коротким и точным поворотом баранки бросил машину вправо - они успели заметить изумленное лицо молодой женщины за рулем - и были уже далеко. Когда Грегори глянул в заднее стекло, "бьюик" только еще выворачивал на середину шоссе.
Туман растаял. Вокруг простиралась белая равнина, из домов вертикально вверх тянулись дымки, небо казалось плоским, и цвет его был столь невыразительным, что непонятно было, пасмурная стоит погода или нет. Пересекли железнодорожный переезд, шины отозвались нервным гулом, выехали на автостраду. Коллз напрягся, сел пониже, плотнее уместив ноги на педалях, салон оглашался воем мотора. Выжимали уже сто десять.
Вдали показалось небольшое селение. Возле дорожного знака Коллз стал притормаживать. Влево от автострады уходила длинная полоса асфальта со шпалерой старых деревьев; двумястами метрами далее автострада закручивала серпантин развязки. Едва они остановились, Грегори привстал, упираясь головой в крышу, чтобы взглянуть на карту, которую сержант развернул на руле. Им следовало свернуть налево.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
