Бросим возле подъезда?
— Пусть и у бомжей будет сегодня праздник.
Им пришлось раз пять возвращаться в квартиру, чтобы вытащить все баулы.
Когда таксист подъехал, то от удивления у него отпала челюсть.
— Это все? И вас сверху? — удивленно произнес он, выйдя из машины.
— Нет, мы не поедем, там вас встретят и помогут разгрузить, — улыбнулась Диана.
— Так не пойдет, — решил взбрыкнуть водила, но Диана вытащила из кошелька две тысячные бумажки. — Это сверху за поездку.
И тот, ворча, начал утрамбовывать сумки в салон и багажник, потом выхватил из рук Дианы купюры, посмотрел их на свет и, запрыгнув на свое место, быстро стартанул со двора.
— А если не довезет?
— Значит, Боренька будет ходить голым, — резюмировала Диана.
Когда за такси рассеялся дымок. Машка сказала: А теперь быстро меняем дверные замки.
Ди посмотрела на нее удивленно, и открыла было рот, но Машуня уже звонила кому-то по телефону.
— Макс, сменить замки по-быстрому сможешь? Не замков нет, приди, посмотри, только нам надо быстро. Замки? А я откуда знаю. Ну, Максюш, купи сам, ты же у нас умный…
Через полчаса возле их дверей уже топтался здоровый бугай и брякал инструментом.
— Принимайте хозяйки работу.
Диана пощелкала замками и радостно закивала головой, все работало. Она забрала ключи от новых замков из рук бугая, и тот, собрав инструмент, заторопился на выход.
— А оплата? — крикнула ему вслед Диана.
— Натурой отдадите, — бросил ей бугай.
Диана замерла от неожиданности, решив спросить у Машуни, что это было, но тут раздался звонок, на экране вновь высветилось «мамуля».
— Ди, мы не поняли, что за демонстрация неповиновения? Почему ты не приехала?
— Мамулечка, ты же очень любишь Бореньку, вот он пусть у тебя и живет, больше ему идти некуда. Потому что я с ним развожусь, квартира моя, а он пойдет на*уй.
— Диана, я тебя не узнаю, если бы были живы Фаина с Давидом, то они бы умерли в ту же минуту, когда услышали от тебя такие слова. Диана, взываю к твоей совести, уймись уже, помирись с Боренькой, — завывала на том конце мама. — Во имя светлой памяти Фаины и Давида.
— Вот манипуляторша, — брякнула Маша.
В телефоне стало тихо, а потом мама спросила: У тебя Маша?
— Какая разница, мама.
— Ааааааа, Маша тебя и науськала, она никогда доброго слова о Боре не сказала, она язва, завидует тебя, — лилось из маминого рта.
И тут Машка не выдержала и выдернула телефон из рук Дианы.
— Знаете что, Марина Иосифовна, ваш Боренька трахнул всех подруг вашей дочери, имел в качестве любовниц всех своих клиенток, скажите спасибо, что ничего не притащил вашей дочери. И спросите у Бори, почему у них до сих пор нет детей.
И она сбросила звонок. Диана сидела, раскрывши рот, и смотрела пустыми глазами перед собой.
— То есть, как он спал с моими подругами? — испуганно спросила она.
— Ой, Ди.
— То есть вы все лгали мне? Кругом меня обман?
— Ди, не бери близко к сердцу, — пыталась успокоить ее Машуня.
Диана стояла рядом, разбитая и потерянная.
Потом развернулась и выскочила в двери.
— Ди, Ди…, — неслось ей в след.
Она вылетела из подъезда без пальто, выскочила на улицу и замерла. Кругом сновали люди. Они куда-то спешили по своим делам, кто-то улыбался, кто-то хмурился, здесь была жизнь во всех ее проявлениях, била чистым ключом. А за плечами Дианы было что-то заплесневелое и дурно пахнущее.
И вдруг шум раздался над ее головой, чьи-то руки схватили ее и прижали к твердому торсу. В этот же момент рядом упал кирпич. Он ударился о тротуар, разлетаясь во все стороны темно-коричневыми крошками, рассыпался кусочками по асфальту. Диана с удивлением смотрела на эту коричневую кляксу на дороге.
— Надо быть осторожной, девушка, — над ее ухом произнес кто-то.
Она оглянулась и с удивлением посмотрела на мужчину, что прижимал ее к своей груди.
— Диана, раздалось от подъезда, и ей навстречу уже бежала Маша.
Она схватила Ди, вырвав ту из объятий мужчины.
— Я так за тебя испугалась, — тараторила Машуня. — Я думала, тебя прибьет этим кирпичом.
— Я был рядом, — мужчина улыбался во весь свой зубной ряд. — Спас.
Девушки уставились на него. Нахальства мужчине было не занимать. На девушек смотрели карие глаза с поволокой.
Мужчина был красив, хоть и не первой молодости. Сколько лет ему, они не смогли сразу определить. Только седина на висках да морщинки, лучами разбегающиеся от уголков глаз, могли подсказать его возраст.
Густая шевелюра была коротко подстрижена, модно выбрита по бокам. Аккуратная бородка, орлиный профиль, карие глаза. Красота мужчины была яркая, запоминающаяся.
— Георгий, — протянув руку Диане, сказал мужчина.
— По этикету первым руку должна подать женщина, — фыркнула Диана.
— Машуня, — быстро протянула свою руку Маша, Георгий улыбнулся и пожал ее.
— А как же зовут вас, прекрасная незнакомка? — обратился он к подруге.
— Диана, — кивнула та головой.
— О! Диана, как принцессу, — расцвел мужчина, вдруг схватил ее руку и поцеловал. — Очень рад знакомству.
Диана опешила, а потом рассмеялась.
— Я сказал что-то смешное? — удивился мужчина.
Но Диана уже хохотала.
— Это истерика, — Маша хлопнула громко в ладоши прямо перед носом Дианы.
Та еще раз хихикнула и замолкла.
— Пошли, Ди, я отведу тебя домой.
Машуня взяла Диану за руку и повела в направлении подъезда.
— Девушки, я могу вас пригласить на ужин, — крикнул им вдогонку мужчина.
Но Маша только помахала ему рукой. Этот непонятный жест ничего не обозначал. Его можно было принять как за согласие, так и за отказ, так и за прощальный.
Действия вокруг Дианы набирали обороты.
Глава 12
— Машуль, я не смогу здесь ночевать, пустишь меня к себе, — плакала Диана.
— Ди, конечно, о чем ты, — гладила ее по голове Маша.
— Тогда поехали быстрее, — вцепилась в Машу Диана.
Через час, собрав самые необходимые вещи, они уже ехали к Маше на квартиру.
Маша жила в обычной кирпичной пятиэтажке, которые в застойные времена называли «брежневками». Маленький коридор вел в еще более маленькую кухоньку, три комнаты. Маша
