Майк кивнул и выдернул руки. Только сейчас он почувствовал, как у него горит лицо. В глазах Сингха появилось извиняющееся выражение, когда Майк приложил руку к пылавшей щеке.
— И опять ты надавал мне пощечин, — с упреком произнес Майк.
— Я не смог придумать ничего лучшего, — ответил Сингх, в голосе которого не прозвучало никакого сочувствия. — Вы кричали и били вокруг себя руками. Наверно, дурной сон?
— Кажется, да, — как-то неуверенно сказал Майк.
На краткое мгновение по его спине пробежали ледяные мурашки. Во сне он был огромным хищником, скользящим по густым зарослям джунглей. Странно, это казалось ему нормальным тогда, но сейчас, в воспоминаниях, было безумным и нереальным. Майку с трудом удалось припомнить еще какие-то подробности. Стоило ему проснуться, картинки сразу потускнели и начали исчезать из памяти, как это часто бывает со снами.
Сингх с прежней озабоченностью не отрывал от него взгляда.
— Что с вами творится? Вы сами на себя не похожи, если будет позволено сказать. — Он вытянул руку и положил ее Майку на лоб. — Так я и думал. У вас жар, и лоб просто пылает.
— Ерунда, — успокоил его Майк.
— Пойду принесу хинин из нашей бортовой аптеки, — сказал Сингх, но Майк испуганно удержал его движением руки. Не нужны ему никакие лекарства. Как ни странно, он не представлял, что с ним такое творилось, но абсолютно точно мог сказать, что лекарства тут не помогут.
— Кажется, я немного переутомился, — пробормотал Майк. — Слишком много всего случилось сразу.
Сингх и виду не подал, что он думает об этом детском лепете. В любом случае он делал то, к чему Майк уже успел привыкнуть. Если Сингх считал, что его господин и подопечный в опасности или слишком рискует, то он попросту игнорировал приказы Майка и действовал по своему усмотрению. Хотя Сингх сам настойчиво называл его «господином» и частенько вел себя так, словно был рабом и телохранителем Майка, уже несколько раз спасал ему жизнь, индус обладал еще и непревзойденным талантом в нужное время абсолютно не замечать желаний и приказов Майка.
— Я принесу что-нибудь, что снимет жар, — объяснил он.
Не успел Майк открыть рот, как он исчез. Взгляд Майка остановился на правой руке. Кошачий укус вздулся и покраснел еще больше. Кровь в больной руке пульсировала, ранка явно воспалилась. Вероятно, именно это и было причиной высокой температуры, а также пережитого кошмарного сна. Если только это был кошмар…
Майк все больше терялся. Он уже не мог припомнить детали, но чем больше блекли воспоминания, тем ужаснее казался ему сон. Ему еще никогда не приходилось переживать ничего подобного, столь же странного.
Но ведь раньше ему не удавалось находить купол на дне моря. Этому куполу много сотен, лет… Не каждый день попадаются и стеклянные гробы, к тому же с мертвой девочкой, охраняемой черным ангорским котом…
Наверно, это и было причиной его кошмара. Высокая температура, вызванная воспаленной рукой, да еще события вчерашнего дня просто распалили его воображение, и оно начало творить с ним свои странные фокусы.
Сингх вернулся. В правой руке он держал бокал и не дал Майку даже возразить, просто влив силой ему в рот несколько глотков горького напитка. Майк храбро проглотил эту гадость, но не смог сдержаться, и его губы тут же скривились от отвращения, как только Сингх убрал бокал.
— Это должно помочь вам, — сказал Сингх и ласково улыбнулся. — Вы же знаете, все по-настоящему полезное всегда почему-то горькое.
Он осторожно поставил сосуд на пол, мягко надавил Майку на плечи, заставив снова улечься, и укрыл его, будто тот был маленьким ребенком.
— Теперь поспите, господин. Я передам Траутману и мальчикам, чтобы вас не будили.
— Об этом вообще не может быть речи, — запротестовал Майк. — Я обязательно…
— …будете всем помехой, если расхвораетесь всерьез, — перебил его Сингх. — Особенно если это случится прямо там, в море, или в самом куполе. А теперь хорошенько выспитесь, и, может быть, тогда жар спадет сам по себе.
Майк хотел было показать Сингху свою воспаленную руку, но что-то в нем воспротивилось этому. Более того, почти против воли он скрывал руку под одеялом. Он и сам не знал почему, но что-то говорило ему, что будет лучше, если Сингх не заметит рану.
— Мне остаться здесь? — спросил Сингх.
Майк помотал головой. Он вдруг снова почувствовал себя усталым, ужасно усталым. Он спросил себя, что же ему налил в бокал Сингх, чем напоил его, но даже эта мысль тут же куда-то ускользнула. Он хотел лишь спать.
— Совер-шен-но не-зза-ччем, — пробормотал он, еле ворочая языком. Несколько мгновений спустя он уже спал. На этот раз без сновидений.
Сингх сдержал свое слово и не разбудил его. И хотя сразу после того, как проснулся, Майк жутко разозлился, одновременно он испытал и глубокую благодарность, потому что чувствовал себя отдохнувшим и способным горы перевернуть, чего уже давненько не бывало. Либо сон, либо лекарство Сингха одержали победу над температурой. Рука, правда, по-прежнему побаливала, но когда он внимательно осмотрел ее, то заметил, что опухоль стала значительно меньше.
Он, наверно, проспал намного дольше всех, потому что, выйдя из каюты и проскользнув в салон, нашел всех сидящими за столом у большого иллюминатора. Все с аппетитом ели. Первый же взгляд в иллюминатор убил слабо теплившуюся надежду, что вчерашняя катастрофа была всего лишь частью ночного кошмара. За стеклом по-прежнему царила сплошная мгла.
Салон был уютно драпирован бархатом, поэтому невозможно было поверить в то, что находишься на борту подводной лодки, если бы не помещавшееся сзади рулевое колесо и два пульта управления. Имелись и книжные полки, и даже бар, а вокруг стола располагалось множество удобных кожаных кресел.
В одном из кресел сидел Траутман. Его и без того худощавое лицо выражало безмерную усталость, а под глазами залегли темные тени. Капитан был совершенно вымотан, как будто проработал всю ночь напролет.
Сидевшие за столом приветствовали Майка громкими возгласами «Привет!» и ехидными шутками по поводу любителей поспать. Когда Майк встретился взглядом с Сингхом, то сразу понял, что верный индус никому не рассказал о событиях прошедшей ночи. Он был очень благодарен ему за это, так что добродушные подшучивания ребят отскакивали от него, не задевая. Майк сел на единственный свободный стул и с аппетитом принялся за завтрак, чувствуя себя отдохнувшим, свежим и, что интересно, зверски голодным, как будто прошлой ночью и вправду много часов пробегал по древним джунглям, а не лежал в своей постели, с высокой температурой.
Конечно, речь зашла о немедленной экспедиции к куполу. Все настаивали на том, чтобы тут же влезть в скафандры и отправиться в путь, но Траутман, как всегда, успешно отражал атаки и охлаждал их пыл. В первую очередь, терпеливо объяснял он, и Сингх, и сам он должны позаботиться о восстановлении корпуса «Наутилуса», а остальным выпала задача обследовать лодку в поисках других, более мелких трещин и пока не замеченных повреждений. Даже если им удастся снова отремонтировать «Наутилус», опасность грозит им по-прежнему, и ее надо встречать во всеоружии, так что не время быть беспечными. В двухстах метрах над их головой все еще рыщет «Леопольд», который, с заряженными пушками, возможно, только и ждет, когда они вынырнут на поверхность.
