– Что с тобой? – спросила она у Нади.
Но та лишь помотала головой и побежала к машине мужа. Инга недоуменно посмотрела ей вслед. Отчего у нее сложилось впечатление, что этот человек, или по крайней мере его имя, знаком Наде? И если это так, то почему женщина не призналась в этом сразу же? Этому у Инги не было объяснений, но она пообещала самой себе, что обязательно подумает над этим вопросом в самое ближайшее время.
Глава 5
Официант по фамилии Кукушка жил в весьма забавном доме. Квартиры тут были двух-, трех– или даже четырехуровневые. Нельзя сказать, что жить в них было так уж удобно, но зато для чужих ушей звучало привлекательно. «У меня квартира на трех уровнях!» – согласитесь, совсем не то же, что унылое «а я живу в хрущевке».
Вообще, в Советском Союзе жилье предпочитали строить по типовым проектам, это было удобно в масштабах огромной страны и к тому же позволяло гражданам чувствовать себя как дома в любом уголке необъятной нашей Родины. Но в последние годы советской власти появились все-таки новые экспериментальные архитектурные течения и даже возникли целые проектные бюро, которые трудились над разработкой нетипового жилья, предназначавшегося для рядовых россиян.
Не все эти разработки были внедрены в жизнь, сказалось отсутствие финансирования и последующий совершенный развал страны. Но некоторым архитекторам все же посчастливилось и им довелось увидеть свои творения воочию. И в одном из таких домов экспериментальной серии и повезло жить Сереже Кукушке.
Дом этот находился всего в одной остановке от «Разгуляя», так что проблем с тем, как ему добираться до работы, у Сережи явно не было. Он мог выйти за четверть часа до смены и прогулочным шагом, дыша свежим чистым воздухом, добраться до ресторана.
Было решено, что к Сергею, чтобы не спугнуть его, пойдут Залесный с Ингой. Первый – потому что обладает сыщицким чутьем и опытом. А вторая – потому что неизвестно пока точно, что именно известно Кукушке и захочет ли он говорить. Интеллигентная же внешность Инги всегда располагала к ней людей. Им справедливо казалось, что от такой воспитанной, гладко причесанной и аккуратно одетой дамы невозможно ожидать никакого подвоха.
– К Сергею Кукушке, в тридцать вторую, – сказал Залесный консьержке, и этим все и ограничилось.
Пенсионерка не стала задавать ненужных вопросов, она даже не оторвала взгляда от экрана маленького черно-белого телевизора, на котором шел какой-то увлекательный любовный сериал. Ингу всегда изумляло, что есть еще люди, которые не желают признавать того, что мир вокруг них совершенно поменялся за последние годы.
Вместо телевизора старушка могла бы развлекаться с планшетом или смартфоном, благо что на рынке сейчас появилось множество качественных и совсем недорогих моделей. Хватило бы, чтобы приобрести его даже с пенсии. Но нет, бабушки мужественно продолжают портить зрение, пытаясь разобрать на маленьких телевизионных экранах с нечеткой картинкой, кто же там Хулия, а кто Антуанетта?
Дверь квартиры Сережи была обита добротной вагонкой. Возле аккуратный чистенький коврик. Звонок симпатичный, новенький. Вроде бы ничего особенного, но чувствовалось, что за этой дверью живут нормальные люди, не склонные ни к алкоголизму, ни к другим нехорошим излишествам. Инга неодобрительно покосилась на две соседские двери. Возле одной стояла целая вереница пустых пивных и водочных бутылок, а другая была сплошь расписана похабными словами, утверждавшими, что Людка – шалава и даже похлеще того.
– Ну, я звоню.
Залесный нажал на кнопку звонка, и сразу же стала слышна мелодичная трель. А следом за ней и шаги. Звукоизоляция в этом доме была значительно ниже среднего уровня. А затем без всякого предупреждения дверь распахнулась, и на пороге появилась молоденькая девушка.
– Привет, – произнесла она, трогательно нахмурив тонкие бровки, и с ее губок тут же сорвался укор. – Что же вы так задержались?
– Мы?
– Вы обещали прийти к десяти часам утра, – настаивала девушка. – Я вас жду, жду, а мне, между прочим, в институт надо. У нас сегодня зачет. Если я учусь на платном, это вовсе не значит, что я могу пропускать зачеты!
И девушка тряхнула длинными светлыми волосами. Чувствовалось, что она очень ими гордится. И то, что учится платно, тоже приятно греет ее душу.
– Нам нужно видеть Сергея Кукушку.
Но девушка поняла Залесного по-своему и сильно возмутилась в ответ:
– Почему обязательно Сережу? Разве я не гожусь? Почему? Только потому что я девушка? Но это же несправедливо! Мы с ним брат и сестра. И у нас с ним равные доли в этой квартире.
Еще немного, и она бы заплакала от обиды и возмущения.
– Ну хорошо, хорошо, – попытался успокоить ее Залесный. – Если нету вашего брата, то мы поговорим с вами. Без проблем.
– Вот с этого и надо было начинать, – быстро успокоилась девушка. – А Сережи все равно дома нету.
– А где же он?
– Ушел. А куда, в этом он мне не отчитывается. Ну, еще бы, он у нас главный, работает уже, а я еще только учусь. Ну и что с того? Кем он там в своем ресторане через три года будет? В лучшем случае администратором, да и то если этот плешивый на пенсию наконец свалит. А я через три года буду дипломированным специалистом. Бакалавром. Еще не известно, кто и перед кем будет нос задирать.
– Вот так взял и ушел? Даже зная, что к вам сегодня мы придем?
– Видите, какой он безответственный! – обрадовалась девушка. – Нас соседи затопили, акт составлять надо, а ему и дела нет.
Так вот за кого приняла их девушка! Надо было поторопиться, пока сюда не заявились члены настоящей комиссии.
– Еще вчера с ним перед работой договорились, что он сегодня дома побудет, пока я в институт схожу, никуда не отлучится. А сегодня его и нету! Мне в институт идти, а он исчез.
– И что? Ночью тоже не было?
– Нет, не ночевал он дома. И где ночевал, тоже не знаю. Илья ему с утра позвонил. Рано было, я еще спала. Но так поняла, что Сережа не на работе задержался, как я вначале думала.
– А кто этот Илья?
– Да никто! – фыркнула девушка. – Приятель Сережи с работы. Сережа в «Разгуляе» официантом работает, а этот Илья у них там сторож.
Вот оно что! Рыжий Илья рано утром зачем-то звонил своему приятелю. Наверное, хотел рассказать о случившемся в «Разгуляе» убийстве. Но Сережи дома не было. Он как ушел вчера вечером из ресторана, так и пропал с концами, совсем забыв о том, что сегодня ему предстоит общение с членами комиссии по составлению акта о причиненном их жилищу ущербе. А может быть, он и не забыл вовсе? Может быть, Сергей Кукушка сознательно не явился домой? Вероятно, вчера вечером в «Разгуляе» произошло нечто такое, после чего он подался в бега. Уж не убийство ли тетки Жанны так напугало официанта?
И желание поговорить с этим молодым человеком возросло у Залесного многократно.
– Этот Кукушка вполне мог оказаться на месте преступления в момент совершения такового. А возможно, что и он сам…
Но Залесному не удалось договорить. Пронзительный голосок сестренки Кукушки заверещал в это время откуда-то сверху:
– Вот посмотрите сами! Стена совершенно мокрая!
Квартиры в этом доме, как уже говорилось, были двух-, трех– или даже четырехуровневые. Таким образом, если прихожая располагалась на первом уровне, то спальни и примыкающая к ней ванная комната находились уже на высоте второго уровня. Ну а кухня, как догадывались друзья, должна была находиться где-то на самом верху. О комфорте людей, проживающих в таких квартирах, можно много спорить. Но одно достоинство подобного проживания совершенно очевидно. Живя в подобной квартире, просто невозможно располнеть.
Инга с Залесным поднялись по ступенькам лестницы и сочувственно взглянули на влажную стену. Игорь, так тот для убедительности еще и пощупал ее руками и тут же с сожалением покачал головой:
– Увы, но мы не можем составить акт о нанесенном вам ущербе.
– Это еще почему? – огорчилась девушка.
– В квартире ведь два собственника?
– Да. Я и мой брат.
– Значит, и акт должен быть составлен в присутствии вас обоих.
– Что за чушь? Составьте акт, если требуется подпись брата, то потом он все подпишет.
– Нет, так нельзя.
– Что вы такое говорите?
Девушка едва не плакала, но сдаваться не собиралась.
– А! Я знаю! Вас подговорили эти Белкины, которые нас затопили! Струсили, когда я пригрозила им подачей заявления в суд. Быстро говорите, сколько они вам заплатили, чтобы вы постарались замять это дело?
– Уверяю вас, вы ошибаетесь.
Но девушка продолжала негодовать.
– Я буду жаловаться вашему начальству. Нет, лучше я напишу президенту! – визжала она. – Это произвол! Пусть он разберется!
– Не надо так волноваться, дорогая, – попыталась вразумить ее Инга.
