Читаем без скачивания Последний довод - Леонид Млечин

Медсестра бросилась считать пульс — он не прощупывался, сердце остановилось.

Первое побуждение — бежать за врачом — медсестра подавила в себе. Она работала в больнице пятнадцать лет и не лишилась хладнокровия.

Что она скажет врачу?

Она завернула шприц в салфетку: его следовало как можно скорее уничтожить. Медсестра не могла ошибиться: она набрала в шприц то лекарство, которое назначил врач. Но эта темная фигура в коридоре… Ее никто и слушать не станет, скажи она, что кто-то добавил быстродействующий яд в шприц предназначенный для Джози. Она лучше промолчит. Пациентка была настолько плоха, что вряд ли кого удивит ее смерть. Обнаружить яд — дело непростое, больница перегружена, патологоанатомы тоже. Джози уже все равно не поможешь, подумала медсестра, закрывая дверь ее палаты.

Она спустилась на первый этаж и выбросила разобранный на части шприц в туалет.

Плиммер всегда стригся в небольшой, неприметной парикмахерской отеля “Шератон — Карлтон” — всего в квартале от Белого дома. В отличие от всех других американских парикмахерских здесь стены были увешаны фотографиями с трогательными посвящениями владельцу заведения и одновременно главному мастеру — Милтону Питсу. С многочисленных фотографий на клиентов смотрели лица, известные всей стране. Питс приводил в порядок головы трех президентов, бесчисленного количества их помощников, государственных секретарей, министров. Нынешний вице-президент стригся у него лет двенадцать. Два раза в месяц Питс приезжал стричь президента. А дважды в неделю — во вторник и в четверг — стриг его подчиненных в маленькой комнате в цокольном этаже западного крыла Белого дома. Плата была умеренной — пятнадцать долларов.

Другим клиентам, в том числе Плиммеру, услуги Питса обходились дороже, но высокая репутация этого элегантно одетого парикмахера с зачесанной назад, отливающей серебром шевелюрой и короткими седыми усами оправдывала любые расходы.

Секретарь Плиммера записал его к Питсу на послеобеденное время, и сенатор отправился в отель “Шератон — Карлтон”, уверенный, что не встретит там никого из знакомых. После своей речи Плиммер воздерживался от встреч с коллегами, выжидал. Он чувствовал себя неуверенно, впервые выступив против президента.

Возле парикмахерской неприятная встреча все же произошла. Перед Плиммером у Питса стригся Дуглас, с которым они чуть не столкнулись в дверях. Дуглас поздоровался преувеличенно вежливо, заметил, что сенатор, видимо, еще не совсем оправился после болезни, потому что выглядит явно неважно, и тут же попрощался.

Да, Плиммеру, видно, уже не стать председателем президентского избирательного комитета. Назначение, которое сулило неплохие перспективы и на будущее — предыдущий председатель избирательного комитета получил пост директора ЦРУ, — не состоится Вспомнив злосчастные пленки, Плиммер тяжело вздохнул. С них все началось.

Первый день завершился для Бертиса Холла разочарованием. В пять часов вечера Диркс сел в машину и поехал прямо домой.

Вернувшись к себе, Холл обнаружил насмерть перепуганную, заплаканную жену у телефона — она собиралась звонить в полицию, решив, что с ним что-то случилось. В разгар объяснений позвонил Роджер Эберли, предложил встретиться. Холл был рад услышать его ровный, дружелюбный голос.

Утром Эберли приехал в контору к Холлу.

— Глаза у вас совсем больные, — заметил Эберли, пожимая адвокату руку. — Неплохо было бы вам отдохнуть.

Холл отмахнулся:

— Сейчас не до этого.

— Напрасно, напрасно, — пожурил его Эберли. — Учтите: торопливость в еде, мысли о работе во время, отпуска, стремление делать сразу несколько дел — вернейшие признаки стресса, которого нам с вами, кабинетным людям, надо бояться как огня.

Холл улыбнулся, но ему было не до смеха. Он вспомнил разговор с патологоанатомом, который по его просьбе занимался выяснением причин смерти Уэстлейка. В рассуждениях патологоанатома тоже фигурировало понятие стресса…

Эберли внимательно выслушал рассказ Холла о том, что с ним произошло, начиная с истории Филипа Никольса и наркотиков в номере покойного Уэстлейка. Адвокат не скрыл от нового знакомого и вчерашнюю неудачную попытку выяснить, кто такой Энтони Диркс.

— Вы вступили в противоборство с опасными противниками. Не боитесь? Может быть, отойти в сторону, сдаться, и вас перестанут преследовать, а? — предложил Эберли.

Холл решительно покачал головой.

— Кто же эти люди? — продолжал вслух рассуждать Эберли. — А вам не приходило в голову, что за всем этим стоит наше замечательное Центральное разведывательное управление?

Бертис Холл многое знал о тайных операциях ЦРУ, но не любил, когда буквально во всем пытались усмотреть козни ЦРУ. Он не верил во всемогущество этой организации.

Эберли не согласился с ним.

— Вряд ли еще кому под силу устранить, как вы говорите, Уэстлейка руками сотрудников управления по борьбе с наркоманией, а заодно подсунуть вам кокаин. Впрочем, надеюсь, мы разгадаем все эти загадки. Вы на правильном пути. Следите за этим Дирксом, только будьте осторожны. Я уезжаю на два дня из Вашингтона, а вернувшись, позвоню вам.

Доктор Орвил Этвуд последние несколько дней смотрел передачи только компании Эй-би-си, особенно внимательно — программу “На этой неделе с Дэвидом Бринкли”. Ее ведущий анализировал последствия, которые будет иметь неожиданное выступление сенатора Артура Плиммера.

— Последняя проблема, с которой столкнулся президент, — говорил ведущий, — заключается в следующем: являясь согласно конституции главнокомандующим вооруженными силами, он не главнокомандующий на Капитолийском холме и не может заставить законодателей говорить в унисон с Белым домом. Сенаторы от его собственной партии все чаще позволяют себе чрезвычайно резко выступать против хозяина Белого дома, обвиняя его в преступном пренебрежении интересами безопасности Соединенных Штатов. Сейчас в центре внимания специалистов проблема создания космического оружия. Президент наконец-то подписал директиву № 119, которая позволит Пентагону обзавестись таким оружием. Президентская директива основывается на докладе, подготовленном организацией “Мерит фаундейшн”: вывести в космос систему из 400 спутников, вооруженных смертоносным ассортиментом лучей высокой энергии, способных сбивать вражеские ракеты в течение пяти минут с момента их запуска. Кроме того, Пентагон должен вывести на орбиты вокруг Земли спутники, способные ослеплять или разрушать спутники противника в космическом пространстве. Испытания противоспутниковой ракеты, запущенной с самолета F-15, прошли как нельзя более успешно. Военные специалисты считают, что осуществление этих мер совершенно необходимо. По их мнению, в обороне Америки опять образовалось “окно уязвимости” — на сей раз в космосе. Хорошо, что военные, не ожидая, пока правительство раскачается, уже давно ведут необходимые работы. Мы знаем, что управление перспективных научных исследований министерства обороны еще в 1958 году приступило к осуществлению проекта “Си-Со” по изучению систем противоракетной обороны, основанных на пучках заряженных частиц. Когда в 1957 году Советский Союз запустил первый спутник, США сразу же взялись за осуществление срочной программы создания спутника-перехватчика. В 1962 году от этой программы отказались по той причине, что противоспутниковые ракеты с ядерными боеголовками, установленные на атолле Кваджалейн и на острове Джонстон в Тихом океане, сулили больше возможностей атаковать советские спутники.

Создается рентгеновский лазер, основанный на том, что ядерный взрыв вызывает огромное количество мягких рентгеновских лучей, которые можно превратить при посредстве сотен лазерных трубок в направленные рентгеновские лучи. Словом, успехи ученых доказывают осуществимость обширной программы подготовки к космическим войнам. Когда же в Белом доме проснутся и увидят: космическое “окно уязвимости” слишком велико, чтобы с ним можно было мириться?

Закончилась передача коротким репортажем из штата Колорадо. Камера показала различную строительную технику, уже расчищенные площадки, и ведущий пояснил:

— Политики и ученые рассуждают о необходимости сохранения мира в космическом пространстве, о том, чтобы оно было открыто для исследования. А здесь, в Скалистых горах, такого рода разговоры вызывают удивление. Сюда по контрактам ВВС корпорации “Локхид”, “Мартин — Мариетта”, “Боинг” перебрасывают рабочую силу и технику. Бульдозеры расчищают 640 акров прерий к востоку от Колорадо-Спрингс для строительства центра военно-космических операций. Космическое оружие, если только у нашего правительства хватит прозорливости создать его первым, позволит коренным образом изменить стратегию ядерной войны. Война должна предусматривать создание послевоенного миропорядка, совместимого с западными идеалами. Сочетание наступательных средств для удара по вооруженным силам и космического оружия ограничит американские потери примерно двадцатью миллионами человек, что сделает американскую стратегическую угрозу более убедительной.