в свою очередь уведомляет об этом местные органы власти. Поэтому о случившемся немедленно были поставлены в известность федеральные ведомства — Государственный департамент и ФБР.
Версий, связанных с исчезновением Виктора, могло быть множество, и все они вели в разные стороны. Нельзя было исключать того, что следы ведут в Швецию — там активный политический борец и демагог оставил о себе не очень хорошую память. Можно было предположить причастность к похищению Гунарсона местных бандитов, узнавших о лопоухом шведе, у которого денег как у дурака махорки. Наконец нельзя было исключать некую романтическую версию, связанную с сексуальной несдержанностью Виктора. Если он своими не всегда уместными и довольно бестактными заигрываниями обидел некую женщину, а у той имелся муж, брат, отец или иной мужчина, способный за неё постоять, то конфронтация очень быстро могла достичь крайнего ожесточения.
Детективы стали проверять все возможные направления и, разумеется, обратились к людям, хорошо знавшим пропавшего мужчину. Был составлен список интимных подруг Виктора, и последней из их числа оказалась некая Кей Веден (Kay Weden) — женщина, состоявшая в разводе, но прожившая в браке 13 лет и возвратившаяся в Солсбери в 1990 году. С неё полицейские и решили начать. Уже при первой же встрече 19 декабря Кей ошарашила детективов, заявив, что знает, кто именно похитил Виктора Гунарсона. Строго говоря, этого она не знала, но предполагала, что и продемонстрировала последовавшая беседа.
Кей рассказала, что совсем недавно — 9 декабря — была убита её 77-летняя мать Кэтрин Миллер (Catherine Miller). Кей несколько месяцев тому назад прервала 3-летние отношения с мужчиной, изводившим её своей ревностью и стремлением во всём контролировать. Разрыв отношений оказался очень тяжёлым — отвергнутый любовник преследовал Кей и устраивал какие-то немыслимые выходки. Например, он мог оскорблять подруг Кей, находившихся рядом во время их разговора или, явившись к Кей домой, тайком забрать водительское удостоверение… Это было поразительно скандальное и глупое поведение для мужчины, которому исполнилось e;t 43 года.
За 3 дня до убийства Кэтрин Миллер [то есть 6 декабря] брошенный любовник перехватил Кей Веден и её мать в ресторане во время обеда. Следил ли он за Кей или встреча оказалась случайна, Кей не знала, но это даже было и не очень важно. Зато важным оказалось содержание пафосного и угрожающего монолога, с которым он обратился к бывшей подруге. Он сказал, что Кей заставила его страдать и он отомстит ей, сделав так, чтобы она потеряла близких.
Кей Веден и её мать Кэтрин Миллер.
И вот через 3 дня Кэтрин Миллер была убита в собственном доме 2-я выстрелами в голову из пистолета 38-го калибра. А ещё через 10 дней Кей узнала, что без вести пропал Виктор Гунарсон… Что прикажете думать?
Факт интимных отношений с Виктором женщина во время общения с детективами, занятыми розыском пропавших без вести, подтвердила. По её словам, они познакомились в сентябре 1993 года, а последний раз виделись 3 декабря. Вечером того дня они посетили ресторан, где поужинали, мило побеседовали и расстались приблизительно в 23:20. Ничего необычного тогда не произошло в том смысле, что бывший любовник не появлялся, и потому обошлось без скандала.
Самая изюминка рассказа Кей заключалась в том, кем именно являлся её бывший любовник — тот, кого она характеризовала как скандалиста и непомерного ревнивца. Звали его Ламонт Клэкстон Андервуд (Lamont Claxton Underwood,) и он долгое время работал в различных правоохранительных структурах штата Северная Каролина. Общий стаж его службы составлял 19 лет, и беседовавшие с Кей Веден детективы хорошо его знали. Буквально 3-я месяцами ранее он был уволен из полиции Солсбери якобы по причине болезни, но истинным поводом увольнения явился скандал, связанный с недостойным поведением Андервуда. Если говорить начистоту, то он преследовал ту самую Кей Веден, что в декабре 1993 года обвинила Андервуда в убийстве своей матери и похищении Виктора Гунарсона. После увольнения из полиции Ламонт устроился работать охранником в транспортную компанию.
Сказанное прозвучало в высшей степени неожиданно, но при этом логично и убедительно. Отмахнуться от утверждения Кей было никак нельзя…
Однако детективы, занимавшиеся расследованием убийства Кэтрин Миллер, сообщили детали, путавшие ту простую и логичную картину, которая складывалась на основании её слов. Прежде всего выяснилось, что есть свидетель, предположительно видевший убийцу пожилой женщины. Свидетель казался весьма надёжен — это был Терри Осборн, юрист по образованию, проживавший в доме № 122 по Ларч-роад (Larch road), расположенном по соседству с домом Миллер. Около 9 часов утра 9 декабря он заметил мужчину, вышедшего из-за угла этого дома и быстро удалившегося вдоль проезжей части. Мужчина казался молодым — около 20 лет — двигался быстро и уверенно, Осборн охарактеризовал его походку как «пружинящую». Он не знал этого человека, но довольно уверенно опознал в нём сына арендатора, сдававшего дом Кей Веден и её сыну Мейсону. Тот являлся весьма проблемным человеком — во-первых, он имел подтверждённую историю душевного заболевания, а во-вторых, принимал наркотики. А «дурь» толкает шизофреников на немыслимые поступки и самые дикие преступления, так что вопрос с мотивом отпадал сам собой.
Таким образом не только прослеживалась прямая связь между подозреваемым и дочерью убитой женщины, но и вопрос о целеполагании преступника находил очень убедительный ответ.
Пульт охранной сигнализации на стене у входа, которым Кэтрин Миллер могла воспользоваться для подачи тревоги [но так и не воспользовалась], не был активирован как раз потому, что преступник имел весьма убедительный предлог для того, чтобы войти в дом. Например, он мог сказать, что Кей просила его что-то передать матери либо, напротив, забрать у неё… Пожилая женщина вряд ли безропотно впустила бы Андервуда, зная, что тот конфликтует с её дочерью и открыто угрожал ей менее 3-х суток тому назад.
Ламонт Андервуд мог иметь проблемы с женщинами [и, скорее всего, имел], но правоохранительные органы располагали намного лучшим подозреваемым! Так что подозрениями Кей Веден о возможной причастности бывшего любовника к похищению Виктора Гунарсона можно было пренебречь, тем более, что сам факт принудительного увоза и убийства пока что оставался не доказан. Нельзя было исключать того, что Гунарсон имитировал собственное похищение в силу неких причин, неведомых американской полиции. Всё-таки бэкграунд у мужчины был очень специфическим.
Минуло чуть более 2-х недель, и 7 января 1994 года в районе под названием «Дип-Гэп» (Deep Gap) неподалёку от пересечения дороги «Блю Ридж» («Blue Ridge») и шоссе № 421 (Highway 421) был найден труп, практически полностью засыпанный снегом. То, что его отыскали, явилось чистейшей воды случайностью, в принципе, мёртвое тело могло пролежать на том месте не потревоженным многие месяцы и годы. Геодезист, ответственный за топографическую привязку предстоящих работ по пробивке просеки, искал межевой знак, поэтому очень внимательно осматривал грунт.
