на играх. Так что я помню тебя и твоих братьев.
Чирлидинг? Ничего удивительного. Она все еще была такой же кипучей, счастливой девчонкой, как будто в любой момент могла совершить кульбит и закончить его с поднятыми вверх руками.
Энергичные девушки мне не нравились, как бы они ни выглядели в обнаженном виде.
— Приятно познакомиться, — сказал я, надеясь быстро закончить разговор. — Можешь сообщить Аннике, если что-нибудь понадобится.
— О, спасибо. Она ведь твоя сестра, верно? Она такая милая. Она позвонила мне сегодня утром, чтобы объяснить — ну, ты знаешь — тебя.
Я нахмурил брови еще сильнее. — Она объяснила меня?
Одри улыбнулась и кивнула. — Да. Просто чтобы ты знал, у нас все в порядке. Насчет прошлой ночи, я имею в виду. Ничего страшного.
— Ты пострадала? — спросил я, прежде чем смог остановиться.
— Нет, не особо. Возможно, у меня появился синяк или два. — Она вывернула одну руку, чтобы осмотреть локоть. — Но я в порядке. Очень мило с твоей стороны поинтересоваться этим.
Это не было мило с моей стороны. Я не был милым парнем. Вместо ответа я просто хмыкнул.
Ее собака, видимо, Макс, опустил мяч у ее ног. Я не видел, откуда он его притащил, но я и не обращал на него внимания.
Не теряя времени, она подняла его и швырнула в сторону своего дома. — Что ты там делаешь? Перепланировку?
Я взглянул на другой дом. — Да. Только начинаю.
— Я хотела спросить про большой мусорный контейнер. Он просто огромный.
Макс вернулся и принес мяч. Она подняла его и снова бросила.
— Это капитальный ремонт, — сказал я. — Все устарело.
— Ты ремонтировал дом, в котором я живу?
— Да. Это то, чем мы занимаемся.
— Вы — это ты и твоя сестра?
— Она работает на нас с отцом, мы партнеры.
— А когда вы заканчиваете ремонт, то потом сдаете их в аренду?
Я поднял еще один кусок напольного покрытия и выбросил его в мусорный контейнер. — Почему ты задаешь так много вопросов?
— Мне просто любопытно.
У нее были карие глаза, но, несмотря на их темный цвет, они были яркими и светились подкупающим интересом.
Это было раздражающе мило.
— Зависит от собственности.
Я хотел, чтобы этим мой ответ и ограничился, но она продолжала смотреть на меня с радостным ожиданием, пока снова поднимала и бросала мяч своей собаке. Она словно втягивала меня в разговор против моей воли.
— За эти годы мы продали несколько домов, но рынок замедлился, так что в целом нам выгоднее оставить их себе и сдавать в аренду.
— Это напрягает?
— Что напрягает?
Она пожала плечами. — Быть домовладельцем. Приходится постоянно общаться с арендаторами, чинить то, что ломается, заставлять их своевременно вносить платежи и тому подобное.
— С жильцами разбирается Анника.
— Верно, потому что ты плохо ладишь с людьми.
— Она так сказала?
— Что-то в этом роде. — Снова эта веселая улыбка. Она дразнила меня? — Вы отлично поработали над соседним домом. Он очень красивый.
— Спасибо.
— Прости, мне пора перестать надоедать тебе. Уверена, у тебя много работы. — Она подняла мяч, но держала его прижатым к груди, пока Макс делал круг вокруг нее. — Увидимся.
— Да, увидимся.
Одарив меня еще одной ошеломляющей улыбкой, она повернулась и пошла обратно к соседнему дому. Ее слишком взволнованный пес был таким же энергичным, как и она сама. Я был удивлен, что он не делал сальто вокруг нее.
Мне потребовалась секунда, чтобы понять, что я смотрю ей вслед. Я потряс головой, чтобы прояснить мысли, и вернулся к выбрасыванию старых древесно-стружечных плит в мусорный контейнер.
Вот так. С этим было покончено. У нас был арендатор в доме с двумя спальнями, и Анника все уладила после того, как я облажался прошлой ночью. Мне не нужно было беспокоиться о ней.
Или думать о ней в этих шортах.
Но я думал о ней в этих шортах. Я вернулся к работе, отдраивая остатки пола на кухне, и, как ни старался, не мог выкинуть из головы Одри Янг и ее раздражающе красивую улыбку.
ГЛАВА 9
Одри
Таверна «Тимбербист» выглядела именно так, как я ее себе представляла, когда Сандра сказала мне, где с ней встретиться. Она пригласила меня выпить после работы, и это место соответствовало всем моим ожиданиям. Стены украшали старинные фотографии лесозаготовителей, старые вывески и ржавое оборудование, а парень за стойкой бара был с густой бородой, в клетчатой шерстяной рубашке и с большими волосатыми руками, что делало его похожим скорее на лесоруба, чем на бармена.
На самом деле он был очень похож на карикатурного дровосека на вывеске «Тимбербист».
После работы я отправилась домой, чтобы позаботиться о Максе, поужинать и переодеться. Я выбрала рубашку с короткими рукавами и джинсы с парой сандалий. Днем становилось теплее, но вечерами все еще было прохладно — типичная погода для гор в июне. Я надеялась, что ноги не будут слишком мерзнуть, но я накрасила ногти в самый красивый розовый цвет и хотела их продемонстрировать.
Или хотя бы полюбоваться ими, поскольку я сомневалась, что кто-то в тускло освещенной таверне маленького городка обратит внимание на мой педикюр.
Сандра помахала мне рукой от своего столика. Она тоже переоделась после работы — в футболку и обычные брюки. Ее серебристая стрижка пикси, как всегда, смотрелась восхитительно.
— Я рада, что ты пришла, — сказала она, когда я заняла место напротив. — Я не была уверена, что ты захочешь общаться со старухой, так что спасибо, что потакаешь мне.
— Ты совсем не старуха.
— Я ужасно близка к шестидесяти. Эта цифра кажется значительной.
— Она значительная, но это не говорит о том, что ты стала старухой. Ты просто повысила свой уровень.
— Видишь, вот почему ты мне нравишься. Ты знаешь, как придать вещам позитивный оттенок. — Она повернулась к бару и повысила голос. — Эй, Рокко. Что должна сделать девушка, чтобы получить выпивку здесь? Сверкнуть своей грудью?
Я прикрыла рот рукой и рассмеялась. Рокко, бармен-лесоруб, скрестил руки и поднял густые брови, как бы говоря: валяй, я жду.
Сандра рассмеялась. — Предоставь Рокко разоблачить мой блеф. Я пойду принесу нам выпивку. Что ты хочешь?
Первой мыслью было выпить лимонный коктейль, но я пыталась сократить количество потребляемого сахара. И это место не казалось мне подходящим для лимонного коктейля. — Что ты будешь?
— Водку с содовой. Раньше я была любительницей «Маргариты», но теперь не могу пить текилу. И Рокко делает ужасную «Маргариту».
— Я это слышал, — проворчал Рокко.
Сандра усмехнулась, делая вид, что не заметила его комментария.
