— Я почему-то так и подумал. – Вздохнул он. – Значит, ты приезжая.
— А что, сразу не видно?
— Вообще-то не видно, но я не о том… — Он улыбнулся сам себе, видимо разузнав полезную информацию. Но позже продолжил разговор, как ни в чём не бывало.
В подобном стиле прошёл весь вечер: он шокировал Настю своими откровенными высказываниями, она прятала взгляд, изредка выдавая неловкие замечания, за которые сама же себя потом и терзала.
Сидя в машине у общежития, Стас окончательно расслабился, он замечал сомнения Насти насчёт всего происходящего с ней, и умело этим пользовался. Когда заглушил мотор, сразу взглянул ей в глаза, понимая, как безотказно на неё действует этот взгляд, потянулся через всю машину, чтобы поцеловать, а Настя не знала, куда спрятаться и всё глубже вжималась в своё кресло.
— Думаешь, там я тебя не достану?
Наконец не выдержал он и рассмеялся, был теперь совсем близко, так, что можно было ощутить на своей коже его дыхание. Приятный запах мужского одеколона обволакивал и расслаблял.
— Мне кажется, ты меня не услышал.
— Тебе это только кажется… — Стас продолжил наступление, медленно, позволяя ощутить своё желание, остановился у самых губ, когда взглядом гипнотизировать уже не получалось, едва заметно улыбнулся и выжидал, когда Настя соизволит поцеловать его сама.
— Стас!
— Что?
Отозвался глухо, даже как-то испуганно, не этого он ожидал, уж точно.
— Я…
— Если не знаешь, что сказать, просто закрой глаза и я всё сделаю сам.
— Да не надо ничего делать.
Настя вдруг заёрзала на кресле и даже попыталась открыть дверь, но теперь Стас не собирался её уговаривать, он хотел получить то, что ему причитается, любым путём, поэтому уверенно одёрнул её руку и крепко сжал в своей ладони. После неловкого и недолгого поцелуя, вернулся на своё место и недовольно хмыкнул.
— Что ты делаешь? – Не сдерживал своей досады он.
— Ты о чём?
— О тебе. Ты так себя ведёшь, будто ничего этого не хочешь.
— А если так и есть?
— Ты сейчас мне пытаешься соврать или самой себе?
От пытливого и недовольного взгляда скрыться было трудно, поэтому пришлось ответить.
— Я не понимаю, что ты от меня хочешь…
— А чего хочешь ты?
— Я хочу спокойно выйти из твоей машины и спокойно лечь в свою постель. При этом никому и ничего не объяснять.
— И ждать парня, который тебе не просто не нужен, которого ты скоро возненавидишь, но будешь мило улыбаться, потому что так нужно? Этого ты хочешь? – Стас тоже не выдержал, говорил громко и несколько раздражённо. Он понимал всё, без всяких слов и пояснений и это его только расстраивало.
— Да!
На откровенный крик он не отреагировал, не стал кричать в ответ, но и не успокаивал. Смотрел, можно сказать, понимающе, правда, недовольно усмехался. Его проницательность заставляла Настю нервничать, скрыть правду всегда легче, чем слушать её, тем более от других.
— Пойми, малыш, — начал он совсем другим, располагающим тоном, — ты никому и ничего не должна. Не надо ничего доказывать. Хочешь – бери. Вот по какому принципу ты должна жить и никак иначе. И не хочешь ты сейчас возвращаться в эту зашарпанную общагу и в постель эту ты ложиться не хочешь! И ждать его ты не хочешь! И всё это написано у тебя на лбу крупными буквами! – Было видно, что Стас себя сдерживает, чтобы не дать Насте приличную оплеуху, от которой она наконец придёт в себя. – Но по какой-то непонятной мне причине, ты сидишь сейчас здесь и вжимаешься в кресло. И делаешь при этом вид, что тебе неприятно моё общество, потому что ты, видите ли, ждёшь парня из армии! Так по какой причине ты сейчас себя так ведёшь? – С досады, даже по рулю руками хлопнул, крепко обхватил его, словно собирается уехать. – И я прав. Если бы ты не хотела, ты бы сейчас здесь не оказалась.
— Ты сейчас говоришь всё это, чтобы я осталась?
— Ты хочешь так думать.
Насте показалось, что лучше бы она просто переспала со Стасом, как он того и хотел. Потом, если бы это понадобилось – повторила бы, только бы не слышать сейчас этих слов, каждое из которых попадало в цель. Она сидела и слушала его, внимательно слушала и мысленно соглашалась с каждым словом, хотя очень хотела что-нибудь возразить.
— Ты меня осуждаешь…
— Да причём здесь это? Настюш… – Стас взял её за руку и говорил уже более спокойно, голос стал нежным, будоражил кровь. Как же хорошо он владеет ситуацией! – Я хочу, чтобы ты поняла, что никому и ничего не должна. Проживи свою жизнь так, как хочется тебе. И не нужно зависеть от чужого мнения. Не хочешь его ждать – сразу скажи об этом, не мучай себя.
— Ты говоришь так, чтобы я поехала с тобой.
— Я говорю это, потому что это правда!
— Отпусти меня, пожалуйста… — Настя решилась и посмотрела в глаза Стаса. Он ровно дышал, на лице ни один мускул не дрогнет, его выдержке можно было только позавидовать.
— Поцелуй меня.
— А если я не хочу?..
Уверенности в словах Насти не чувствовалось, она устала от этого разговора и готова была на любой исход.
— А если не хочешь, то иди. Прямо сейчас.
Наверно он был уверен в том, что Настя не уйдёт, и она не ушла, но и поцеловать не решилась. Просто сидела и понимала, как же он прав, чувствовала его взгляд, его напряжение. Сама себя возненавидела за эту пассивность: и почему она не может остаться с этим мужчиной, просто оттого, что так хочется, что так правильно. Смирно сидела, боясь пошевелиться и принять какое-нибудь решение, боялась, что он прочтёт её мысли, хотя это и так видно. Стас мучений её совести наблюдать больше не мог: со злостью вышел из машины и открыл перед ней дверь. Настя покорно вышла.
— Я ему честное слово дала, понимаешь?
Что это? Оправдания? Кому они сейчас нужны?.. Но сказать это было нужно.
— Я не хочу тебя слушать.
Стас громко хлопнул дверью, когда Настя посторонилась, внимательно наблюдал за ней, после чего рывком прижал к машине и поцеловал так, что просто дух перехватило, причём у обоих. Целовал жадно, страстно, уверенно, обеими руками обхватив лицо и не давая возможности усомниться в правильности своих действий. Он чувствовал, как бьётся её сердце, точнее говоря оно колотилось внутри. Он прижался лбом к её волосам, тяжело вздохнул, а потом заставил выровняться и немного подтолкнул к дороге, которая вела на крыльцо общежития.
— Если ты не хочешь об этом думать – не думай. Завтра я позвоню тебе. И я хочу, чтобы ты улыбалась. И ты будешь рядом со мной, потому что я так решил… а ты не хочешь мне возразить…
— Я не знаю, что тебе ответить…
