на плиту и занялась завтраком. Хотя как занялась: сделала тосты, достала джема и творог, в который быстро порезала ягоды.
Когда я уже все расставила и заварила ароматный чай, спустился муж.
— Доброе утро, — немного растеряно произнес он, на ходу надевая пиджак.
— Доброе, — не в силах сдержаться, улыбнулась я. — Как спалось?
— Отлично, — присаживаясь за стол, отозвался муж и бросил на меня любопытный взгляд. — Ты хорошо выглядишь.
— Спасибо.
Я намазала тост джемом, но от волнения кусок не лез в горло.
— Не передумала? — неспешно перемешивая творог, поинтересовался Себастьян.
Я на миг испугалась, что вчера он пошутил и никакой академии и преподавания мне не светит. Отложив в сторону тост, который так и не попробовала, я осторожно проговорила:
— Нет. А что?
— Ты просто не представляешь, во что ввязываешься, Шанталь, — будничным тоном заметил Себастьян. — Преподавание — это совсем не так просто, как ты думаешь.
— Я понимаю, — закивала я, в этот миг готовая согласиться со всем угодно, лишь бы меня не лишили шанса испытать себя.
— Существуют методические пособия и учебники, а также правила и план работы, которых ты должна будешь придерживаться.
Я снова закивала, решив пока помалкивать. Пусть выговорится, если уж ему так хочется.
— И пообещай мне вот что, — потянувшись к кружке с горячим чаем, произнес Себастьян. — Если вдруг что-то случится, тебе не понравится, передумаешь или еще что-нибудь, ты скажешь мне, и все закончится.
Ага, я поняла! То есть малейшая жалоба с моей стороны, и преподаванию конец. Себастьян, аргументируя это стремлением защитить, вновь запрет меня дома. Ну уж нет! Тут же мысленно поклялась, что если произойдет какая-нибудь неприятность, я справлюсь с ней самостоятельно и не стану просить помощи. Но вслух, конечно, ответила:
— Хорошо.
Муж внимательно посмотрел на меня, как будто хотел прочесть мысли и тоже кивнул.
— Ладно. Вопросы есть?
— Только один. А как профессор Вайлдери отреагировал на мое назначение?
— Понятия не имею, — совершенно спокойно заявил Себастьян.
Подобная реакция показалась мне странной. Он ведь должен был понимать, что профессор не даст мне нормально работать и примется мешать. Или именно на это он и рассчитывал? Собрался действовать чужими руками? Не ожидала от него такой подлости.
— А если он будет против? — задала я следующий вопрос.
— В данный момент его мнение мало кого интересует, — снова уклончиво ответил муж.
— Почему?
— Его временно отстранили от занимаемой должности.
— Когда? — искренне удивилась я.
Вчера последним заходил Эмаир. Было уже около трех часов дня. Он ни словом не обмолвился о том, что Вайлдери отстранили.
— Сегодня утром, — выпив чай, огорошил муж.
— О-о-о… — только и смогла потянуть я.
— Так что ты будешь исполнять обязанности временно. До тех пор, пока не закончится судебное разбирательство и Вайлдери не вернется. Или пока ректор не найдет ему замену.
— Вот как.
— Первая пара у тебя с первокурсниками, — сообщил Себастьян. — Практические занятия в оранжерее пока отменили, как и в аудиториях. Никакой практики, Шанталь.
— Почему?
Муж наградил меня весьма красноречивым взглядом. Я думала, что он не станет озвучивать, но нет, сказал.
— Потому что я не уверен в безопасности.
— Моей? — нахмурилась я.
— Всех окружающих, — парировал он, заставив меня захлопнуть рот и обиженно засопеть.
«Ну это уже слишком!»
— Но какие уроки травологии и зельеварения без практических занятий? — возмутилась я. — Так нельзя.
— Налегайте пока на теорию, — издевательски улыбнулся муж. — Или тебя что-то не устраивает?
Пришлось проглотить и это.
— Нет, — улыбнулась я. — Все прекрасно.
«Надо будет непременно найти ректора и объяснить важность практических занятий. Уж он-то сумеет повлиять на моего мужа».
— Тогда пойдем. Я провожу тебя в академию и все расскажу, — поднимаясь, сказал Себастьян.
Мои аудитории (вы только вслушайтесь в эти слова!) располагались в одном из корпусов, по левую сторону от главного входа рядом со студенческими общежитиями. Мне это даже понравилось, поскольку справа за точно такими же корпусами находились полигоны для тренировок, погост для некросов и даже небольшое озеро для водников. Я посчитала, что уж лучше столкнуться с толпой вредных сонных студентов, чем с ожившими трупами или получить в голову случайно вылетевший с полигона снаряд.
На улице было тихо и пустынно. Тут же вспомнилось, как мы в первый раз входили в академию. Себастьян тогда накинул на нас полог невидимости, чтобы не демонстрировать меня здешним обитателям. И так уж вышло, что я тоже никого не видела. Неужели ситуация повторялась? Я искоса посмотрела на мужа. Не то, чтобы мне хотелось торжественного шествия и прочих атрибутов. Но теперь я, в конце концов, преподаватель, пусть и замещающий. Меня не требовалось прятать от всей академии.
— А где все? — осторожно поинтересовалась я, решив сначала задать вопрос, а потом уже злиться и затевать спор. Скандал бы я не закатила, а вот поспорить — запросто.
— Еще рано, — невозмутимо отозвался Себастьян, глядя прямо перед собой.
Судя по глубоким складкам на лбу, настроение у него портилось с каждой секундой.
— Рано?
— Да. Занятия начнутся через полтора часа. Студенты еще спят.
— Тогда зачем мы так рано вышли? — с трудом поспевая за его быстрым шагом, спросила я.
— Потому что мне надо все тебе показать, объяснить и подготовить, — немного раздраженно сообщил он.
— Полтора часа? — недоверчиво уточнила я.
Мы как раз шли по главной дорожке через небольшой парк с большим фонтаном. Хотя как шли: он спокойно шагал, а я спешила за ним, временами срываясь на бег.
— Да тебе суток мало на инструктаж, — как-то тоскливо протянул муж.
А мне вдруг стало обидно. Я восемнадцать лет считалась очень ответственной и серьезной девушкой. Не законопослушной, конечно, но никто не мог упрекнуть меня в безответственности. Да я семью своими зельями содержала! Отстаивала свое право на создание зелий у лекарей! Да я… а он! Никакого уважения.
Мы зашли во второй корпус, который располагался между первым и третьим. Разумеется, осмотреться мне не дали. Себастьян не только не замедлил шаг, а даже как будто специально ускорился. Единственное, что я успела увидеть — это просторный холл и огромную лестницу, которая вела наверх. Однако мы направились вовсе не к ней. Нас ждала другая, куда меньших размеров и ведущая вниз.
Впрочем, логика в таком расположении имелась. Особенно если учитывать нестабильные зелья, опасные ингредиенты и безголовых студентов, которые вполне способны смешать что-нибудь не так и устроить небольшой взрыв… или большой. В зависимости от степени безголовости. Как ни крути, а под землей сдерживать всплески магии легче. Кроме того, варить многие зелья и составы требовалось при специальном освещении, а солнечные лучи вообще могли угробить труды многих недель.
— Подвальные
