раз улыбнулся.
– Про нас знают Согласные, их самих не много. Официально мы везде ничего не нарушили. Даже ты покинул медицинскую станцию со всеми документами. Ничего не изменится. Если вносить нас как разыскиваемых, то надо обосновать, это они не смогут сделать.
– Но ты же стрелял в меня на Улье. Покушение как минимум.
– Уже нет. Мы сразу подчистили этот момент. На медицинском центре я бы тогда не смог показаться, с отметкой как преступник.
Конрад молчал. У него закончились вопросы. Услышанного и так было слишком много за раз. Рауи и Альва не мешали ему, они вышли прогуляться. Конрад погрузился в свои мысли. Все это, со стороны, звучало бредово, но он там был, он в этом участвовал. И сколько он ни пытался убедить себя, что Рауи говорит неправду, но слишком логично все приходило к тому, что было на Улье, в мед. центре.
Минут через 30 вернулись с прогулки Альва и Рауи. Альва расположилась на прежнем месте, Рауи сел рядом с Конрадом.
– Конрад, – начал разговор Рауи, – я в начале нашей беседы сказал тебе, что задам тебе один вопрос, на который мне понадобится ответ. Может ты уже и догадался, но в любом случае, я спрошу. Конрад, ты теперь с нами или нет?
– Выбор между тем, чтобы быть убитым или тем, чтобы быть кем? Я так и не понял, кто вы вообще такие, ты не сказал, на кого работаете.
– Мы работаем ни на кого и на всех сразу. Как ты понимаешь, вопросы мы тоже решаем не простые. Кто мы? Мы… Скажем так, мы полиция, но не локальная, а межрасовая. У нас нет какого-то определенного начальства, и мы не отчитываемся каким-то определенным лицам. В определенные ситуации ты становишься тем, кто на данный момент нужен. Ты меня видел и медицинским работником и сотрудником службы безопасности компании. Следующий раз я стану кем-то еще. Мы образовались тогда, когда сюда прибыли Согласные и у нас одна задача – это они сами.
– Если я выберу остаться с вами, мне изменят имя и всю мою биографию?
– Если только ты этого захочешь, – засмеялся Рауи. – Но в этом нет никакого смысла, ты тот, кто ты есть, а твоя биография чуть меняется для внедрения на тот или иной объект.
– А кто все спонсирует? Оснащение не берется из воздуха.
– Верно, но так как данный вопрос касается всех рас, то все и выделяют средства, хотя могут и сами этого не знать. Большего сказать не могу. И вот что, вопрос стоит не между быть убитым и с нами. Если ты откажешься, то мы устроим тебя на этой планете. Выделим тебе жилье и средства. Не исключено, что за тобой будет охота, но, как я уже говорил, сомневаюсь, что на этой планете они осмелятся что-то предпринимать. Конрад, вопрос срочный и ответ мне требуется сейчас: ты с нами или нет?
Аклиант
Первый визит в Аклиант вызывал у Конрада диссонанс. С орбиты Иания выглядит так, будто на континентах нет крупных мегаполисов. Да и вообще не видно, что на поверхности есть следы развитой цивилизации, не считая моста Объединения. У планеты есть искусственные спутники и космические станции, на естественных спутниках планеты располагаются строения и военные базы, но сама планета кажется не тронутой технологиями. Вот они едут по лесу, везде деревья, низкие дома, крыши которых едва можно было разглядеть из-за плотности растительности, как вдруг, оказываются в мегаполисе, состоящем из высоких строений, шумных тротуаров и снующих машин. Дороги уже не такие широкие, растительность не та, что за городом, и ианцы, много ианцев. Как рассказал Рауи, в самом городе сажают растения, которые не скидывают листву, не требуют много воды для существования и не так требовательны к окружающей обстановке, поэтому нет такого разнообразия, как там, где до этого жил Конрад. Если закрыть глаза, то можно представить, что находишься на Земле, из-за городского шума, особенно с переводчиком в ухе. Но открыв и взглянув вверх на здания, понимаешь, что это другая цивилизация. На каждом здании, даже на самом высоком, располагалась растительность, которая с крыши спускалась вниз по фасаду всего здания и покрывала их полностью, оставляя нетронутыми лишь два-три нижних этажа. На низких зданиях, в два-три этажа, растительность находилась только на самой крыше и только слегка выходила за ее пределы, получился, в некотором роде, зеленый козырек. Эти растения, которые сажались на крыше, были гордостью ианских селекционеров. Они могли контролировать нужную длину и не заботиться о дальнейшем подрезании, так как они переставали сами расти и только держали нужную длину, а листья были зелеными на протяжении всего года.
– Я покажу тебе только основные здания и улицы, – сказал Рауи, когда они присели отдохнуть на уличной лавочке, чтобы Конрад смог осмотреться и перевести дыхание.
– Как местные будут относится к тому, что человек будет жить тут, среди них? – спросил Конрад.
– Так же, как если бы ианец стал жить среди людей. Поглядывать будут в твою сторону, но ты быстро примелькаешься и не будут на тебе заострять внимание. Тут немного людей, но они есть, просто их не заметно из-за малого количества.
– Оставь список еды, которую ты нам привозил. Я в ней пока не разбираюсь, но твоя была вкусной и переносилась нашим организмом легко.
– Хорошо.
– Рауи, надеюсь мой выбор ты поймешь. Я не буду скрывать, то, что я пережил и что я узнал – это для меня слишком. К тому же, не пойми меня неправильно, но из всех только ты меня пытался убить. Твой рассказ хоть и совпадает со всем, что я видел, но в него сложно поверить. Мне нужно время восстановиться и обдумать все, тогда, может быть, я присоединюсь к вам.
– Нет, Конрад. Теперь ты будешь жить тут. К нам ты не присоединишься, не захочешь.
Конрад промолчал, он понимал, что Рауи прав.
– Как ты понимаешь, – продолжи Рауи, – передвижение по планете тебе доступно, но за ее пределы никуда не вылетай. Как я уже сказал, тут безопасно.
– Что будете делать вы? Куда дальше?
– Я не могу тебе этого сказать. Какое-то время еще побудем на планете. Я оставлю тебе наш местный телефон для связи. Альва сказала, что хочет тебя еще
