кто-то… он крался между деревьями и кустами, которые хлестал яростный ветер. Потом он быстро-быстро побежал, но все время оборачивался (лицо у него было бледное). Казалось, его кто-то преследует. Затем появились и преследователи. Разглядеть их было очень трудно, по моему, их там было трое или четверо – не могу сказать. Напоминали они собак, но это были явно не собаки. Меня охватило такое чувство ужаса, что я была не в состоянии закрыть глаза, хотя только и мечтала об этом. Потом жертва пронеслась под аркой, во что-то вцепилась, а те, кто гнались за ним, настигли его, и я услышала отчаянный крик. Вероятно, я потеряла сознание, потому что позже я словно пробудилась к свету дня, покинув мрак.
Эмили, я рассказываю тебе сущую правду, такое видение, иначе это и не назовешь, явилось мне посреди белого дня. Как ты думаешь, не оказалась ли я случайным свидетелем трагедии, происшедшей в этом доме?
Продолжение письма последовало на следующий день.
Несмотря на то что я поставила точку, вчерашняя история продолжалась. Дяде я рассказывать ничего не стала. Ты же знаешь, каким образом его здравый смысл откликается на мое сообщение – на все случаи жизни у него одно лекарство: бокал темного пива или рюмка портвейна.
Проведя тихий вечер… заметь, но не скучный… я отправилась спать. И представь себе мой ужас, когда вдруг я услышала безумный крик, и хотя доносился он издалека, я сразу узнала дядин голос. Господи, как он кричал. Спальня его находится в дальнем конце этого огромного дома, чтобы добежать до нее, необходимо миновать древний холл в восемьдесят футов длиной, высокую комнату с панелями и две пустые спальни. Нашла я его во второй – там вообще нет мебели, – он сидел в темноте, а свеча его валялась на полу сломанная. Я, разумеется, пришла со свечой, и он схватился за меня дрожащими руками – прежде с ним такого не случалось – и быстро повел из комнаты прочь. Отчего он так кричал, он объяснять не захотел. «Завтра, завтра», – было единственным, что мне удалось выудить из него. Мы наскоро постелили ему постель в комнате, соседней с моей, я очень сомневаюсь, что в эту ночь он спал лучше, чем я.
Заснула я лишь на рассвете, и сны мне снились очень неприятные.
Один из них никак не выходит у меня из головы, и хочу рассказать его тебе: может быть, таким образом сумею его забыть. Мне снилось, что я вошла к себе в комнату с ощущением, что на меня давит какое-то зло, и почему-то я пошла к комоду, причем с колебанием и неохотой. Сначала я открыла верхний ящик, там были только ленты и платки, потом второй, там тоже лежала какая-то ерунда, и затем, о господи, третий и последний. В нем лежало аккуратно сложенное постельное белье. И я стала разглядывать его с любопытством, постепенно сменяющимся ужасом. Но пребывала я в этом состоянии недолго – из складок белья выскочила розовая рука и стала легонечко шевелить пальцами. Этого зрелища была уже не в состоянии выдержать, и я выскочила из комнаты, захлопнула за собой дверь и, изо всех сил надавив на нее, стала закрывать ее на ключ. Но ключ никак не поворачивался в замке, а в комнате что-то зашуршало и затопало и стало приближаться к двери. Почему я не побежала вниз по лестнице, понятия не имею. Только я все продолжала давить на ручку, но дверь удержать не сумела, она открылась, и тут я, к счастью, проснулась. Возможно, мой сон тебе страшным не покажется, но мне было очень страшно, уже поверь.
За завтраком дядя не проронил ни слова: по-моему, ему было стыдно, что он нас так напугал. А потом спросил, не знаю ли я, в городе ли еще мистер Спиарман, и добавил, что считает, что у этого молодого человека имеется некоторая толика мозгов в голове. Тут, как ты понимаешь, моя дорогая Эмили, я с ним согласна; и разумеется, на его вопрос я была в состоянии ответить.
Итак, он отправился к мистеру Спиарману и пока не вернулся. А я собираюсь немедля, отослать тебе этот ворох странных новостей, иначе это письмо ты не скоро получишь.
Читатель уже наверняка догадался, что мисс Мэри и мистер Спиарман примерно месяц назад, то есть до июня, обручились. Молодой щеголь, мистер Спиарман, обладал прекрасным поместьем неподалеку от Уитминстера и частенько, якобы по делу, приезжал на несколько дней в город, где останавливался в гостинице «Королевская голова». Можно предположить, что свободного времени у него было более чем достаточно, так как в своем дневнике он очень подробно описывает происходящие с ним события, в особенности те, которые имеют отношение к моему повествованию. Хотя у меня возникло подозрение, что нижеприведенный эпизод он занес в дневник по настоянию Мэри.
Сегодня утром ко мне зашел дядя Олдис (как я надеюсь, что в скором времени я получу полное право так его называть!). Обсудив со мной кое-какие пустячные вопросы, он сказал:
– Знаете, Спиарман, я хочу вам рассказать довольно-таки странную историю, только прошу вас на время прикусить язык. Сначала мне надо кое-что выяснить.
– Разумеется, – ответил я. – Вы всегда можете на меня положиться.
– Я действительно понятия не имею, что мне теперь делать, – заявил он. – Вы ведь знаете, где моя спальня. В самом дальнем конце. И чтобы до нее добраться, приходится проходить через большой холл и еще через две-три комнаты.
– Это в том конце, что рядом с церковью? – спросил я.
– Да, так вот, вчера утром Мэри мне сказала, что соседняя комната заражена какими-то жуками и экономка никак не может их вывести. Может быть, этим все и обясняется? Как вы думаете?
– Но, – заметил я, – вы мне еще так ничего и не рассказали.
– Ну да, не рассказал; кстати, а как выглядят эти пилильщики? Какого они размера?
Тут мне пришла голову мысль, что он слегка повредился головой.
– То, что я называю пилильщиком, – терпеливо начал я, – красное насекомое с длинными ногами, размером примерно дюйм, может, чуть побольше. Тело у них твердое, и, по-моему, они…
Я собирался сказать «совершенно безвредные», но он меня прервал:
– Хватит, хватит, примерно в дюйм, может, чуть побольше. Этого достаточно.
– Я говорю вам лишь то, – продолжал я, – что знаю сам. Послушайте, вы лучше расскажите, что вас так удивило – морда, возможно, – я вам что-нибудь и отвечу.
Он задумчиво посмотрел на меня.
– Возможно, – заключил он. – А знаете, я как раз сегодня говорил Мэри, что у вас имеется
