– Уф! Меня как столбняком накрыло, Волда, – выдохнула признание, когда уже плюхнулась на сидение.
– Ты в себе? – поинтересовался хмуро Ханк. – Выглядишь бледной.
Но Матильда быстро отдышалась. Потому что дракон пошел по списку дальше и нисколько не косил больше в их сторону гипнотическим взглядом.
– Все нормально. Но у меня возник вопрос. Вот начитает он нам некоторую информацию, а зачет по ней будет? – и поймала растерянный взгляд кузины. – Вот и я о том же!..
Но их обмен мыслями о возможном зачет по теме был прерван возгласом Сигерда:
– А это кого еще принесло?
Подруги повернули головы к входным дверям и тогда уже испытали новый шок. Дело в том, что в приоткрывшуюся створку к ним заглянула ректор, сделала пас рукой, говорящий, что просила извинить вторжение, а потом за ней следом в дверь просочился мужчина в темных строгих одеждах.
– Да! Столпотворение! – обвела глазами переполненную аудиторию Эвелина Палм. – Почему все сразу-то пришли? Или ладно, может оно и нормально… Но завтра распоряжусь, чтобы для вас, Астор эр Хогон, открыли актовый зал. А сейчас продолжайте, пожалуйста. Не обращайте на нас внимание…
Два адепта, занимающие крайнюю ко входу парту, немедленно вскочили с мест и уступили их ректору и ее спутнику. Те сели.
– Волда! – зашипела тогда Матильда сестре. – Ты это тоже видишь? Госслужащий!..
Что там предыдущая волна жара! Вот теперь ее точно накрыло. А вдобавок и удушье почувствовала.
– Д – да… – кузина такой простой ответ выдала, заикаясь.
– Но погоди!.. – Мотя глазам своим не верила. – Мне кажется, или так и есть? Взгляни, у тебя дар сильнее. На нем, правда, что ли, морок?
– Что? Мо… Я сейчас. Действительно! Этот тип не тот, за кого себя выдает. И он смеет морочить ректора?! Отчаянный!
– Похоже, она ничего не распознала, – кивнула Матильда. – Но и я ничего толком не вижу, а только чувствую подставу. Скажи же скорее, кто это на самом деле?
– Если бы могла… – по напряжению в лице и позе Волды стало понятно, что на опознание незнакомца бросила немало сил, но результат не удавалось получить. Уже на ее лбу выступила испарина, а все никак. – У него маска многослойная. Силен, бродяга! Замаскировался на славу. Я не могу пробиться до него настоящего. А теперь сел так, что виден лишь затылок. Уф! Устала!
– Что вы шипите? – наклонился к ним Ханк. – На нас уже начали обращать внимание. Не хотите навлечь гнев ректорши – замолкните.
И тогда Матильда все свое внимание перевела на эрла Хогона. Но что это? Он смерил таинственного господина очень странным взглядом. Как будто был на него сильно сердит? Похоже на то. Выходило, что знал того, и для дракона морок был ничто, раз мог видеть настоящего субъекта, а не то, что все: высокого брюнета с темно-карими глазами и крючковатым носом. Однако! Вот вам и рептилии! Чем еще мог удивить этот цивилизованный ящер с крыльями? Помимо своего огненного дара, присущего всем драконам, конечно. Да, и еще внешность его, бесспорно, впечатлила публику, особенно женскую часть: ни вам чешуи или когтей, ни дикого блеска в глазах. Ну и, пожалуй, лицо имел даже очень благородное. Строгое, но с такими правильными точеными чертами. Нет, красавчиком, типа их Сигерда, Матильда бы этого мужчину не назвала. Все же красоту и такую жесткость в облике она никак не могла совместить. Но вот его тело!.. Трахт! Да сколько же Мотя могла вспоминать ту ночь, ту кровать и те налитые мышцы? Мрак! Да еще в такой момент!
А между тем этот самый эрл начал свою лекцию. И вначале прозвучали известные всем географические ориентиры территорий, заселенных драконьим народом. Их Матильда слушала вполуха, так как отлично знала эту информацию. А непродолжительное время, пока произносились названия островов, посвятила теперь наблюдению за ректором и ее соседом. Парочка о чем-то изредка перешептывалась, и казалось, ее мало интересовала лекция. Спрашивается: зачем тогда явились? И стоило только задать себе подобный вопрос, как Матильда почувствовала, как похолодели конечности и ее начало немного потряхивать. А тут еще Волда придвинулась вплотную и жарко зашептала в ухо:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Чует мое сердце, что нас повяжут, как только закончится эта лекция.
– Тьфу! Тьфу! Что бы тебя! – зашипела на нее Мотя.
– Не тряситесь – отобьемся, – весомо легла на плечо блондинки рука друга, то есть Ханка. – Я вас в обиду не дам. Зря, что ли, лучший боевик на курсе? Не допущу ареста. Если что, отвлеку их внимание на себя, а вы бегите в окно. Здесь всего-то второй этаж, и крайнее окно выходит на пожарную лестницу. Не заметили? Какие невнимательные! А как окажетесь на улице, то уже сможете построить порталы. Я прав? Там же блокирующего магию контура нет, как в этой аудитории. Вот и все!
– Вот и все! Герой! – передразнила его Волда. – И станем прятаться всю жизнь потом?
– Там придумаем еще что-либо! – ответил ей боевик с такой интонацией в голосе, будто разговаривал с неразумной девочкой.
– Да тихо вы! – повернулся к ним парень, за которым Матильда некоторое время назад пряталась. – Мешаете слушать!
А дракон действительно рассказывал интересно. Теперь уже перешел к истории образования драконьих гнезд. А как коснулся религии, так некоторые нетерпеливые адепты, вернее, те самые кокетки, начали тянуть руки или даже выкрикивать вопросы, касающиеся некоторых церемоний. И ясно, что главной темой, что их волновала, были брачные узы и церемонии. Нет, правда же, вели себя, как озабоченные. Дракон же на такую несдержанность властно поднял руку, прекращая вольность.
– Не будем забегать вперед. Слушаем все по порядку. А конкретно гону, брачным играм, образованию пар и семейным союзам я посвящу последнюю свою лекцию, если вам это будет интересно.
И вот надо же, некоторые девицы как с ума сошли, начали поднимать руки, подпрыгивать на месте от нетерпения или просто выкрикивать свои вопросы:
– О, да!
– Гон?!
– А что такое гон?
– А, правда, что у драконов существуют истинные пары?
– Возможны ли браки драконов с людьми?
– Эрл, а у вас есть пара?
Показалось или нет, что Астор Хогон вздрогнул при последнем вопросе? Нет, но было же, не могло померещиться, что его будто током прошило в долю секунды. И еще Матильда заметила, как его голова начала сразу после этого поворачиваться в их с Волдой сторону, но на полпути дракон как напрягся и снова развернул ее на ректора. А та? Мотя тоже покосилась на нее. Эвелина Палм же вся как приосанилась, сложила руки на груди и едва заметно покивала. И что это могло значить? Да все, что угодно. Например, что многое знала про драконов, или одобряла, что тему браков лектор отсрочил на конец своего курса, а возможно даже, что утвердилась во мнении предоставить для лекций дракона именно актовый зал.
И вот за всеми мыслями Матильда совсем упустила саму лекцию. О чем говорил дракон? Вроде бы о делении общества на кланы. Прозвучали названия «изумрудный», «рубиновый», «сапфировый»… И совсем не к месту ей вспомнилось, как там, в дворцовой спальне, она заметила на мужчине платиновую чешую. Совсем чуть-чуть, на висках, когда… ох, лучше было не возвращаться к тому моменту даже мысленно. Но отчего-то никак не выходило совладать с собой. И вот опять получилось припомнить тяжелую мускулистую руку с длинными пальцами, которая…
– Что ты ерзаешь? – как гром среди ясного дня прозвучал рядом голос Волды. – Не витай в облаках! Не дайте Вершители, и правда, заставят зачет сдавать, а ты вся с мутным взглядом и пылающими щеками тут снова начала сползать под парту. Что с тобой, кузина?
– Я слушала. Только вот не поняла, а «платиновые» они…
– До меня дошло, что самые могучие, – встрял Ханк. – Что-то вроде наших потомственных боевиков, – при этом парень выгнул свою внушительную по ширине и крепости грудь колесом на показ. – Вроде меня…
– Вроде меня! – передразнила его Волда. – Ты сын министра, а платиновые драконы – это потомственно правящий клан. Их Повелитель, а по-нашему император, возглавляет и род, и весь народ.
