Хм, а это очень интересно. Недаром я сюда зашел на огонек. Тем более, что халатик у Юли совсем почти ничего не прикрывает и накинут почти на голое тело.
Не знаю через какое время, но вскоре я уже распахнул полы халата и почти обнажил девушку, хотя она и отчаянно сопротивлялась. Просила, чтобы я этого не делал.
При этом, я видел, что делала она это больше формально, на самом деле не так уж и препятствовала. Ей и самой хотелось того, что могло случиться дальше. Так что, никаким насилием тут и не пахло.
— Эй, вы чего тут устроили?
Мы оторвались друг от друга, подняли головы и увидели двух девушек, стоящих в нашей комнате. Оказывается, мы так сильно увлеклись, что не заметили, как вернулись подружки Юли.
Одна из них та самая ехидная смуглая Вика, а вторая, наверное, Света. Эх, пришли с дня рождения слишком рано, испортили всю малину.
Юля быстро вскочила и привела себя в порядок, я тоже поднялся.
— Ну ничего себе! — возмущенно заявила вторая девушка. — Юлька, ты чего? Кавалеров решила сюда водить?
Юля ничего не ответила, а вывела меня за руку из комнаты. Мы постояли в коридоре, еще целовались пару минут, а потом девушка оттолкнула меня, поправив выбившиеся из-за ушка локоны:
— Иди уже. На сегодня концерт окончен. Потом увидимся.
И ушла обратно в комнату. Я все также незамеченный спустился вниз, прошел по коридору и вылез через окно. А потом направился домой, досадуя, что наше приключение окончилось так неловко.
Глава 7. Кумитэ
Домой пришлось идти пешком. Время позднее, уже за полночь. Я пытался поймать попутку. Но немногочисленные машины проезжали мимо. Никто не остановился.
Вот проклятье. Это редко так бывает. Обычно кто-нибудь да остановится. И подвезет. А сейчас машины с гулом свистели по дороге. Тоже торопились домой.
Ладно. Раз так, придется снова поработать ножками. Хотя я немеряно устал. Когда шел в общагу к девушке, надеялся на «клубничку». Поэтому летел на крыльях.
А сейчас вышел облом. Ничегошеньки не получилось. Пришлось спасаться чуть ли не бегством. И поэтому мораль на нуле. И боевой дух тоже. И, соответственно, навалилась усталость.
Я заставил себя перейти на бег. Ладно, пес с ним. Это даже к лучшему. Я ведь уже говорил, что не готов к серьезным отношениям. И контрацепции нет.
А в условиях 70-х годов переспать с девушкой — это почти жениться. Считай, штамп в паспорте обеспечен. А оно мне надо без окончания ВУЗа? И без трудоустройства? И без квартиры?
Да, адреналин и тестостерон перестали бурлить в крови. Теперь я мог подумать о последствиях. Бежал размеренно и думал.
О том, что бог миловал. И я не сделал необдуманных поступков. О которых потом мог пожалеть.
Вокруг темень. Фонари горят у обочины дороги. Деревья шелестят листвой.
Со всех сторон высятся многоэтажки. Свет лишь в некоторых окнах. Большая часть окон задернуты чернотой. Прохожих почти нет. Изредка вдали мелькали неясные тени.
Машины то и дело проезжали мимо. Освещали асфальт фарами. А потом, раз! — и пропадали. Как будто отрезало.
Я бежал, сохраняя дыхание. Иногда переходил на шаг. Вскоре мысли пропали. Я слишком устал, чтобы думать. Просто бежал, как волк по лесу.
Где-то через час с лишним прибежал в свой район. Даже в темноте узнал знакомые дома. Тут народу совсем мало. И только пару окон светятся.
Хм, кажется, одно из них — наше. Чего это дяде не спится? Разговаривает со своей любовью? Милуется с ней? Но тогда он, наоборот, потушил бы все лампы. Нет, здесь что-то другое.
Тяжело дыша, я забежал в подъезд. Поднялся по лестнице. Натруженные ноги зверски болели. Хорошая выдалась пробежка. Как бы мне это не аукнулось завтра. Во время показательного боя.
Я открыл входную дверь своим ключом. В коридоре горел свет. Точно, это у нас не спят. А еще весь проход заставлен сумками и баулами. Эге, да ведь это мои вещи.
— Витя? — дядя вышел из своей комнаты. Майка, трикошки, в руке бутылка кваса. — Ты где шляешься? Совсем охерел? Я тут уже хотел шум поднимать. В ментуру звонить.
Я поглядел на него. Вроде трезвый. Но смотрит тревожно и озабоченно. Действительно переживал за меня. Плюс, до сих пор считает меня ребенком. Которого надо контролировать.
— Все норм, дядя Жора, — ответил я и снял кроссы. — Я гулял с друзьями. И еще готовился к экзамену.
Дядя перестал тревожиться. Теперь осталось только раздражение.
— А позвонить не судьба? — проворчал он. — Или домой приехать? Мы тут что, должны гадать, что случилось? На стенку лезть от беспокойства?
Ого, а что значит «Мы»? Оговорка или нечто большее? Только я начал догадываться, к чему он ведет, как в коридор вышла его пассия.
— Жора, ну что ты пристал к мальчику? Успокойся. Главное, что он пришел.
Она ласково потрепала дядю по плечу и приобняла за талию. Ну вот, будем знакомы.
Тетя Маша собственной персоной. Любовь всей жизни моего дядьки. Не сказать, что выдающаяся красавица.
Невысокая, пышная, но при этом крепко сбитая и активная. Густые каштановые волосы, большие коричневые глаза, тонкий нос, большие пухлые губы. Ноги чуть толще, чем нужно, похожа на утку, передвигающуюся по земле.
— Я сейчас покормлю мальчика, а ты звони Боре, хорошо? — распорядилась она. В виде просьбы, но тем не менее. Процесс хомутания уже начался. — Пусть подъезжает потихоньку.
Она направилась на кухню. А я оглядел вещи, сложенные в коридоре. Развел руками.
— Это что, мои вещи, дядя? — спросил я. — Что это значит?
Дядя кивнул.
— Ну, я же договорился с тобой. Ты переезжаешь на дачу. Сегодня. Я уже собрал твои вещи. Завтра мы начнем ремонт в твоей комнате. Да и в зале тоже. Если бы ты пришел пораньше, то был бы в курсе.
Оба на. Вот это сюрприз. Я присел на тумбочку, потому что не держался на ногах от усталости. И от неожиданной новости.
— Ничего себе, — только и мог сказать я. — А подождать нельзя было? Хотя бы до выходных? Мне завтра в институт опять надо. Вставать рано. И на тренировку.
Вообще-то, дядька чуток прав. Я сам виноват, что поздно приперся.
Хотя и мог бы подождать пару дней. Ничего бы не случилось. Это его тетя Маша натаскала.
— Нет, я же говорю, завтра ремонт начинаем, —
