сам во всем разобрался, — пробормотал Джоуи себе под нос, стоя к нам спиной. — Должно же это все-таки чего-то стоить.
— Он действительно доставляет массу хлопот, — мрачно подтвердил Даррен. — Звонит в отделение полиции утром, днем и ночью. Со вчерашнего дня у его дома было четыре машины полиции.
— Ч-что? — Теперь я действительно схватилась за виски, поскольку пульсация в моем мозгу угрожала убить меня. — Откуда он знает?
— Не волнуйся, Шэн. Хорошо, что он знает, — подхватил Джоуи. — Тебе больше не нужно лгать ради этих людей.
— Ты можешь просто заткнуться к чертовой матери? — Огрызнулся Даррен. — Я пытаюсь это исправить, а ты делу не помогаешь.
— Потому что это невозможно исправить, — бросил в ответ Джоуи. — Я знаю это, Шэннон знает это — Господи, даже Шон знает это, а ему всего три!
— Я не знаю, что ты сказала своему парню, Шэннон, но тебе нужно заставить его остановиться, — заявил Даррен, снова обращая свое внимание на меня. — Он вмешивается во что-то, о чем ничего не знает.
— Я ничего ему не говорила, — выдохнула я, сердце бешено забилось при мысли о Джонни. — И он не мой…
— Ты лезешь не на то дерево, если думаешь, что заставишь ее парня замолчать, — усмехнулся Джоуи. — Не всех можно поместить в коробку, Даррен.
— Джоуи, ради всего святого, можешь ты просто перестать болтать! — Даррен зарычал. — Если ты здесь не для того, чтобы помочь, тогда иди домой.
— Хорошо, я пойду, — прошипел Джоуи. — Потому что я в этом не участвую. — Развернувшись, он впился взглядом в Даррена. — Если ты хочешь лгать и дальше портить жизнь этим детям, сохраняя эту женщину в их жизнях, тогда давай, я явно не могу тебя остановить, но мне надоело быть пешкой в этой игре. Я отсидел свой срок.
— Это не игра, Джоуи, — прорычал Даррен. — Это наша жизнь.
— Тогда я не хочу такой жизни, — выдавил Джоуи, покраснев. — Если это то, как мы должны жить, то я не хочу быть здесь.
— Джо…
— Увидимся позже, Шэн, — прохрипел Джоуи, прежде чем направиться к двери. — Я ухожу.
Я наблюдала, примерзнув к кровати, как Джоуи выбежал, захлопнув за собой дверь. Я не хотела, чтобы он уходил. Остаться наедине с Дарреном было последним, чего я хотела, не потому, что я боялась его, а потому, что я его не знала. Теперь он был мужчиной; мужчиной, с которым, судя по его дизайнерскому костюму и дорогим часам, у меня было очень мало общего.
— Кто ты сейчас? — Спросила я, разочарованная собой за то, что позволила своему любопытству взять верх. Своей обмотанной проволокой рукой я указала на его одежду. — Чем ты занимаешься?
Даррен откинулся на спинку стула, не сводя с меня глаз. — Я работаю в международной IT-компании. — Поерзав на стуле, он снова завязал галстук. — Я работаю в их филиале в Белфасте.
— Так вот где ты был? — Я выдохнула, проглатывая боль. — Все это время ты был в шести часах езды на машине?
— Да. — Он медленно кивнул, а затем остановился. — Ну, нет, первые четыре года я провел в Бирмингеме, получая степень и работая подмастерьем. Я переехал в Белфаст в конце 2003 года.
— О. — Я не была уверена, что еще сказать, поэтому промолчала. По правде говоря, я не была уверена, что мне нужно что-то еще сказать. Он ушел. Мы остались. Его жизнь улучшилась. Наша ухудшилась. Конец истории.
— Я должен был уйти, Шэннон, — тихо добавил он.
Я знала это.
Но и мы тоже.
— Тебе стало лучше? — Услышала я свой вопрос. Я взглянула на него. — Ты обрел покой?
Даррен поколебался, прежде чем сказать: — Я нашел способ справиться.
Прерывисто выдохнув, я кивнула. — Хорошо.
— У меня есть партнер, — сказал он немного неуверенно. — Его зовут Алекс. Мы вместе три года. Мы снимаем маленькую квартирку на окраине центра города.
— Он любит тебя? — Спросила я.
Даррен кивнул. — Да, он любит меня, Шэн.
— Я рада. — Опустив взгляд на свои руки, я хрустнула костяшками пальцев и попыталась подобрать правильные слова. — Я всегда была на твоей стороне. — Мой голос был тихим. — Я хотела, чтобы ты был счастлив — нашел кого-то, кто тебя любит. Меня никогда не волновало, был ли это мальчик или девочка. Я всегда хотела, чтобы ты знал это. — Я беспомощно пожала плечами. — Я боялась, что ты не знал.
— Шэннон, — сказал Даррен со вздохом. — Я не хотел оставлять тебя.
— Но ты это сделал, Даррен, — прошептала я, заставляя себя не моргать. — Ты действительно оставил нас позади.
— Ты меня ненавидишь?
— Нет. — Я вздохнула. — Но я больше не знаю, кто ты. — Я подняла взгляд, чтобы встретиться с ним. — И ты меня тоже не знаешь.
— Я знаю, кто ты, Шэннон, — сказал он дрожащим голосом. — Ты моя младшая сестренка, которая любит петь, танцевать и читать — и ты умная. Ты такая умная, Шэннон. У тебя лучшие оценки в школе из всех нас. Ты любишь играть в баскетбол. Ты любишь животных. Твой любимый цвет — розовый. Ты всегда приносишь домой раненых животных и птиц и ухаживаешь за ними, возвращая им здоровье. Ты хочешь поступить в Университетский колледж Дублина, чтобы выучиться на ветеринара, и твоей конечной целью в жизни всегда было путешествовать по миру.
— Я больше не пою и не танцую. Мой любимый цвет — зеленый, и я не брала в руки баскетбольный мяч с тех пор, как он проткнул меня ножом за то, что я отбила его о стену дома. Я давным-давно перестала приводить домой животных, потому что поняла, что не хочу, чтобы они были со мной в клетке — когда поняла, что в дикой природе им безопаснее, чем со мной. Я не собираюсь поступать в колледж и становиться ветеринаром, потому что за последние три года провалила все свои занятия. — Я не сводила с него глаз, пока говорила. — Даже если бы благодаря какому-то чудесному вмешательству мне удалось улучшить свои школьные оценки и сдать экзамены, я не настолько наивна, чтобы верить, что когда-нибудь смогу позволить себе поступить в колледж. Я больше не хочу путешествовать по миру, и моя главная цель — выжить. — Он вздрогнул, но я заставила себя закончить. — Девушка, которую ты помнил, ушла, Даррен. Я больше не она. Кем бы я ни была раньше, он выбил это из меня давным-давно.
— Мне жаль, Шэннон, — вот и все, что он сказал.
— Да. — Я вздохнула. — Мне тоже жаль, Даррен.
— Нам нужно поговорить о том, что будет дальше, — сказал он после долгой паузы. Его тон был неуверенным, взгляд настороженным. — Это
