Джерри вздрогнул и ухватил за рукав хромого пройдоху:
– Ты все перепутал! Это не моя! Я купил совсем другую!
– Она, она – миссис. Черное, как негр, – возмутился хромой, и указал на платье дамы, шитое из черного с фиолетовым отливом шелка. – Чепчик тоже есть. Сейчас. – Он наклонился, вытащил из сбившейся парусины и положил рядом с дамой затейливую, хотя и изрядно измятую шляпку, убранную лентами и кружевами. – Курва. Твоя выигрыш, сэр. Мы – люди чести. Товар обратно не берем, денег не возвращаем. Все! – Проигнорировав протесты незадачливого покупателя, он спрыгнул в фелуку и скомандовал неграм отчалить под крик и улюлюканье матросов:
– Смотрите-ка, наш мастер Джеремая парень – не промах!
– Какую подружку себе оторвал! Сколько отдал за нее, братишка?
– Говорят, сто реалов. Считай, даром ему досталась! Белые леди идут по три сотни.
– Запросто выиграть дамочку в кости у здешних кровососов – дурням всегда везет!
– Платье из дорогих, значит, он сможет запросить хороший выкуп у ее семейки!
Кажется, на палубу вывалила уже вся команда, от такого позорища щеки у Джерри горели сильнее, чем закатное солнце. Женщина – не юная, но еще вполне молодая и очень привлекательная – слабо застонала, повернула голову, ветерок подхватил ее растрепавшиеся локоны, в солнечных лучах они сверкали, как чистое золото. Дама неуверенно попыталась приподняться, открыла глаза – огромные и синие, как весеннее небо. Даже суровый мистер Уилл залюбовался незнакомкой:
– Она прекрасна, как богиня Аврора! Приятель, сознайтесь, как вам удалось раздобыть такое сокровище?
Пока Джерри лихорадочно соображал, что ответить, произошло неизбежное – на палубу выбралась невольная виновница случившегося – сеньорита Флора. Девушка увидала даму и сразу же нахмурилась самым воинственным образом, заверещала на своем вульгарном английском:
– Кто ее сюда притащил?
– С вашего позволения, сеньорита, дама собственность мистера Джеремаи! – галантно ответил португальский лоцман и прищелкнул каблуками.
– ЧТО? С какого позволения? Зачем он приволок эту сюда? – Угольные очи сеньориты метнули молнии, достойные штормовой тучи.
Но настоящая буря была впереди и заняла не больше времени, чем грозовой раскат. Сеньорита поджала губы, сбросила туфли, выдернула из ножен лоцмана, опешившего от такой неожиданности, шпагу и сделал выпад в сторону Джерри:
– Ты все, все испортил! Ты разнес в щепки всю мою жизнь!
Ему повезло не погибнуть в тот же миг, он успел отпрыгнуть в сторону, пока сеньорита подбирала тяжелый подол – какой-то доброхот подал ему шпагу, и клинки со звоном ударились друг о друга. Зрители расступились, оставляя достаточно места для самого необычного поединка, на который им приходилось делать ставки – пари на бой «леди против джентльмена» стали заключать практически сразу.
Конечно, Джерри сознавал, что кругом виноват, но шанса оправдаться ему не оставили. Он фехтовал очень прилично и поначалу, как и подобает джентльмену, предоставил сопернице некоторую фору. Но противник оказался быстрым и ловким, как разъяренная кошка. Клинок разорвал его рубаху, оцарапал предплечье, выпад за выпадом его уверенно теснили к шканцам. Когда лица соперников оказались совсем рядом, разделенные лишь скрещенными клинками, девушка прищурила глаза и прошипела:
– Знаешь, если господь даст мне сына – я никогда не отдам мальца в колледж!
Именно эти слова, а не свист и улюлюканье многочисленных зрителей, стали последней каплей, упавшей в чашу добронравия Джерри. И он решился поступить так, как никогда не поступил бы с джентльменом. Когда почувствовал, что от худшего поражения в жизни его отделяет всего один шаг, он сделал этот шаг! – всей ступней наступил на подол сеньориты Флоры. Ткань затрещала, юбка из шелка оторвалась от корсажа платья, сеньорита инстинктивно взглянула на дыру, – Джерри улучил момент и выбил у нее шпагу, поднял трофей с палубы и раскланялся под бурные овации корабельной публики.
– Я тебе ненавижу! – выкрикнула девушка. Со всей силы отпихнула победителя с дороги, решительно двинулась через дек к белокурой даме. Под звук клинков незнакомка начала приходить в себя, сперва села, затем попыталась встать, цепляясь за фальшборт.
– Идемте, миледи. Леди здесь нечего делать – здесь нет ни одного джентльмена! – Сеньорита Флора подхватила безвольно пошатывающуюся даму под руку и потащила за собой в каюту. Дверь громко хлопнула, ключ звякнул в замке.
Остаток дня Джерри провел сидя в трюме, грустил и подкармливал крыс хлебными корками – подальше от людских глаз, пока боцман Лари не отыскал его и отконвоировал незадачливого «молодого джентльмена» в кубрик, на ужин.
– Пойдем, братишка, глупо сидеть здесь, еще и без жратвы, из-за пустоголовой бабы. Что леди, что шлюшки, все они ревнивые, как кошки, нет никакого с ними сладу. Не бери в голову, у тебя еще будет по десятку таких девок в каждом порту!
– Таких – навряд ли, – хмыкнул мистер Уилл, он успел переодеться в щегольской камзол и шелковую рубашку, позаимствованные из гардероба капитана. – Неловко оставлять наших гостей без ужина. Полагаю, вам, святой отец, как в некотором роде нейтральной стороне, будет уместно пригласить леди разделить с нами скромную трапезу.
Отец Алонсо удалился со сдержанной улыбкой, но вернулся обеспокоенный:
– Мне не открыли, но я явственно слышал всхлипы и стоны! Что-то случилось!
Не сговариваясь, джентльмены бросились к двери каюты, приложив значительное совместное усилие, выбили ее и замерли на пороге. Им открылось зрелище поистине душераздирающее!
ГЛАВА 7
В центре каюты стоял стул, белокурая леди была туго прикручена к нему посредством пары шелковых чулок и могла издавать лишь невнятные стоны, поскольку ее рот был завязан модной кружевной косыночкой. Окно осталось распахнутым, кругом царил разор и беспорядок. Выпотрошенный и бесполезный ларчик, в котором находились драгоценности, валялся на полу. Толстый черный кот вместе с плетеной клеткой и сеньорита Флора бесследно исчезли.
– Ее похитили! Выкрали вместе с драгоценностями, – ужаснулся Джерри, выглянул – во влажной южной ночи суденышки торговцев и рыболовов продолжали сновать между бортами и берегом. На любом из них могли увезти несчастную девушку. – Все колдовство старушки Мисси не смогло ее защитить!
Отец Алонсо задумчиво вертел в руках растрепавшийся парик, затем сдул пудру с большой пуховки, забытой у зеркала, и чихнул:
– Боюсь, чернокожую даму безосновательно считают колдуньей. Превратить юного джентльмена в милую девушку достаточно просто и без помощи волшебства. Тугой корсет, дорогое платье, туфельки, модный парик, пудра, кармин – и дело сделано!
