По щекам Женнет потекли слезы, а и без того серьезное лицо Розали напряглось.
— Тем не менее, судьба моя не упустила этот шанс, — продолжал Вильбуа. — И, благодаря золотым рукам профессора, я выжил. После выздоровления меня освободили от военной службы, и я отправился домой. С тех пор постоянно держу связь с Сальватором и многое знаю о тебе, Ихтиандр…
В Европе было не спокойно, и мы решили поменять место жительства. Меня с семьей пригласил старший брат Поль к себе. Он жил тогда в Новой Зеландии. У нас было два имения во Франции. Мы продали одно — большое, а другое оставили за собой, там и сейчас служит наш управляющий. Кстати, имение находится недалеко от Парижа, и в нем во время учебы в университете жил наш сын…
Здесь Вильбуа сделал длительную паузу.
— Почему жил? — удивленно спросил Ихтиандр.
— Потому, что он закончил университет и потом занимался океанологией. Часто бывал в научных морских экспедициях. Мы постоянно и регулярно получали от него письма.
Ихтиандр удивленно посмотрел на Вильбуа.
— Да, да, не удивляйся. Ты обо всем узнаешь, потерпи… Так вот, мы получали от него письма один раз в месяц с пароходом, но после получения последнего прошло уже полгода… Учитывая его бедовую голову, а он рвался в самые рискованные экспедиции, на самые серьезные исследования — можно предполагать все…
— Но не будем терять надежды, — вставил Поль.
— Да… — задумчиво произнес Вильбуа. — Ну так вот: приглашение было получено, Поль со своей женой готовились к нашему переезду и присмотрели нам усадьбу.
— Надо заметить, хорошую усадьбу, — добавил Поль.
— Да, — проговорил Вильбуа. — Мы, продав все и оставив себе самый минимум, готовились к отплытию. Дня за три до отхода парохода нас посетил Сальватор. Много было бесед, споров, масса всяких идей. Мы очень полезно провели то время. При расставании Сальватор поделился своими планами на будущее: увеличить сваи земельные владения и заняться наукой, зарабатывая частной практикой.
До волны у него был небольшой дом, который ты, Ихтиандр, скорее всего не помнишь. Потом он писал, что планы свои выполнил — дом превратился в виллу на берегу залива Ла-Плата. Научные исследования Сальватора далеко опережают те, о которых только стало известно в других странах мира.
Сальватор уже интересовался световым лучом и звуковой техникой. Он еще тогда поделился со мной своими мыслями о возможной расшифровке речи дельфинов…
Теперь Ихтиандр начинал понимать, откуда наушники, ружье и даже точный маршрут на карте.
— В те же дни я устроил ему встречу с одним моим хорошим знакомым — важнейшим ученым в области физики и математики… В мою специализацию по океанологии входило изучение животного мира млекопитающих, и частности, дельфинов. Прошли годы…
Месяцев семь назад я получил от Сальватора письмо, — он сообщал, что прибор, переводящий речь дельфинов, над которым работали и мы, в принципе готов. Оставались какие-то детали… Что-то очень интересное, связанное с тобой, Ихтиандр, он обещал написать мне в следующем послании, но его до сих пор нет.
Ихтиандр, наконец, решил сказать о судьбе профессора, но продолженное Вильбуа повествование снова остановило его…
— Из писем всего этого периода чувствовалось также, что Сальватор одержим идеей заселения океана людьми, хотя об этом он упоминал лишь вскользь… Однако я отвлекся… Так вот, эти три дня прошли очень быстро, и он проводил нас на пароход. Уже в порту нас догнал представитель правительства и вручил мне награду — орден «Почетного легиона».
Сальватор и вся моя семья (Розали тогда еще не было) поздравили меня. На прощание мы обнялись и расстались с тем, что года через два-три, когда полностью освоимся в Новой Зеландии, профессор приедет к нам, но… Но этого не случилось, так как война шла не год, как предполагалось, и самое главное… Самое главное в этой истории то, что мы не доплыли до Новой Зеландии. Но об этом в другой раз, — сказал Арман.
— Папа, папочка, расскажи сейчас, это так интересно, — стала уговаривать его Розали.
— Ну хорошо, — согласился Вильбуа, — я расскажу, по только после перерыва…
— А у Ихтиандра есть наушники, через которые можно слушать речь дельфина, и мы уже слышали, как они говорят, — заявила Диана.
Арман Вильбуа, вставая, вопросительно посмотрел на юношу. Ихтиандр настолько привык к наушникам, что почти не снимал их с шеи с тех пор, как впервые надел в заливе Ла-Плата. Они и сейчас были на нем. Юноша протянул наушники Вильбуа, а сам направился в комнату за инструкцией и ружьем. Несмотря на то, что прошло столь мало времени, как он оказался в кругу этой большой семьи, он уже чувствовал себя уверенно и спокойно. Войдя в гостиную, Ихтиандр своим боевым видом напугал Давида, который в этот момент шел в его сторону. Управляющий как-то присел, а затем попятился назад. Юноша, ничего не понимая, остановился. Неловкость создавшейся ситуации исправил хозяин дома. Он, до этого внимательно рассматривавший прибор, отложил наушники в сторону и подошел к Ихтиандру.
— Ты смотри, какая прелесть, — сказал Арман, взяв ружье в руки.
Он даже попытался открыть ствол, чтобы посмотреть патроны, но ствол не поддавался. Все мужчины подошли к ним и начали с интересом разглядывать оружие. Приблизился и Давид. Только Ихтиандр не понял его реакцию, остальные же знали причину такого его поведения.
— А как пользоваться этим ружьем? — спросил Винсент.
Ихтиандр молча взял оружие из его рук к приготовил к стрельбе.
— Показать?
— Да, но чем же оно стреляет?
— Световым лучом. В нем заложен тот принцип, о котором вы только что говорили. Но стреляет оно не голубым, а красным лучом.
Он прошел на веранду и, подняв ружье, выстрелил в небо. Никакого шума от выстрела присутствующие не услышали, а в темнеющее небо ушло два розовых луча. Вильбуа решил сам испытать оружие. На один из кустов села птица, прицелившись, он выстрелил и промахнулся. Птица взлетела и благополучно скрылась из виду, но от выстрела загорелся куст. Впечатление было сильное — горели зеленые ветки кустарника. После этого все вернулись в дом.
— Что у тебя есть еще интересного, Ихтиандр? — спросил Арман Вильбуа.
— Вы наушники уже видели?
— Ах да, наушники… С этим чудесным ружьем я забыл про них, — он надел прибор и с минуту стоял, прислушиваясь.
— Ничего не слышно… — проговорил он, снимая аппарат. Ихтиандр покрутил ручку настройки — в наушниках по-прежнему было тихо.
— Может быть, поздно, и дельфины спят? — произнес Винсент.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
