у всех пришельцев наверняка есть защитные поля. Они могли быть мощнее или слабее, но они почти наверняка были. А это значит, что табельный излучатель ему сейчас ничем не поможет. Так как его зарядов не хватит, чтобы окончательно перегрузить защиту хоть одного из многочисленных противников.
И единственное, чем он мог хоть как-то обороняться, это его офицерская шпага.
Оружие само по себе очень хорошее, кроме того, в рукоять был вмонтирован мощный электроразрядник.
Значит, только ближний бой.
А сейчас ему противостоят не только мелкие серые уродцы с зубастыми пастями, но и странные свиноподобные пришельцы, которые, судя по их виду обладают каким-то разумом. Разумом, достаточно развитым, чтобы позволять им использовать стрелковое оружие.
А значит единственный шанс спастись, это бежать.
И, если удастся, на бегу попробовать доложить дежурному по части об этом инциденте.
В этом случае можно даже рассчитывать на прибытие подмоги, хотя, он отдавал себе отчёт в том, что подмога очень даже может и не успеть…
Решено. Надо уходить в отрыв. Немедленно. Причём, желательно таким образом, чтобы не попасть под выстрелы щетинистых пришельцев, хлюпающих влажными пятачками.
Конечно, тут можно было бы сразу придумать много всяких «но»…
А другого-то варианта не просматривалось вовсе.
И потому Кирилл, не дожидаясь, пока свинячьи глазки иномировых свинтусов привыкнут к местному освещению, с места прыгнул в кусты, росшие по обочинам аллеи.
Гибкие стебли растений нехотя расступились перед ним, и он, оставляя на длинных колючках клочья своего щёгольского мундира, бросился прочь.
Несколько минут он проламывался через кусты, мысленно недоумевая, откуда в ухоженном центральном парке такие плотные заросли этих колючих растений.
Наконец, выскочив на поросшую низенькой травой лужайку, он увеличил скорость, направляясь, как он в тот момент думал, к одному из выходов. Около этого выхода из парка должен был располагаться мобильный пост.
Эти мобильные посты уже довольно продолжительное время расставлялись местным комендантом по всему городу именно для того, чтобы своевременно обнаруживать и локализовывать прорывы из иного мира.
На бегу он попытался связаться с дежурным по части. Но коммуникатор молчал. Похоже, эти боевые свиньи уже позаботились о подавлении связи в ближайшей округе. Отбросив в сторону бесполезный девайс, он продолжил свой бег.
Он бежал, бежал довольно быстро, хоть и стремился не сбивать дыхание, но уже скоро услышал, то ли тявканье, то ли лай с подвыванием.
Звуки были настолько специфическими, что Кирилл сразу понял, кто их издаёт. Это были те самые мелкие серые твари, больше некому.
Их взлаивание, рычание и визгливое похохатывание, как у гиен, доносилось, преимущественно сзади.
Но, спустя пару минут граф различил, что звуки погони доносятся уже и слева от него.
Это вынудило его начать забирать вправо. Действовал он на автомате, совершенно не думая о том, что изменение направления потихоньку уводит его от первоначальной цели.
Ещё пять минут он бежал между деревьями, отмечая про себя, что лай преследующих его монстров становится всё громче, а это могло значить только одно.
А именно то, что твари его потихонечку нагоняют.
Потом впереди, за стеной деревьев замаячило что-то серое.
Что это было, Кирилл не знал, так как его знания топографии этого парка ограничивалось только той самой аллеей, по которой сегодня пролегал его путь.
Кирилл приближался к какому-то, по всей видимости, сооружению, до поры скрываемому стволами вековых деревьев.
И теперь Вяземский смог наконец разглядеть, что же это такое было. А была это старая, облупленная, но весьма высокая стена, огораживавшая подсобные постройки, которые использовались парковой службой для хранения материалов, инвентаря, и прочих необходимых расходников. Перепрыгнуть или перелезть через неё не представлялось возможным. И если бежать вдоль стены, то ничего хорошего из этого тоже не выйдет… Догонят моментально…
— Всё, баста, карапузики, кончились танцы, — подумал лейтенант обречённо, — приплыли, как это говорится…
Он затормозил у самой стены, покрытой почти до половины влажным пушистым мхом, развернулся и потянул из кобуры излучатель.
Это он сделал, особо ни на что не надеясь, так как, скорее всего, даже эти бешеные мопсы были снабжены защитой. Но проверить, всё-таки стоило… А вдруг?
Он выпустил разряд в первую вынырнувшую из кустов тварь. Как и предполагалось, вокруг неё на мгновение проявился полупрозрачный пузырь поля отторжения. Чуда, в общем, не случилось.
Расстроенный Кирилл запустил в вертлявую скотину излучателем, оказавшимся в сложившихся обстоятельствах совершенно бесполезным куском металла. И, как это ни странно, попал. Летел излучатель относительно медленно, а потому поле на него не среагировало.
Оружие впечаталось в морду твари, отбросив её обратно на ветви куста, поросшие длинными колючками.
Тварь протестующе завизжала, но от своих агрессивных намерений не отказалась, а снова бросилась на графа.
Граф же успел извлечь из ножен шпагу, и сосредоточился.
Морщинистый кадавр, видимо, не посчитал наличие шпаги у предполагаемой жертвы достаточной угрозой, и без раздумий прыгнул на Кирилла, целясь в горло…
А секунду спустя его пронзительно верещащая тушка повисла на клинке, словно на вертеле, и по ней хаотично забегали звёздочки электрических разрядов.
— Первый пошёл, — злобно прошептал Вяземский, стряхивая с клинка растерявшую всю свою агрессивность тварь, — с почином вас, Кирилл Александрович…
Сейчас ему оставалось надеяться только на то, что ему таки удастся перебить эту зубастую мелочь до подхода их свинорылых хозяев, и расчистить себе дорогу для дальнейшего бегства…
Отмахиваясь от яростно напрыгивающих на него монстриков, он отстранённо вспомнил древнюю, ещё в 2D игруху, в которую играл в детстве.
Так вот там планета людей была захвачена точно таки-же существами, свиноподобными и очень враждебно настроенными.
Главный герой, от лица которого и шла игра, укладывал этих свинов пачками… Эх, так то была просто игра… Дюк Нюкем, кажется называлась…
А тут не игра. Это он быстро понял, когда боль рванула лодыжку правой ноги. Он посмотрел вниз.
Одна из мелких бестий умудрилась прокрасться под стеной, и, незаметно для него подобралась настолько близко, что ей удалось вцепиться ему в ногу.
Челюсти маленького чудовища без особого труда прокусили толстую кожу форменного сапога.
— Вот и первая кровь, — отстранённо прокомментировал он своё ранение, — расслабился, надо быть внимательнее, однако…
В следующее мгновение он широко махнул шпагой, переполовинив гнусного монстра, продолжавшего висеть на его ноге.
Но, для того, чтобы стряхнуть повисшую на сапоге голову твари, пришлось ещё несколько раз дрыгнуть ногой.
Удалось совместить приятное с полезным — в результате одного из широкоамплитудных движений мысок его сапога вошёл в непосредственное соприкосновение с головой ещё одного атакующего монстрика.
Получивший жестокой сотрясение, серокожий кадавр тоненько
