Гарри быстро обвел взглядом всех и только тут увидел Фрэнкса. Тот стоял, привалившись к дверному косяку и придерживая рукой плечо. Сквозь пальцы сочилась кровь, по рукаву расползалось темное пятно. И вдруг, словно под взглядом Гарри, дрогнул, ноги подкосились и он медленно и неуклюже осел на пол.
– Что здесь? В чем дело? – спросил Гарри.
Не оборачиваясь, Левин ответил:
– Да этот, охранник. Он там! Подстрелил Теда. Похоже, опять будет палить…
Голос его звучал визгливо и надтреснуто, и Гарри понял, что нервы у Левина на пределе.
– Не будет, – сказал Гарри. – Пусть там и сидит. Говорил же я этому болвану…
– Ты лучше перевяжи Теду руку, – ответил Левин. – А то истечет кровью и каюк.
– Я займусь самолетом! – ответил Гарри. – Пусть кто-нибудь из команды перевяжет.
Он наклонился, поднял безжизненное тело Мак-Клюэ и перетащил его в салон.
Тощая дама в норковом манто взглянула на Мак-Клюэ, издала звук, похожий на лошадиное ржание, и потеряла сознание. Еще одна женщина вскрикнула. Бортинженер начал подниматься с пола, но Левин визгливо рявкнул: Сидеть!»
Гарри вернулся в пилотскую кабину, отключил автопилот и сел за пульт управления. Его трясло, руки ходили ходуном, сердце бешено билось.
К этому времени небо очистилось и на нем взошла яркая, блестящая луна. Он изменил курс, направив самолет в сторону пустыни. Шли минуты. Гарри продолжал думать об одном: когда самолет приземлится, он и Левин должны заняться охранником. Уже при мысли об этом во рту становилось вязко и кисло от страха.
«Черт бы побрал этого Фрэнкса! Ведь предупреждал его… Теперь охранник настороже, ждет нападения и готовится к нему. А вдруг ему придет в голову запереться в багажном отсеке? Чтобы выкурить его оттуда, понадобятся часы». Шансы завладеть алмазами стремительно падали.
Он не завидовал Левину. Не хотел бы он быть сейчас там, на его месте, среди пассажиров и команды, где Фрэнкс истекает кровью! А охранник ждет своего часа…
Потом вспомнил, что в Нью-Йорке его уже ждут пятьдесят тысяч долларов. «Нет камешков – нет бабок». Каким-то образом придется все же скрутить охранника. Может быть, даже придется… убить его. При мысли об этом он похолодел. Прошло еще минут десять, и он начал сверяться с ориентирами. Снова немного изменил курс. Внизу расстилалась пустыня, похожая при свете луны на смятую белую простыню. Сейчас самолет шел ниже, примерно на высоте пятнадцати тысяч футов. Отчетливо различались дюны и песчаные холмы. Где-то там, к востоку, находилась полоска твердой ровной земли. Он еще немного сбросил высоту и сидел, напряженно всматриваясь в освещенные луной барханы, на миг совершенно позабыв обо всем, что творилось там, в салоне…
Вдруг он заметил мигающий свет, а затем машину и крошечную человеческую фигурку, размахивающую фонарем.
При встрече Сэм Микс не произвел на него должного впечатления. Узколицый, болезненного вида юнец, лет девятнадцати, не старше, с темным грязноватым пушком над верхней губой, что, видимо, заменял ему усы. Левин уверял, что водитель он первоклассный. Однако Гарри заметил, что сам он обращается с парнишкой, как с жалкой шестеркой.
Самолет описал в воздухе широкий круг. Гарри выпустил шасси и уверенно пошел вниз, нацелившись на мигающий свет. Он сам показывал Миксу, где надо стоять, когда накануне полета они с Боргом ездили выбирать место для посадки.
Он почувствовал, что колеса коснулись земли, подпрыгнули, снова коснулись. Машину сотрясала крупная дрожь и, боясь, что шасси не выдержат, отвалятся, Гарри выключил моторы. С обеих сторон вздымались тучи песка. Вскоре самолет остановился.
Гарри, пошатываясь, выбрался из кресла, наклонился, подобрал с пола пистолет, потом подошел к двери и заглянул в салон.
Фрэнкс скорчился на сиденьи, рядом с ним стоял Левин. Кто-то отрезал рукав от плаща и перевязал Фрэнксу плечо. Его лицо блестело от пота, выглядел он кошмарно, но левая рука продолжала сжимать кольт сорок пятого калибра.
Пассажиры сидели, не двигаясь. Все одновременно взглянули на Гарри, когда тот появился в дверях.
– Слушайте, вы, – сказал он, – того, кто будет вести себя прилично, мы и пальцем не тронем. Делайте, что вам говорят, и все будет о'кей. Мы в пустыне. До ближайшего города миль сто, поэтому, как вы понимаете, бежать смысла нет. Я приказываю держаться всем вместе. Выйти из самолета, отойти от него на двести ярдов, сесть и ждать. Когда мы тут управимся, радист сможет вызвать помощь и за вами прилетят. Беспокоиться не о чем, если будете выполнять наши приказания. Откройте входную дверь, – приказал он бортинженеру, – живо!
Бортинженер открыл дверь и спрыгнул на песок. Двое других летчиков осторожно опустили ему на руки Мак-Клюэ, который только сейчас начал приходить в сознание.
– Давай, давай, живо! – кричал Гарри. – Выходи все по одному!
Толкая друг друга, безмолвные и испуганные пассажиры начали покидать самолет.
– Где стюардесса? – спросил Гарри Левина.
– Там, с охранником.
Гарри подошел к двери, ведущей на кухню, приоткрыл ее на несколько дюймов, а сам тут же отскочил в сторону и прижался к стене.
– Эй, мисс! Подите сюда! – позвал он. – Одной пассажирке нужна ваша помощь.
Он был уверен, что охранник тут же начнет стрелять, однако ничего подобного не произошло. Хэтти Коллинз вышла, взглянула на Гарри, потом – на Левина. Лицо ее было бледно, но Гарри с удивлением отметил, что напугана она куда меньше, чем он.
– Там с одной женщиной плохо. Я вам помогу, – сказал он. – Надо вынести ее из самолета.
Он подошел к даме в норке, поднял ее под мышки и потащил к выходу. Опустив ее вниз на руки двум пассажирам, спрыгнул на песок и помог сойти Хэтти Коллинз.
– Отойдите от самолет подальше! – обратился он к команде. Левин стоял в дверях у него над головой с револьвером наготове. – И уберите пассажиров. Когда мы закончим, можете вернуться и вызвать помощь.
Члены экипажа кое-как собрали пассажиров и повели их в пески, прочь от самолета. Двое мужчин несли даму в норке. Летчики помогали Мак-Клюэ.
Подбежал Сэм Микс, размахивая револьвером. Худенькая крысиная мордочка горела возбуждением.
– Полный атас! – воскликнул он. – Когда эта хреновина садилась, я думал, ее на куски разнесет! Что слыхать?
– Много чего! – буркнул Левин. – Камешки стережет охранник. Стрелок не из последних. Он уже зацепил Теда.
Микс разинул рот. Гарри увидел – в глазах его заметался страх. Так он и думал. От Микса проку нет. Особенно сейчас, когда надо брать охранника.
III
Фрэнкс с трудом выбрался из кресла и дотащился до входной двери. Привалился к косяку и глянул вниз – на Гарри и Микса.
– Этот парень – не промах, – прохрипел он. – Я пошел к нему с пушкой. Он достал свою и начал палить прежде, чем я успел его увидеть. Такого голыми руками не возьмешь!
– Я его возьму! – злобно прошипел Левин. – Нет силы, что помешала бы мне наложить лапы на три миллиона!
Гарри взглянул на Микса.
– Оставайся здесь и глаз не спускай с этой кодлы! Ключ зажигания у тебя?
– Ага. – Микс кивнул и с облегчением отступил от самолета. – Я присмотрю за ними.
Гарри вернулся в самолет.
– Времени в обрез, – сказал он Левину. – Радист должен регулярно посылать сигналы о местонахождении самолета. Не получив очередного сигнала, они поднимут тревогу.
– Я открою дверь, – предложил Левин. – Старайся держаться вне линии его огня. А ты, Тед, лучше отойди в сторонку.
– Я с вами, – прохрипел Тед и лицо его исказилось от боли. – Вы только покажите мне этого сукиного сына, и я прихлопну его как вошь!
Левин направился к двери в кухню, Гарри за ним. Возле двери они остановились и стали между креслами по обеим сторонам прохода.
Прицелившись, Левин протянул свободную руку и распахнул дверь. Он послал в коридорчик пулю, затем подался вперед. Быстро заглянул туда и отпрянул.
– Его там нет.
Сердце у Гарри сжалось. Это означало, что охранник пробрался в багажный отсек, а выкурить его оттуда будет куда трудней.
– Он в багажном отсеке, – сказал Гарри. – Оставайтесь здесь. Я пойду к багажному люку, который открывается снаружи. Дайте мне минуты две. Потом я открываю огонь, а вы идете в проход и отпираете вторую дверь, ту, внутреннюю.
Левин кивнул.
Гарри пошел к выходу. Проходя мимо Фрэнкса, увидел, что тот сидит в кресле, грузно обмякнув и свесив голову на грудь. Он тяжело и хрипло дышал, но не выпускал из руки пистолета.
Гарри спрыгнул на землю. Микс стоял неподалеку, не спуская глаз с пассажиров и летчиков – черной кучки теней на белом песке, ярдах в двухстах от самолета.
Во рту у Гарри пересохло, сердце учащенно билось. Он обогнул самолет и подбежал к люку в грузовой отсек. Ухватился за рукоятку, потянул на себя, потом вниз, и тяжелая дверь отворилась.
Он напряженно всматривался во тьму, царившую в отсеке, руки дрожали так сильно, что с трудом удерживали пистолет.
