спохватился Куприянов. – Ипполит Германович наверняка уже туда отправился. Есть у меня к нему один важный разговор. Ладно, акулы пера, еще увидимся. – Он помахал рукой Агате и Денису. – Если что, обращайтесь. Вам тут каждая собака подскажет, где меня можно найти. Борис, поехали!
Молодой водитель услужливо распахнул перед Куприяновым входную дверь, и оба вышли. Лола тоже ушла, только обратно на стройплощадку, а Лариса повела Агату и Дениса на второй этаж.
В особняке оказалось восемь гостевых спален. Денису досталась уютная комнатка на втором этаже с видом на лес. Обстановка была простая – узкая кровать с тумбочкой, стенной шкаф и маленький плоский телевизор, закрепленный прямо на стене, но Денису этого было вполне достаточно. Он не собирался здесь задерживаться.
Заглянув в ванную, Чернокнижец с удивлением обнаружил вместо современной душевой кабины огромную старомодную ванну, сверкающую белой эмалью. Он сразу представил, с каким удовольствием погрузится в нее вечером.
– Надолго вы к нам? – осведомилась Лариса, пока он раскладывал вещи в шкафу.
– Это уж как получится, – пожал плечами Чернокнижец.
– Журналисты, значит. А я думала, что сейчас газет уже никто не читает.
– Не читает, – подтвердил Денис. – Сейчас все главные новости в интернете на различных порталах раньше всего появляются.
– И чем же вас наши Белогоры так привлекли? – Лариса прислонилась спиной к дверному косяку, скрестила руки на груди.
– Да мы в основном про дворянское собрание пишем. Они же тут у вас новую штаб-квартиру собрались строить.
– Это да, – согласилась Лариса. – А вообще странные они какие-то… И дела у них с Куприяновым тоже странные… Ну да ладно, пусть делают что хотят. Главное – в нашу деревню хоть снова люди начали приезжать. А то в последнее время совсем тоскливо было.
– А что в них странного? – спросил Денис, слегка удивленный ее внезапной разговорчивостью. – В делах этих?
– Ну… Глава-то у нас непростой, – вполголоса проговорила Лариса. – Вы с ним поосторожнее, кстати.
– А что с ним сложного? – спросила Агата, появившись на пороге комнаты Чернокнижца.
Ее поселили в спальне напротив, и она уже успела разложить свои вещи.
– Он же у нас не только Белогорами правит, но еще и собственный бизнес имеет, – шепнула Лариса. – И с бандитами, говорят, какие-то связи у него есть. Причем еще смолоду.
– Так у вас тут и бандиты водятся? – усмехнулась Агата.
– А что тут смешного? – оскорбилась Лариса. – Раньше у нас здесь такие дела творились, о-го-го! Бандюки со всей области к нам съезжались, в местном придорожном кафе сходки устраивали, и Куприянов вместе с ними. Сейчас, конечно, тут гораздо спокойнее стало, да и времена уже не те. А тем кафе теперь тоже Куприянов владеет. «Маргарита» оно называется. Он там бывает чаще, чем в деревенской администрации, так что имейте в виду. Но вообще от него лучше подальше держаться.
– Учтем на будущее, – пообещал Денис. – А у вас-то с ним какие общие дела?
– У меня? – вытаращила глаза домоправительница. – Никаких! Стану я с бандитами якшаться, хоть и с бывшими!
– А что же он сюда приезжал?
– Так он Ипполита Германовича искал, – пояснила Лариса. – Приехал, давай про него расспрашивать, а тут и вы появились. Так что ничего общего у меня с ними нет. Я лишь за порядком слежу да хозяевам особняка докладываю.
– А где тут у вас полицейский участок? – задала следующий вопрос Агата.
– Да недалеко, на соседней улице, – махнула рукой в сторону окна Лариса. – А вам он на что?
– Хотим кое-что узнать, – уклончиво ответила девушка. – По своим журналистским делам.
– А вы меня спросите. Я тут все про всех знаю, а если чего не знаю, то на рынке у бабок спрошу, – мгновенно предложила Лариса. – Глядишь, и про меня в своих интернетах напишете!
Разобрав вещи и с трудом отделавшись от любопытной домоправительницы, Денис и Агата отправились на поиски белогорского полицейского участка. К тому времени уже окончательно стемнело. Улицы деревни освещались редкими покосившимися фонарями, под ногами поскрипывал свежевыпавший снег.
Агата молчала, а Денис тоже не делал попыток ее разговорить, думая о чем-то своем. Вскоре они увидели небольшое одноэтажное здание с мутными окнами. Входная дверь была приоткрыта, поэтому они беспрепятственно вошли. Внутри не оказалось ни стеклянных стоек, ни пропускного пункта или еще чего-либо, присущего полицейским участкам, в которых приходилось бывать Денису. Это просто была большая комната с несколькими окнами, в каждом углу которой стояло по обшарпанному письменному столу. Чернокнижец также отметил наличие электрического чайника, микроволновой печи, телевизора и даже небольшого холодильника, стоявшего у дальней стены. Да здесь жить можно было!
За самым дальним столом сидел толстяк в полицейском кителе, расстегнутом на огромном животе, и, попивая чай из большой металлической кружки, отгадывал кроссворды в пухлом журнале.
– А вы еще кто? – не слишком радостно осведомился он, подняв глаза.
– Добрый вечер! – шагнул к нему Денис. – Мы прибыли из Санкт-Эринбурга, работаем в одном новостном издании. Слышали, у вас тут нашли тело местного жителя с какими-то необычными повреждениями. Расскажете нам что-нибудь об этом?
– С какой стати я буду делиться с вами подробностями… – толстяк громко икнул, – нашего расследования… У нас тут так дела не делаются!
– Нас к вам направил господин Куприянов, – недобро зыркнула на него Агата. – Глава вашей деревенской администрации. Он пообещал, что вы нам окажете всяческое содействие.
– Так что же вы сразу не сказали?!
Толстяк сразу весь подобрался, даже застегнул форменную рубашку на своем необъятном брюхе.
– Как продвигается следствие? – строго спросила Агата.
– Да мы пока особо не продвинулись, – забормотал толстяк.
– Нам сейчас любая информация пригодится, – заверил его Денис. – А мы за это можем крупным планом поместить в газете ваше фото. И подадим все как официальный комментарий от представителя властей.
– Больно мне надо своей рожей светить, – лениво отмахнулся полицейский и вернулся к своему кроссворду. – А что конкретно вас интересует?
– Все обстоятельства гибели Геннадия Векшина, – сказал Чернокнижец. – Что вам об этом известно?
– Да нет там никаких обстоятельств! Напился старик, может, подрался с кем-то из местных. Здесь такое сплошь и рядом, а он – знатный пьяница был. А потом либо сам в прорубь свалился, либо ему помог кто… Где сейчас концы найдешь? Снегом уже все следы замело.
– И ни единого свидетеля нет? – уточнила Агата. – Может, видеозаписи?
– Это вам не Санкт-Эринбург, а Белогоры! – хохотнул толстяк. – У нас тут камеры слежения на каждом шагу не понатыканы, потому что нас никто не финансирует. Очевидцев случившегося нет, никто ничего не видел. А у Генки Векшина и родни-то уже не осталось, о нем никто особо и переживать не будет.
– Но разве в пьяной драке можно получить подобные повреждения? – спросила девушка.
– Вам откуда про них известно? –
