1. Триумф Пандавов
Построив в глуши на реке Ямуне прекрасную и хорошо укреплённую столицу, названную Индрапрастхой, Пандавы, очевидно, сразу приступают к расширению пределов царства (Мбх I, 200): «Покорив своих врагов, премудрые сыновья Панду, преданные закону и правде, жили там в великом счастье» (курсив наш – А. И.). В этот момент можно думать, что план старого царя блестяще осуществился. И Пандавы не обижены, «с дозволения Дхритараштры получив царство», и Дурьйодхана должен быть доволен, оставив за собой наследственную столицу Кауравов. Но если старый царь действительно питал подобные надежды, он серьёзно недооценил предприимчивость Пандавов и дурной нрав своего отпрыска. Кроме того, Дхритараштра, возможно, подозревает, что Пандавы не удовлетворены своим уделом, а их восторг и благодарность не совсем искренни (не стоит забывать, что доставшаяся им доля царства Кхандавапрастха носит «говорящее» название – область леса Кхандава). Может быть, именно поэтому, а также, чтобы направить их энергию вовне, старый царь подбивает державных племянников на завоевание окружающих царств (Мбх I, 214, 1): «Живя в Индрапрастхе, Пандавы по велению царя Дхритараштры и сына Шантану убили других царей». Возможно и иное толкование: Пандавам благосклонно предоставили удел, в действительности принадлежавший соседним царям. Кроме того, ссылка на старого царя и на Бхишму показывает, что Юдхиштхира пока не является совершенно независимым от дома Кауравов правителем. Но скоро мы увидим, что глава Пандавов, подстрекаемый Кришной, устремится к статусу самодержца.
Так или иначе, обзаведясь собственным царством со столицею, Юдхиштхира и его братья благоденствуют. Спасённый из огня Арджуной данава (демон) Майя по настоянию Кришны строит для Пандавов великолепный дворец собраний. Отметим вкратце два связанных с возведением дворца обстоятельства, чтобы в подходящее время рассмотреть их подробнее. Во-первых, инициатором строительства выступил Кришна; во-вторых, вскоре роскошь созданного для царя Юдхиштхиры дaнaвой-ремесленником дворца доведёт Дурьйодхану до исступления [«С огорчённой душою и охваченный ненавистью, он бродил по дворцу» (Мбх II, 43)] и провоцирует роковое обострение конфликта между Пандавами и Kауравами.
Кришна неспроста настаивал на строительстве дворца, и время для этого строительства выбрано неслучайно: отделившись от Дхритараштры, Пандавы завоёвывают окружающие царства, a дворец – это сакральный символ самодержавной власти. Напомним последовательность событий, утверждающих ветхозаветного героя Давида в качестве царя объединённых Израиля и Иудеи (правил 1005-965 гг. до н. э.) (2 Цар 5, 3-12): «И пришли все старейшины Израиля к царю в Хеврон, и заключил с ними царь Давид завет в Хевроне перед Господом; и помазали Давида в царя над [всем] Израилем… И пошёл царь и люди его на Иерусалим против Иевусеев, жителей той страны… Давид взял крепость Сион… И преуспевал Давид и возвышался, и Господь Бог Саваоф был с ним. И прислал Хирам, царь Тирский, послов к Давиду и кедровые деревья и плотников и каменщиков, и они построили дом Давиду. И уразумел Давид, что Господь утвердил его царём над Израилем…» Так возведение жилища, соответствующего новому положению, да ещё и санкционированное небом, подчёркивает легитимность царской власти вчерашнего пастуха, разбойника и узурпатора (Давид в ходе гражданской войны сверг династию царя Саула).
Точно так же действуют и божества. Когда вавилонский Мардук повергает хтоническое чудовище Тиамат и становится царём богов, он озирает свои владения и тотчас приступает к постройке дворца:
«Он проходит всё небо, озирает его края,он становится над океаном, жилищем Нудиммуд;и когда измерил владыка простор океана,подобный небу дворец он поставил…»
Не следует думать, что сакральная роль дворца как средоточия и символа власти характерна только для народов Ближнего Востока. В англосаксонском эпосе можно найти эксплицитную связь между возвышением датского конунга и возведением достойных палат:
«Хрoдгар возвысилсяв битвах удачливый,без споров емупокорились сородичи,выросло войскоиз малой дружиныв силу великую.Он же задумал…хоромы строить,чертог для трапез……По воле владыкиот дальних пределовнароды сходилисьдворец возводитьи воздвигли хоромы…»
(БB, cт. 64–77)
Сказание подчёркивает, что дворец предназначен для исполнения функции конунга («там разделял бы он со старыми, с юными всё, чем богат был»).
Итак, постройка дворца собраний (здесь, как и в случае конунга Хродгара, название также указывает на связь дворца с отправлением функций правителя) Юдхиштхиры – важный шаг для утверждения в статусе самодержца. Но на этом Пандавы не останавливаются. Неуёмный Кришна настойчиво уговаривает Юдхиштхиру совершить обряд раджасуя, в результате которого правитель не просто коронуется как суверенный монарх, но становится самраджей, то есть великодержавным государем, так что окрестные цари являются его вассалами. Чтобы иметь право (и средства – раджасуя длится два года и требует огромных сокровищ) на этот обряд, Пандавы должны привести к покорности окружающие царства и свергнуть нынешнего самраджу – могучего Джарасaндху, царя Магадхи, сумевшего подчинить восемьдесят шесть из ста окрестных царей. «Пока могущественный Джарасaндха жив, ты не в состоянии будешь совершить жертвоприношение Раджасуя», – наставляет Юдхиштхиру Кришна. Кришна подбивает Юдхиштхиру на убийство Джарасaндхи, убеждая его, что царь Магадхи, «придерживаясь с самого детства дурного поведения», заслуживает расправы. Правда же состоит в том, что племя Кришны (вришнии) было изгнано Джарасандхой из наследственной столицы Матхуры (Мбх II, 13, 48) и вынуждено было обосноваться в Двараке (Мбх II, 13, 66), и Кришна хочет отомстить великому властелину. В какой-то момент он «проговаривается», признав достоинства правителя Магадхи (Мбх II, 14, 12): «Благодаря таким качествам, как чувство справедливости, богатство и (искусная) политика, Джарасндха, сын Брихадратхи, заслуживает того, чтобы носить титул (великодержавного государя)…» Получив неохотное разрешение от Юдхиштхиры, Кришна с Арджуной и Бхимасеной под видом брахманов отправляются в Магадху, вызывают почтительно принявшего их царя на поединок, и Бхимасена, одолев Джарасандху в рукопашной схватке, по требованию Кришны убивает его, хотя условия поединка, кажется, не требовали убийства: побеждённый в борьбе с Бхимасеной царь и так должен был покориться Пандавам. Подводя итог избавлению от Джарасандхи, сказание недвусмысленно указывает на фигуру, стоящую за всеми нынешними и будущими основными действиями и достижениями Пандавов (Мбх II, 22, 51): «Так могучерукий Джанардана» (Кришна – А. И.) …«понудил Пандавов убить своего врага Джарасандху». Это очень характерный эпизод: и в грядущем военном противостоянии Пандавов и Кауравов движущей силой конфликта будет не миролюбивый Юдхиштхира, а могущественный и агрессивный союзник Пандавов Кришна.
После убийства Джарасандхи прежде подчинённые ему цари согласились поддержать pаджасую Юдхиштхиры (по сути, принеся ему присягу), и «могущество Пандавов ещё больше возросло». Далее Пандавы по примеру Джарасандхи «подчиняют своей власти четыре страны света»: Арджуна идёт походом на север, Бхимасена на восток, Сахадева – на юг, Накула – на запад. Интересная деталь: во время похода на восточные царства Бхимасена «выступил против Карны» (Карна в своё время был помазан Дурьйодханой на царство Анги). «Сотрясая землю войском четырёх родов он, наилучший из Пандавов, сразился с Карной, истребителем врагов. И победив в битве Карну и подчинив его своей власти… он, могучий, покорил тогда царей, обитавших в горах» (Мбх II, 27). Так Пандавы подчиняют ненавидящего их верного вассала и друга Дурьйодханы. По устранении могучего Джарасандхи, завоевании мира и приведении окружающих царств к покорности Пандавы могли приступить к раджасуе.
2. Pаджасуя
Когда большая часть приготовлений к торжественному ритуалу была сделана, «царь Юдхиштхира послал Пандаву Накулу в Хастинапур за Бхишмой… за Дроной и Дхритараштрой, за Видурой и Крипой, а также за всеми (двоюродными) братьями, которые были преданы Юдхиштхире» (Мбх II, 30, 53–54). Последнее утверждение может показаться странным – с каких пор двоюродные братья (кроме Юютсу, сына Дхритараштры от служанки) преданы царю Пандавов? Дело, очевидно, в том, что речь идёт о совершенно особом случае. Можно думать, что pаджасуя Юдхиштхиры это не персональное дело и достижение его самого или семейства Пандавов, но возвеличивание всего рода Кауравов. Отметим, кстати, что, несмотря на покорение Пандавами «всего мира» знаков формального подчинения Юдхиштхире не оказывают Друпада (тесть и союзник), Кришна (кузен, друг и союзник) и Кауравы из Хастинапура – очень интересное обстоятельство. В ходе завоеваний и торжественной коронации Юдхиштхира не посягает на Хастинапур, так же, как Кaуравы (пока) не соперничают с Юдхиштхирой.
