— Нет, сегодня не так, как вчера.
— Юр, ты извини меня старую, но вот смотрю я на тебя. Мужик ты видный, обеспеченный, а один. Не правильно это.
— Возможно.
— Неужели нет подходящей женщины?
— Есть. Я не подходящий. Весь в делах, заботах. А если серьезно, то не сложилось как то. А жениться ради того, чтобы была семья, не хочу. Это не семья, а так сожительство.
— Что тогда уехал от нее? Не просто же так в нашу глушь приехал?
— Сюда уехал от себя. Она ушла. Она самостоятельная женщина, умная, красивая, но видимо тяжело ей со мной.
— Жалеешь?
— Жалею. Но в последние дни, что здесь, как-то уходит прошлое на второй план.
— Так может быть надо поговорить, вернуть?
— Нет, возвращать нельзя. Возвращаться надо самостоятельно, без уговоров.
— А придет, согласишься?
— Не знаю, все покажет время.
— Время ничего не покажет, если есть чувства, то он их только успокаивает. Вон Ксения у Степана? Видная женщина.
— Видная, — согласился я, — но не моя. Я ей испорчу жизнь. Нет у меня к ней ничего.
— А у нее к тебе есть.
— Почему так решила?
— По ее глазам. Глаза не обманешь. Я как-то ее видела, так все, как по книге прочитала.
— Пройдет. Пойду, — встал из-за стола, оделся и вышел из дома. День действительно был приятный: солнечный, теплый для этого времени года. Я не торопливым шагом направился к месту, где встретил Ксению. Шел не спеша, распугивая мелких насекомых. Подобрав суковатую палку, ворошил листья. Так дошел до поваленного дерева. Еще издали я приметил, что на нем сидит женщина, а подойдя ближе, узнал Наташу.
Заслышав шаги за спиной, она обернулась.
— Добрый день, — поздоровался я.
— Добрый, — голос ее был глубокий, который я слышал впервые. Было в ней что-то такое, особенно в голосе, что шло из глубины, от сердца.
— Можно присесть?
— Конечно, места хватит.
Я перешагнул через дерево, сел рядом и посмотрел вдаль.
— Осень потихоньку наступает. Листьев мало, все опадают, — решил я скрасить молчание, — а вы часто здесь бываете? Я здесь Ксению увидел впервые. Такое впечатление, что это место многих притягивает.
— Здесь тихо, спокойно. Глаза отдыхают, когда смотришь вдаль.
— Так может быть, я помешал?
— Нет. Нисколько.
— И вы сюда ходите одна? Вот так посидеть?
— Как видите, но это бывает редко.
— А вы красивая, — и посмотрел на нее.
— Я знаю.
На моем лице выразилось удивление. Не часто женщина, вот так буднично, отметит факт своей внешности, без кокетства, без благодарности за комплимент. Просто подтвердила факт и все.
— Удивлены? — заметила она, увидев выражение моего лица.
— Удивлен, не скрою. Ваша простота и убежденность привлекают еще больше.
— Это комплимент?
— Это констатация фактов.
— Хорошо, а то намеков на разные предложения я уже наслушалась.
— Есть один минус. У вас грустные глаза.
— Какие есть, но это не значит, что я в унынии. Просто спокойная.
— Всегда?
— Теперь почти всегда.
— Что значит теперь?
— Ничего не значит. Раньше была моложе, жизнь была другой, окружающие воспринимали иначе. Но это не значит, что не могу улыбаться, к счастью, не разучилась. Повода нет.
— Хотелось бы увидеть вашу улыбку.
— Зачем?
— Приятно. С улыбкой лицо меняется, как и глаза. Они не могут быть грустными.
— Может быть, и увидите.
— Извините, а ваш муж, как относится к вашим посещениям сюда, к Степану Никодимовичу?
— У меня нет мужа.
— Это тоже странно. Красивая женщина и одна.
— А что красивая не может быть одна? И почему вы решили, что я одна? Но чтобы вы не додумывали, скажу, у меня есть дочь, учится в институте, в медицинском, а муж погиб.
— Извините.
— Ничего. Это давно было.
— И вы так и не вышли замуж. Не можете забыть?
— А я и не собиралась его забывать. Но это не причина, что не вышла замуж. Возможности были, не было желания, лишь бы выйти.
— Вот это я понимаю, сам холост.
— А это ваш минус.
— Не буду говорить, что женщины плохие встречались. Не сложилось. Поэтому минус остается минусом. В плюс пока не получается.
Она взглянула на меня и чуть улыбнулась. Улыбка у нее была добрая, мягкая.
— Ну вот, улыбку увидел. Она вам к лицу.
— Лицо надо иметь, тогда к нему все подойдет.
Я усмехнулся: — Я не ошибся. Вы умная женщина, мне всегда везло на общение с женщинами.
— А с другими вы и не стали бы общаться, какая бы у нее не была внешность и фигура.
— Это почему?
— Себя уважаете, да и чувствуется это в вас. Вам интересна женщина в целом, а нее оболочка.
— Это верно. А что здесь все такие проницательные? Ксения мне тоже об этом говорила. Что-то подобное.
Она повернулась ко мне: — Не трогайте ее, не надо. Не надо портить ей жизнь.
— Я в советах не нуждаюсь, но в мыслях не было ее увлечь, если вы это имели в виду.
Она подтвердила: — Именно это.
— Тогда можете быть спокойны, не увлеку. Я думаю также, как и вы. А чем вы занимаетесь? Как к Степану Никодимовичу попали?
— Юрий, так, кажется, хоть нас и не знакомили официально, я вас понимаю, что вы не хотите у меня что-то выпытать о личной жизни, а просто поддерживаете беседу, так как молчание тяготит. Но все же, личное оно и есть личное. А работаю я в воинской части, здесь не далеко, где раньше служил муж. Живу тоже не далеко. А что касается Степана Никодимовича, то эта тема закрыта для обсуждения. Кстати, что касается Ксении, если она узнает, что вы ей помогли, в той мере, как было, то она будет чувствовать себя обязанной вам. Вы понимаете, о чем я? Не играйте с ней. Она не вашего поля ягода. Она хоть и не девчонка, но еще есть элементы авантюризма.
— Мы об этом уже говорили. Я понимаю и сам говорить не буду, иначе это будет выглядеть грубым намеком на надежду получить благодарность в любом виде. Я помог, чем мог, не рассчитывая на благодарность. А кто ягода на моем поле? Вы?
— Кто знает, может быть и я, — засмеялась Наталья, — я подумаю, где мне расти. Но радует, что есть еще мужчины.
— Хочется надеяться, что я мужчина, хотя в таких случаях, если женщина так говорит, на языке вертится фраза «если сомневаетесь, могу доказать».
— Я вам верю на слово, хотя поняла, что это был не намек, а защитная реакция.
— Вы всегда так хорошо понимаете мужчин?
— Всегда.
— Это страшно. Вы наперед знаете, что они могут сказать, подумать.
— Не бойтесь, это не страшно, но интересно.
— Играете?
— Бывает развлекаюсь. Не думаете же, вы, что я синий чулок и сижу только дома. Я общаюсь и на работе и вне работы. У вас сложилось обо мне мнение, что я замкнутая?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
