Читаем без скачивания Чернь и золото - Адриан Чайковски

— Нет, конечно.

— Ну и стрекозида-механика не увидишь.

— Просто в голове не укладывается. А ты, Таниса, поняла что-нибудь?

— Извини, Тото. В технике я полный профан.

— Но ведь ты же росла здесь, в Коллегиуме!

— А ты видел когда-нибудь арахнидку с арбалетом? Мы не выбираем, с какими способностями родиться.

— Не горюй. — Чи потрепала Тото по плечу. — Рассказывай мне.

Он с новым пылом возобновил свой доклад, а она задумалась, как живется в Коллегиуме Сальме или Танисе. И доктору Никрефосу, и Пирею — потомкам тех, кого забросило сюда еще в революцию.

Танису она однажды все-таки видела с арбалетом. Им обеим было тогда лет двенадцать, и Таниса решила овладеть этим видом оружия — ведь до сих пор ей все удавалось. Чи этот день запомнился откровением: ей, оказывается, доступно то, что не под силу ее приемной сестре.

«Но ведь это совсем не трудно, — терпеливо повторяла она. — Прицеливаешься и тянешь рычажок на себя». Как она была поражена, сообразив наконец, что Таниса просто не понимает связи между курком и выстрелом. В итоге та чуть было не пристрелила Стенвольда, ошибочно потянув за спуск, а о повторном заряде или взводе и говорить было нечего. Это случилось не потому, что Танису плохо учили, — просто ее ум был устроен иначе.

Арбалет, если верить мифу, — оружие революции. У повстанцев наверняка имелось и что-то попроще, но битвы они выигрывали именно благодаря арбалетам. Всякий дурак может взять арбалет и убить из него врага: и жукан, и муравин — всякий, у кого есть способности. Стрельба из лука сродни искусству, стрелять из арбалета обучаются за две минуты. Арбалеты, блоки, ручные насосы и водяные мельницы перевернули мир на памяти одного поколения. Рабы сбросили прежних господ, вырвали власть из их неумелых рук.

Исключения, конечно, бывают. Чи слышала об ученых жуканах, внедрившихся в мантидские племена, — они вызывали духов и раскрашивали себе лица. А полвека назад в Коллегиуме появился инженер-ном, блестящий и полубезумный. Но это так, аномалии. Все древние, ночные расы в основном выродились — все, кроме арахнидов. Эти сохранили всю свою силу и потому играют на более молодых народностях, как на струнах, но мир в целом принадлежит умельцам: жуканам, муравинам, большинству мушидов — детям ясного, изгоняющего мрак солнца.

Осоиды тоже такие. Целая империя умельцев — это как-то не вселяет успокоения.

— Сальма… — Чи приготовилась задать неприятный вопрос, зная, что ответ будет еще неприятнее. — Твой народ двенадцать лет воевал с осоидами?

— Да.

— Как же вы… Пойми меня правильно, но как вы столько времени продержались без инженеров, машин и современного вооружения?

Он засмеялся — не сказать чтобы весело.

— Мы непревзойденные лучники, Чи, и в воздухе осоиды нам не соперники. Мы искусны, быстры и коварны. Но главный наш секрет в том, — уныло признался Сальма, — что мы не щадили своих солдат. Платили непомерную цену за каждую пядь земли. — Он внезапно остановился, и Чи очень захотелось взять свой вопрос назад, чтобы никогда не слышать ответа. Сальма продолжал улыбаться, и это было хуже всего — той самой наплевательской улыбочкой, которую они так хорошо знали. — При Шан-Реале земля так пропиталась кровью, что их машины завязли, а мы сверху стреляли в тех, кто пытался вылезти.

— Ты тоже там был? — Двое других предоставляли Чи вести разговор, и она прекрасно их понимала.

— Нет, я был далеко, да и не дорос еще до войны. Извините меня — от таких тем с утра пораньше просто воротит, но вы, нижнеземцы… не всегда понимаете, как устроена жизнь.

— Еще бы, ведь мы же варвары, — съехидничала Таниса, — чешемся на людях и спим в одном помещении с дирижаблями.

— Как есть дикари. — Улыбка Сальмы прибавила в блеске. — Ладно, полезли в летучую лодку, пока Тос не лопнул от нетерпения.

Гондола «Высокого неба» была трехпалубной, хотя палубы лепились весьма близко друг к другу. На верхней, где вид был несколько лучше, располагались каюты, ниже — кают-компания, камбуз и тесный кубрик, а в самом низу — помещения, где пассажирам нечего делать: трюмы и машинное отделение.

Но Тото, оставив друзей в общей каюте, тут же отправился вниз. Проект «Высокого неба» Коллегия приняла в первый год его обучения. Детали корпуса отливались в Геллероне и черепашьим шагом переправлялись в Коллегиум; в собранном виде корабль вернется обратно за каких-нибудь десять дней — при таких параметрах у него необычайно высокая скорость.

Тото довольно скоро разгадал этот секрет. Он наблюдал с галереи за двумя инженерами, проверявшими несущий пропеллер правого борта, и один из них, посмотрев на него, сказал:

— Пассажирам сюда нельзя. Вернитесь на палубу.

— Извините, но я механик Коллегии, — Тото впервые произносил эти слова, — и хотел бы взглянуть на двигатели.

Лучшего эффекта он не мог и желать. Те двое просияли и напрочь забыли о том, что он полукровка.

На «Небе» было три двигателя. Главный, кормовой — он-то и развивал скорость — стоял на чугунной станине, работал на мазуте и ничем особенным не выделялся. Тото куда больше интересовали два бортовых, установленных на понтонах. Он не отрываясь смотрел, как инженеры с помощью рычагов и цепей подводят к пропеллеру какие-то громоздкие короба. Миг — и лопасти завертелись, сначала медленно, потом все быстрей, издавая едва слышный гул. «Небо», прикрепленное якорями к земле, развернулось, и довольные инженеры стали возиться с коробками, меняя угол и направление полета.

Магниты, последнее слово техники! Для их применения потребовались знания, которыми лет десять назад никто еще не владел, зато теперь магнитное поле может делать с металлическими деталями все, что угодно. Пару лет назад один мастер Коллегии изобрел первый магнитный арбалет: простая индукция посылала цельнометаллическую стрелу быстрее и дальше, чем любая тетива. Тото очень хотелось иметь такой арбалет (несколько экземпляров просочилось на рынок), но запрашивали за него столько, что оставалось только мечтать.

— А сейчас тебе лучше уйти, — сказал инженер. — Думаю, мастер вот-вот начнет поднимать машину.

Тото собрался уже просить, чтобы ему разрешили остаться и посмотреть, как дирижабль отрывается от земли, но ему не пришлось.

— Где там, — сказал другой инженер. — Без опоздавших никогда не обходится. Уж на такой корабль, как у нас, могли бы явиться вовремя, так ведь нет.

Тото посмотрел вниз и увидел у себя под ногами с полдюжины осоидов. Пара из них была в штатском, то есть в туниках с золотой каймой на подоле, остальные — в доспехах. Они всходили на платформу, готовясь подняться наверх.

От волнения Тото чуть не упустил перила и устремился, перебирая руками, к люку в дальнем конце. Он ступал уверенно и держался крепко благодаря своему Наследию, но понимал, что раньше осоидов ему в салон все равно не успеть. Войдя наконец туда, он получил возможность полюбоваться реакцией своих спутников. Чи беспомощно распахнула глаза, Сальма не переставал улыбаться, но даже Тото заметил, как он напрягся. Таниса, откинувшись назад как ни в чем не бывало, строила глазки командиру осоидов и маскировала этим откровенную панику Чи.

Осоиды явно кого-то разыскивали. В качестве иностранцев они старались вести себя сдержанно, но солдаты обшаривали глазами лица всех, кто находился в кают-компании. Другие пассажиры, в основном жуканы-коммерсанты, часто совершавшие поездки между Коллегиумом и Геллероном, хмурились, отворачивались и делали замечания насчет бесцеремонности заграничных гостей. Богато одетый арахнид с маленькой свитой мерил их взглядом, не сулившим ничего доброго, трое мушидов упорно смотрели в карты или стаканы с выпивкой. Еще один мушид, музыкант, демонстративно заиграл на своем дульцимере.

Командир осоидов, высокий и худощавый, с дежурной улыбкой подошел к столу, где сидела Таниса с друзьями. Тото затаился в углу, прикидывая, как им помочь в случае надобности. Но осоид, обменявшись с девушкой парой слов, прошел дальше. Один из его солдат, не скрываясь, показал пальцем на экзотически одетого Сальму, однако офицер строго одернул его. Солдат вытянулся, сжав кулаки с торчащими шпорами.

Тото торопливо пробрался к трем остальным.

— Что случилось? Почему они не…

— Потому что мы выглядим не так подозрительно, как богатый мушид… и ты, — съязвила Таниса. — Сядь, Тос.

Он послушно сел, сложил руки на коленях.

— Так в чем же…

— Мы думаем, что они ищут дядю Стена, — сказала Чи. — Во всяком случае, они присматриваются к купцам, которые все жуканы и примерно такого же возраста. Им описали его, а нас, видимо, нет. Дядя, наверно, позаботился, чтобы нас ничего с ним не связывало — даже билеты, возможно, заказывал кто-то другой.

— Но я видел, как один показывает на Сальму…