такой, какой описан Флобером. Его должны были принести к одиннадцати утра. Кроме того, сегодня днем к ней обещал заехать Дюкане — ее руководитель и верный друг. М-г Бернара Эрнестина не могла назвать другом — она слишком хорошо знала ему цену. Он мог быть только верным исполнителем ее предначертаний, неутомимым тружеником на спелой, но все еще благоухающей ниве. М-me Колибри каждый раз улыбалась, вспоминая его жирную атлетическую грудь, мускулистые руки, стальной суховатый торс мужчины, прошедшего военную школу.
Это был великолепный экземпляр человеческой породы, образчик мужской силы, так редко встречающейся в наше время. Когда он находил Эрнестину в глубине ее алькова — она безропотно подчинялась ему, блаженно чувствуя свою слабость. Но и только…
М-те Мопа давно убедилась в том, что счастье приходит к нам с разных сторон, обрывками, которые нужно уметь слить в одно целое. Ее чутье и находчивость делали ее счастливой. Она нашла то, что искала — пусть в разных местах — не все ли равно! У нее был любовник и был друг. Виновна ли она, что природа не сумела слить их в одном образе?
М-ше Колибри приоткрыла глаза. Жесткий, требовательный, самонадеянный ус щекотал ей кончик носа. Она рассмеялась, сжавшись под одеялом, готовая принять поцелуй, — такой длительный в счастливый миг пробуждения, — и тотчас же радостно вспомнила о платье Саламбо, свидании с другом и предстоящей ночи.
М-г Бернар держал ее в своих деспотических объятиях — это было его неоспоримое право.
ГЛАВА ВТОРАЯ — ГДЕ «ДЕЛОВОЕ СВИДАНИЕ»
ОКАНЧИВАЕТСЯ НЕ СОВСЕМ ОБЫЧНО
Но если счастливые любовники не спешили вставать, то зато Флипотт вскочила тотчас же, как проснулась. Ей нужно было побывать в тысяче мест. Она подбежала к зеркалу в одной рубашке, кулаками протерла глаза, обведенные густой желтизной, достала пуховку из пудреницы и быстро провела ею по заспанному лицу.
Этьен потянулся за папиросой, закурил и, глядя на нее, сказал:
— Ты похожа сейчас на маленькую обезьянку, вертящуюся перед зеркалом, и если бы мне не было лень, я написал бы твой портрет в таком виде и назвал бы его «Туалет Венеры Муш-Муш».
В зеркале она видела отражение его лица с растрепанными волосами, его смеющиеся глаза, и внезапно ей захотелось поцеловать его. Кто может быть лучше Этьена?
Она подбежала к нему, стала на колени и спрятала нос свой на его груди, в складках его рубашки. Но вот — мгновенье — и она уже на ногах. Она выкидывает в сторону то одну, то другую голую ногу, потом делает «шпагат» и снова бежит к зеркалу пудриться и надевать шляпку. Чулки и ботинки она надевает после всего остального.
Когда Флипотт совсем готова и собирается уходить, она снова оглядывается на Этьена.
Он спит и чуть посапывает, открыв рот. С бесконечными предосторожностями она подходит к нему и целует его руку, которая лежит у него поверх одеяла.
За дверью она преображается. Лицо ее становится озабоченным и деловым, в ее движениях незаметна робость. Она идет по улице быстрыми легкими шагами парижанки, мимоходом заглядывая в витрины магазинов. Ей нужно забежать домой, поцеловать милую, маленькую мамочку, съесть свой маленький завтрак, — чашку шоколада с двумя бриошь, приятно хрустящими под проворными зубами, и сейчас же бежать в театр на репетицию, а оттуда на «деловое свидание».
«Деловое свидание» назначено в три часа в парке Монсо. Она является туда без четверти четыре. У нее строгий вид. Это для того, чтобы не дать повод фланерам преследовать ее.
— Вы меня ждали? — спрашивает она, подходя к тому, с кем у нее «деловой разговор».
Это высокий молодой мужчина. Лицо его беспечно и весело, как у фокса.
— Стоит ли говорить о таких пустяках, — отвечает он мягким баритоном и мальчишески улыбается всеми зубами. — Быть может, m-lle пожелает пройти со мной по этой аллее?
— С удовольствием, m-r, — говорит Флипотт, — у меня есть несколько свободных минут.
И они ходят туда и обратно по аллее, то скрываясь в тени, то снова появляясь на солнце. Флипотт улыбается играющим детям, и ей самой минутами хочется присесть рядом с ними и лепить из песка пироги.
— Я видел вас несколько раз в «Обозрении», и каждый раз ваши танцы доставляли мне истинное наслаждение, — говорит ее спутник любезным тоном кавалера, занимающего свою даму, незаметно следя за нею косым улыбчивым взглядом, — у вас столько ритма в движениях, столько грации.
Она слушает его одним ухом. Боже мой, мужчины все говорят одно и то же, когда знакомятся с хорошенькой женщиной, — все, кроме Этьена. Но ведь Этьен — исключение… Когда ей подали за кулисы карточку этого господина, она долго колебалась, согласиться ли на знакомство с ним. Но Мадлен прочла его фамилию и сказала с убеждением:
— Ты будешь дурой, если откажешь ему.
— Но как же с m-r Лагишем?
— Он может и не знать, если ты пожелаешь, а в конце концов, пошли его к черту. Я бы давно бросила этого надутого болвана, у которого нет даже собственного лимузина.
— Но ты же знаешь, кто он теперь! Мне даже с ним немного страшно — такой он важный. Я не могу на него пожаловаться.
— Тем хуже для тебя, если это так. Пусть он лопнет от спеси, от этого у тебя не прибавится драгоценностей. Скорее всего, он сам найдет тебя недостаточно шикарной для министра. Нам нужно думать о будущем — без хорошего гардероба мы можем остаться навсегда полотерками, а это совсем не весело.
У Мадлен удивительная манера выражаться, но в конце концов она права, — ее нос, маленький, розовый, глядящий в небо нос, обладает тонким чутьем, а глаза всё видят.
— И вот, m-lle, — продолжал господин, — я, наконец, осмелился представиться вам. Вы мне оказали большую честь… И, если позволите, я предложил бы вам совершить маленькую прогулку в отто перед обедом.
Она согласилась, и они едут в Булонский лес. Их везет прелестная сильная машина, скользящая бесшумно мимо бульваров, баюкая на мягких подушках. Флипотт жмурит глаза от ветра. Господин смотрит на нее с нескрываемым восторгом и осторожно берет за руку. Она не глядит на него, но руки не отнимает. Ей льстит его внимание и нравится его корректность.
