потому тот не заметил, как появился и Радмир. Волк молниеносно ударил когтями, тюремщик, без единого вскрика, кулем сполз на грязный пол.
– Беги, Малая, – негромко приказал Радмир, и, как только Фаина со всех ног помчалась в нужную сторону, двинулся в логово хозяина острова.
* * *
Фая петляла между хижинами, старалась слиться со стенами, затеряться между сонными и голодными жителями острова.
Юная хищница отчаянно стремилась выбраться из этого дикого и безжалостного места, куда, волею хозяина острова, ее занесла судьба.
Фая Фомкина уже плохо помнила, где она родилась и как выглядел ее настоящий дом. Остров стал ее жилищем. Но таким, из которого хотелось сбежать.
А сейчас, девушка поняла, что второго шанса не будет.
План был прост. У Фаи был знакомый, которому проболтался знакомый знакомого, о том, что, если лететь на вертолете строго на север, то есть шанс добраться до континента. Где этот континент, и хватит ли топлива – Фаина не знала. Понадеялась на удачу, а еще – на своего нового друга Волка.
Волк ее пугал до смерти. Но если выбор вставал между лапами охранников, другими гладиаторами или даже хозяином Клыком, то, конечно же, хищница смело выбрала Вольнова. Потому что тот носил метку – редкое явление на острове. Но старики говорили, что эта метка решает все в жизни зверя. Метка парности это как знак свыше. Но главное, что метка не даст хищнику совокупляться с другой хищницей, или человечкой.
Эта мысль и заставила Фаю искать защиту у новичка.
И, как выяснилось, не прогадала. Внешне Радмир Вольнов, по кличке Волк, был машиной для убийств. Его боялись все, пусть и пытались сломить, покалечить, как-то навредить. Все, кроме Фаины. Потому что она – единственная, кто видел его сны. Вернее, хищница видела, как ему снятся сны, как он бормочет бессвязно, как тянется руками, пытаясь ухватить кого-то. А еще Волк часто повторял одно и то же: «Лисичка». Кем была та девушка, Фома не знала. Предполагала лишь, что она и есть истинная пара Волка. Но не рискнула спрашивать, ведь несмотря на свою благосклонность к ней, Волку ничего не мешало прибить ее невзначай.
В одно мгновение жизнь на острове вскипела. Со всех сторон доносились крики, команды, слышалась стрельба.
Фая вскинула голову, глядя в темное безлунное небо. Острый глаз хищницы позволил рассмотреть, как к острову приближаются вертолеты.
Фома прижимала к груди небольшой куль, который вручил ей Волк. Кажется, планы стремительно менялись. Но как сообщить об том Радмиру?
Девчонка протискивалась через дыры в заборах, все еще следуя выбранному маршруту. Кто знает, может быть, в суматохе никто и не заметит исчезновение потрепанного вертолета?
Да и Радмир обещал догнать, значит, выполнит обещание.
А потому Фаина нырнула в первый же заброшенный барак, собираясь переждать приземления гостей, а там уже – действовать по обстоятельствам.
Чутье подсказывало, что на остров высадилось много чужаков. Сильных хищников, от которых несло яростью.
А еще Фая четко распознала волну силы. Такой, что хищница с трудом удержалась на ногах. Пришлось вцепиться пальцами в покосившуюся оконную раму.
Выглянуть из укрытия не получалось, и Волк все не приходил. Хотя, Фая была уверена, он был способен учуять ее местонахождение.
И вдруг стало дико страшно, потому что в дыре, служившей дверным проемом, возникла высоченная фигура. Фаина забилась в угол, боясь открыть рот, чтобы позвать на помощь. Да и, собственно, звать некого. Если только Радмир не услышит, но у Волка была иная задача: убить Клыкастого.
Открыв рот, Фая попыталась произнести хоть слово.
А хищник шагнул ближе.
Теперь она видела его лицо, прикрытое козырьком черной кепки. И не могла даже моргнуть, настолько он заворожил ее своим взглядом.
Это был молодой парень, наверное, лет на пять старше нее самой. А хотя, возраст хищника угадать сложно. Прямой нос, правильные черты лица, красивые и невероятно холодные глаза светло-голубого оттенка. Молодой хищник выглядел удивительным, если бы не торчавшие в оскале острые клыки.
Фома понимала, что он смотрит только на нее, ведет носом, словно изучает ее запах на расстоянии. И это было странно. Потому что она ощущала растерянность. Она чувствовала, как его аромат щекочет ноздри, а зверь в сознании хищницы вдруг взвыл.
Фая сильнее вжалась спиной в стену. А мужчина шагнул к ней, уничтожая взглядом.
– Как звать? – раскатисто прорычал незнакомец, а Фая, кажется, оглохла.
– Фома, – очень тихо прошептала она.
Хищник выругался, где-то очень рядом раздался взрыв, а следом – крики боли. Волна силы не позволяла Фае стоят самостоятельно, сбивала с ног. Ее зверь скулил и рычал, словно искал защиты. А сама она – смотрела в невероятные горящие жидким холодом глаза.
Хищник вдруг ухватил ее за одежду и вытащил из укрытия. А дальше – все как в тумане.
Крики, стрельба, рычания и вопли…
Но Фаина успела рассмотреть, как Радмиру помогают сесть во второй вертолет. А тем временем хищник, чьего имени Фая не знала, но который, кажется, подчинил ее волю себе, швырнул ее в нутро адской машины. И она оторвалась от земли.
Фая спрятала сверток Радмира в свой бездонный карман. Осталось надеяться, что везут их с Волком в одно и то же место. А судя по тому, что никто ее пока не убил, есть шанс остаться в живых.
* * *
Радмир смотрел на водную гладь за стеклом. Грудь распирала досада.
Нет, он был очень сильно благодарен брату за спасение. Но, Великая Праматерь, он ведь кричал Тиму, чтобы тот дал ему еще хотя бы пару минут! Радмиру бы хватило времени. Он смог уничтожить верзил Клыкастого, оставалось только вломиться в его логово.
Но Тихомир все взял под свой контроль. Волной снес строение. По пути самого Радмира слегка задело, незажившие раны раскрылись. Но на них Волк не обращал внимания. Кровь давно стала чем-то обыденным в его существовании.
Однако грудину вспарывала досада, что Клыкастого он не успел прикончить лично, не успел вырвать сердце заклятого врага своими когтями.
– Мы устроим зачистку острова, – негромко произнес Тим, – мирных жителей расселят по континенту. Остальных в расход.
Радмир кивнул. Да, пожалуй, так и нужно сделать. Оставалось надеяться, что Клыкастый не выбрался из-под завала. Потому что, если это не так, то жизнь Жени под угрозой.
Мысли о Лисичке заставили Радмира сжать челюсти до скрежета. Прошло три месяца с их разлуки. Какой она стала, эта невероятно красивая женщина?
У Радмира было много времени на раздумья. Но сейчас, когда вертолет с каждой минутой приближал его к истинной,
