всего подходит, он взял понемногу всё. Поэтому план, как мне жить в этом мире у меня как-то не сложился, скупые рассказы о быте простых людей не радовали, да и я ещё пленница и неизвестно ещё что меня ждёт дальше. А значит, пока наслаждаемся жизнью и ничего не планируем…
— Ваша светлость, обед подан, — прервала мои тягостные размышления Шона, поставив тяжёлый поднос на стол в моей комнате.
— Спасибо, Ивар в замке?
— Нет, ваша светлость.
— И Дункана тоже нет, — констатировала я, спрыгивая с широкого подоконника, где уже около двух часов пялилась в виднеющиеся вдали горы Семергла.
— Нет, ваша светлость, — покачала головой девушка, поднимая крышку с блюда, на котором лежал ароматный кусок стейка и овощи.
— Спасибо, Шона, — поблагодарила девушку, усаживаясь за стол. Обедать в одиночестве было грустно, но в столовую к противной лере Чирсти и нудному леру Ноксу я больше не вернусь. Одного неприятного опыта более чем достаточно, чтобы лишний раз с учителями детей не пересекаться. И вообще, чем они могут научить Крейга, Ирвина, Мэйди и Эдану? Нудить, жаловаться и с презрительно скривившимся лицом, приказывать слугам, пользуясь отсутствием хозяев? Так себе обучение...
Спустя час, когда вкусное и буквально тающее во рту мясо, и овощи были съедены, я решительно поднялась и, прихватив с собой поднос с пустой посудой, пошла к людям.
— Спасибо большое, было очень вкусно, — торжественно произнесла, проходя на кухню, своим появлением в очередной раз остановила всё производство, — можно отвару?
— Я распоряжусь принести вам в покои, ваша светлость, — ответила та самая женщина, которая приказала обработать мои порезы на ногах.
— Ой, нет! Не нужно никуда нести, я на кухне выпью, — торопливо проговорила, усаживаясь на стул, — вот здесь посижу.
— Нетта, налей её светлости отвар, — произнесла кухарка, и больше не обращая на меня внимания, продолжила что-то толочь в ступе.
Я же, получив чашку с отваром, мелкими глоточками потягивала ароматный напиток, наблюдая за вернувшимися к своей работе людьми. Нетта чистила гору лука, периодически шмыгая носом, Синиг мыла посуду в огромном медном тазу, Игибель превращала мясо в фарш, крутя ручку большой мясорубки, делая это так усердно, что даже массивный стол нервно подрагивал.
Поёрзав на стуле, порываясь тоже что-то сделать, я всё же продолжала сидеть и не отсвечивать. На кухне одна хозяйка и стоит только влезть в её вотчину, как меня тут же вытурят из тёплого и уютного помещения. А торчать снова в одиночестве в покоях, пусть и с очередной книгой, которые Ивар любезно позволил брать, откровенно не хотелось.
Я, конечно, понимала, что своим присутствием изменила привычную обстановку, не дав посплетничать и обсудить последние новости в замке, но уходить и правда не хотелось.
— Ваша светлость, ещё отвару? — спросила Эдме, старшая кухарка, наконец я узнала её имя.
— Да, пожалуйста, — подтвердила, чувствуя себя воздушным шариком, в который набрали воду.
— Синиг!
— Спасибо… а что вы готовите? — поинтересовалась, наблюдая, как Игибель широкими натруженными ладонями месит фарш, подсыпая в него то соль, то специи.
— Кюфта, — коротко ответила кухарка, покосившись на Эдме.
— Хм… кюфта, — вполголоса повторила, знакомое слово, пытаясь вспомнить, где я его слышала, через секунду обрадованно воскликнула, — фрикадельки? Ну мясо, скрученное в шарик?
— Да, — улыбнулась Игибель, высыпав в чашку с фаршем мелко покрошенный Неттой лук.
— А можно мне немного фарша? — спросила, посмотрев на Эдме и дождавшись кивка, добавила, — одно яйцо, муку, соль и воду.
— Ну возьми, — хмыкнула старшая кухарка, указав рукой в сторону двери, — в кладовой всё.
— Я заметила, — довольно улыбнулась, чуть ли не бегом рванула за ингредиентами. И хоть готовить я не особо любила, но умела, а сейчас мне попросту заняться было нечем, да и в компании так-то веселей и о мире из уст очевидцев расспросить за общим делом можно.
Поэтому ловко замесив тесто, оставила его в холодной кладовке подышать на полчаса. А пока выбрала подходящую по размеру сковороду, нашла скалку, масло, устроилась на краю стола, чтобы не мешаться, и занялась фаршем. Ну как занялась, оно было готово, так с умным видом ложкой в чашке помешала, пока ждала тесто.
— И чего это будет? — не выдержала Игибель, наблюдая, как я по тонко раскатанному тесту размазываю фарш.
— Грузинчики, ну или ленивые пельмени, — ответила я, удовлетворённо кивнула, не заметив проплешин, начала скатывать тесто в рулет, — сейчас эту колбасу нарежем вот на такие части, обжарим с двух сторон и потомим с лучком и морковкой.
— Мудрёное, — задумчиво проговорила Игибель, — и называются странно.
— Готовить, что ли умеешь? — вдруг спросила Эдме, подойдя к краю стола, где я обосновалась, — а ещё чего знаешь?
— Хм… да много чего: борщ, плов, гречка, бефстроганов, — ответила, наконец закончив нарезать рулет на равные части, посмотрела на кухарку, добавила, — всего не перечислишь, да и так сразу и не вспомнишь.
— Лучше это масло возьми, а то брызгает больно, — посоветовала женщина, вручив другую бутылку с янтарной жидкостью.
— Спасибо… Эдме, простите, я давно хотела спросить, вы очень похожи с Иваром, — наконец выговорила, надеясь, что меня не пошлют куда подальше.
— Тётка я его, сын погиб, муж спустя год в лесу на охоте сгинул, — ответила женщина, сметая со стола невидимые крошки, чуть помолчав добавила, — во главе клана стал брат моего Хэки и я вернулась сюда. Ивар меня принял, покои богатые выделил, да скучно без дела сидеть, вот теперь где за замком присмотрю, но больше на кухне, нравится мне здесь.
— Скучно... вот и меня кухня сманила, — улыбнулась, переворачивая рулет, — думала с детьми поиграть, так нет их.
— Не ходи к ним больше, — вдруг сердито проронила Эдме, — вижу хорошая да неглупая, потому сказываю. Дети привыкнут к тебе, а ты скоро покинешь земли клана МакГрегора, а они итак, матерей рано лишились.
— Да… вы правы, — кивнула, снова ощутив себя чужой в этом мире, — больше не подойду.
— Ты не сердись, да верно я говорю, Ишбель, как Крэйга с Мейди родила, болела долго, им всего по четыре было, когда её не стало, а вот Ирвин до сих пор её вспоминает.
— Ишбель мама Ирвина, Крейга и
