Из-за того, что Приклопиль как будто не испытывал стеснения в средствах, из-за его модных автомобилей и явного отсутствия обычной рабочей занятости, соседи считали, **то у него либо личный доход, либо ему как-то повезло. «Я всегда гадала, откуда у него деньги на строительство, — поделилась соседка Розмари Хелферт. — Вообще-то ходили слухи, что он выиграл в лотерею».
По-моему, он ничем не занимался, — заявил Петр Дркош. — Он бывало уезжал на машине часов в семь утра и возвращался через два часа. Днем он уезжал снова. За последние три недели он трижды в неделю уезжал в три ночи — моя жена всегда из-за этого просыпалась. Когда он возвращался на своем фургоне «мерседес», он останавливался у ворот, открывал их, заводил фургон на участок и тут же закрывал ворота. Если он снова уезжал через час, он делал то же самое. Он всегда закрывал ворота.
В июне этого года я видел, как он работал на крыше и кричал женщине внизу, чтобы она подала ему дрель и инструменты. У нее был молодой голос, и я подумал, что наконец-то он завел подружку. Он определенно был в том возрасте, когда этим нужно заняться. Как-то моя жена была в саду, и она тоже слышала этот голос Со своей матерью он говорил по-другому; к той, что с молодым голосом, он всегда обращался в приказном тоне.
Местный почтальон Герман Фалленбюхль, доставлявший почту на Хейнештрассе, рассказал: «Я никогда с ним не разговаривал и виделся, может, раз в месяц, не чаще. Он был очень вежливым, всегда дружески приветствовал меня и махал рукой из машины. Только раз я видел какую-то пожилую женщину — должно быть, его мать».
«Приклопиль был призраком города», — убежден Фалленбюхль.
В начале 90-х Приклопиль заключил деловое партнерство с человеком, который, по-видимому, был его настоящим другом. Эрнст Хольцапфель был допрошен полицией после освобождения Наташи, и с него были сняты все подозрения в соучастии в похищении и лишении свободы, но если Приклопиль и решил бы кому открыть свой секрет, то этим человеком мог быть именно он. Ему даже случилось увидеть Наташу за месяц до ее побега, и, подобно ничего не подозревавшим соседям, он решил, что она была просто его подругой.
Хольцапфель был его приятелем еще со времен работы на «Сименсе», и он пригласил Вольфи, как он называл Приклопиля, присоединиться к нему в деловом предприятии, строительно-реставрационной компании «Ресан». Они вдвоем начали восстанавливать старую недвижимость, а затем расширили дело и занялись индустрией развлечений, организовывая празднования юбилеев и свадеб на витиевато разукрашенном складе в промышленной зоне Вены. Бизнес развивался, и Вольфи мог не отказывать себе в машинах — «носясь туда-сюда по дорогам страны», как выразился другой его бывший коллега по «Сименсу». Однажды он схлопотал талон предупреждения на 50 фунтов за превышение скорости, а в другой раз попал в небольшую аварию, в которой, впрочем, никто не пострадал.
Соседи по дому в Штрасхофе начали упоминать Приклопиля как «Bachener» — разговорный уничижительный термин для обозначения гомосексуалиста, — хотя Хольцапфель и заявляет, что никогда не замечал подобных проявлений со стороны своего друга и делового партнера.
«Областью», упомянутой полицейским психологом Манфредом Крамплом, — областью, в которой он будет управлять всем, — стало старое бомбоубежище под гаражом. Он педантично приступил к переделке его в необнаружимое, звуконепроницаемое, безоконное помещение — единственная возможность для поступления туда свежего воздуха осуществлялась посредством вентиляционной системы, контролировавшейся им наверху. Он закупал необходимые для переделки материалы в обычных строительных магазинах, всегда расплачиваясь наличными.
Он приобрел для намеченной жертвы письменный стол, установил маленькую раковину и унитаз, подключив их к основному водопроводу и канализации, и при помощи изоляционного материала — того же типа, что используется и в звукозаписывающих студиях, — сделал комнату звуконепроницаемой. Когда Наташа в конечном счете сбежала, полиция подняла в его доме настил пола и обнаружила под ним лестницу, ведущую вниз в лабиринт дверей и проходов. Под землей детективы нашли металлический шкаф, за которым располагался туннель, размеры которого позволяли лишь протискиваться через него. В конце туннеля находилась самодельная бетонная дверь, а за ней шел еще один проход — и, наконец, комната, где содержалась Наташа. Ее мир составлял чуть более пяти квадратных метров, с поднятой кроватью, лестница к которой использовалась для развешивания одежды.
Это была конечная станция жизни Вольфганга Приклопиля: дыра в земле, размерами 3,5 x 1,8 x 1,5 м, к которой его каким-то образом привели уединенное детство, всепрощающая материнская любовь, малочисленные и непрочные дружеские отношения и все возрастающая тяга к насилию. Выработанные навыки и врожденная сноровка позволили ему обустроить эту комнату без особых усилий. Вот все, что мы знаем, и все это остается такими же темными, как и его омерзительные мотивы, обстоятельствами, однажды приведшими его к выбору Наташи Кампуш в качестве обитательницы этой подземной темницы.
Помимо муниципальной квартиры Вольфганга Приклопиля, его дома в Штрасхофе с приготовленной тюрьмой и дома Наташи есть и четвертое место, центральное в его запутанной жизни. Это закусочная «У Кристины» — невысокое придорожное кафе, совмещенное с палаткой фастфуда, располагающееся в безотрадном удаленном районе Вены — весьма далеко от по-прежнему величественных зданий изящного периода старой имперской столицы, — где Приклопиль порой опрокидывал стаканчик безалкогольного напитка. Место центральное, а вовсе не какое-то случайное, где можно было охладиться, потому как именно туда частенько заходили родители Наташи и, согласно интервью, данным ее отцом авторам, сама Наташа. Людвиг Кох никогда не наведывался в располагавшуюся рядом с его домом пивную: на протяжении двадцати лет он ездил через город в кафе «У Кристины».
Закусочная «У Кристины» находится на пересечении Обдахгассе и Ротенвег, примерно в пяти минутах ходьбы от округа Реннбанвег и по пути из муниципальной квартиры Приклопиля на Ругерштрассе до его дома в Штрасхофе. Она обосновалась в самой обветшалой части северной промышленной зоны Вены, вблизи от границы города, среди строительных компаний и дисконтных магазинов «сделай сам», как раз через дорогу от огромного мусороперерабатывающего завода, металлического здания в форме пирамиды, возвышающегося над угрюмым районом.
Клиентура закусочной в основном состоит из работников близлежащих компаний да соседских любителей выпить, многие из которых проживают в округе Реннбанвег. Кафе представляет собой обветшалое деревянное строение с шестью столиками. Случайный наблюдатель мог бы прикинуть на глаз, что оно примерно в восемь раз больше подземной камеры Приклопиля.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
