Его «благодетельность» все-таки вычислили. Уже в день выписки к нему принесли записку из 529 палаты с благодарностью от какой-то Елены — наверно той самой женщины. Влад не был против, но и заострять внимание на такой мелочи не стал — мало ли что с кем может приключиться. Вот взбрело ему в голову тогда заглянуть в эту палату, и заглянул. Самое последнее, что он хотел — это строить из себя помешанного супермена. Спешить на помощь — не его удел. Всем не поможешь. Он даже не знал, как помочь Ксюше, не то чтобы кому-то еще.
* * *
Наконец настал долгожданный день возвращения на работу. Пусть пока еще и не полноценного — Владу прописали пару недель домашнего режима, но его визит от этого не был менее радостным. Он все еще пользовался тростью — хоть она и была небольшим произведением искусства, но в его возрасте выглядела глуповатым пижонством.
Влад приехал на такси в свой любимый клуб, где он официально числился маркером и получал зарплату, которую тут же выплачивал в полуторном размере обратно за предоставленный «приют». Стараясь скрывать неуклюжесть, он медленно прошел мимо охранника, раздаривая налево и направо приветственные улыбки. Все, конечно, слышали о наезде на него и с любопытством рассматривали, в каком состоянии парень возвращается к столам.
Мила предупредительно встретила его внизу и, когда они подошли к лестнице, якобы ухватила Влада под руку. На самом деле это она учла, что тому пока нелегко подниматься и крепко поддерживала его под локоть. Одновременно она мастерски демонстрировала свои прелести, якобы скрытые «строгим» костюмом. Так что мужской половине клуба было уже не до рассматривания ковыляний подстреленного маркера.
Наверху Влад был ошеломлен устроенной ему овацией. Четыре его подопечных, штатный маркер клуба и даже самолично распорядитель бильярдной специально ждали его. А он-то думал просто поприсутствовать на сете двух уважаемых клиентов. Араик Георгиевич, седой банкир армянских кровей, буквально кинулся к Владу с объятиями и поздравлениями. Вручая бокал с шампанским, он шепнул ему на ухо:
— Со Штырем все улажено, — и добавил громче. — Друзья, хоть сегодня впереди интереснейший сет, я думаю, никто не будет против пропустить по бокальчику легкого шампанского за здоровье нашего молодого, но очень авторитетного свободного маркера! Тем более что здоровье ему сейчас требуется как никогда раньше.
— Спасибо, друзья! — Влад натурально расчувствовался. — Я не знаю, как вас благодарить, если только… — он посмотрел на Милу и, подхватив ее под локоток, закончил фразу. — …смогу доставить вам удовольствие, представив моего нового компаньона — прошу любить и жаловать: Мила — свободный маркер, а не помощник.
Снова послышались аплодисменты, но уже в поддержку прекрасной коллеги Влада. Пока Мила произносила благодарные слова, он задумался, каким образом его угораздило довериться почти незнакомой девушке в столь щепетильном деле, как тайна клиентов? Причем, у него, обычно столь осторожного в общении с людьми, не возникало по этому поводу никакого сомнения или дискомфорта. Видимо это был очередной фокус его психики, претерпевшей странные сдвиги в последнее время. Проще говоря, крепко его по голове стукнули. С другой стороны, ну и пусть — девушка пока оправдывала все возлагаемые на нее надежды.
По ее плану Влад взял под свою опеку двух бонз, а она отошла с парой других игроков к дальнему столу, чтобы не мешать друг другу. Получилось так, что ему, почти ничего не приходилось делать, кроме как развлекать двух солидных соперников последними больничными новостями, да иногда подавать шар или мелок. Он посматривал, как вела сет Мила, и только еще больше убеждался в правильности своего выбора. Темноволосая красавица не суетилась, иногда что-то говорила, иногда помогала игрокам советом, пару раз даже засмеялась — в общем, непринужденно поддерживала приятную атмосферу вокруг стола.
Влад еще в первую консультацию по телефону успокоил ее на счет любых заигрываний со стороны папиков. Поскольку неровное отношение к клиентам могло на корню погубить все дело, он разрешил ей «обмолвиться» в разговорах о том, что Влад ее парень — это вполне вписывалось в ее роль помощницы свободного маркера. Сейчас такая тактика приносила свои плоды — дальше чисто эстетического любования красавицей, никто из подопечных не заходил, относясь к ней с тем же уважением, что и к Владу.
Один раз Мила поймала его быстрый взгляд в свою сторону и незаметно показала большим пальцем вверх. Но и без этого было видно, что и маркер в юбке, и игроки получают настоящее бильярдное удовольствие от игры. Впрочем, как и он сам со своими бонзами.
Ближе к ночи они все, поступив немного против правил, спустились вслед за Араиком Григорьевичем в ресторан, где он закатил небольшой пир в честь своего выигрыша и возвращения Влада. А тому ничего не оставалось делать, как играть роль Милиного кавалера. Уже выходя из клуба, он вдруг сообразил, что это только он разыгрывал роль, а девушка, похоже, совсем не играла. Но, к ее чести, она ничем не обнаруживала своего неравнодушия. Только привыкший внимательно наблюдать за людьми глаз замечал невольную реакцию его спутницы на какие-то мелочи.
Он вдруг задумался, а куда это они вышли вместе? Обычно после такого выхода из клуба или ресторана он вел очередную спутницу к себе домой. А что сейчас? Мало того, что у него не было никакого желания никого вести к себе в гости, так еще и физическое состояние было далеко от той кондиции, чтобы за кем-то ухаживать. К своему стыду он понял, что почти ничего не знает о своей помощнице. Даже, например, где она живет.
— Ты домой? — осторожно спросил Влад. — Такси сейчас не проблема словить.
— Да! Конечно, домой. С такой выручкой можно и на такси раскатывать, — излишне радостно воскликнула Мила. — Ты не представляешь, как я тебе благодарна! Поеду отсыпаться. Вторую неделю все не могу поверить, что не надо больше по ночам с толстопузыми хороводить.
— В целях конспирации лучше уехать в одной машине, — предложил Влад. Он не хотел оказаться с девушкой слишком близко, но и вызывать подозрения у папиков не стоило.
Все-таки очутившись с Милой на заднем сиденье, он спинным мозгом почувствовал, что напарница напряжена до предела. Он и сам молчал, как рыба, не зная, как поддерживать беседу и не обидеть ее своей отчужденностью. Где-то ближе к ее дому, она якобы расслабленно прислонилась к нему.
— Не надо… милая, — как можно мягче шепнул он Миле. — Мы должны сохранять партнерские отношения. Лучше постарайся осчастливить твоего студента.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
