Я не стала оправдываться. Сейчас Яромир не был готов услышать мои аргументы. Да и как таковых доказательств на руках у меня не было.
Протянула руку. Яр дернулся, точно от прокаженной. Но потому вдруг подался вперед. Позволил коснуться его щеки ладонью.
Жар тела оборотня ранил мои пальцы, оставлял невидимые следы, проникал под кожу.
Взгляд Яромира пылал ненавистью, обидой, жаждой, безумием и… нежностью. Этот мужчина был слишком сильным, чтобы простить меня. Но и отпустить не мог. Ему было так же больно, как и мне. А возможно, еще больнее.
И я это чувствовала.
– Пожалуйста, Яромир… – прошептала я, не зная, о чем именно молю.
Дать шанс? Не отказываться? Доверять? Любить? Я не знала ответа.
Он вновь коснулся меня. Жадно. Неистово.
Прижал к себе, впечатал в свое тело, выбивая остатки воздуха из легких. Отбирая неровное дыхание с моих губ своими.
Его пальцы зарылись в мои длинные волосы, удерживая затылок, фиксируя и не позволяя двинуться.
Мой мужчина подтянул меня выше, оторвал от пола. Теперь я висела на его мощном теле. И пришлось обхватить его ногами, чтобы не упасть.
Я совсем позабыла, что кроме длинной футболки до середины бедра, на мне ничего не было. Даже трусиков.
– Мое проклятие, – простонал Яромир, жадно припадая приоткрытым ртом к обнаженной коже на моем плече.
Горячие ладони настойчиво и по-хозяйски проникли под ткань футболки, огладили спину, ребра, коснулись груди.
По моему телу пронеслась теплая волна, разлилась по животу. И я теснее прижалась к своему безумному оборотню.
Я чувствовала, как Яромир куда-то идет, поднимается вверх по лестнице. Но все мысли вмиг выветрились из головы, когда влажный язык вторгся в мой рот, изучая, воскрешая былые воспоминания и пробуждая память.
В первую нашу встречу Яромир улыбался. А я жутко стеснялась. Его серо-голубой взор нахально скользил по моему мокрому от ледяной воды телу. А я прикрылась руками.
Мы встретились на берегу горной реки. И уже тогда он заявил о том, что я – его истинная.
Никто не поверил в это. В моей крови нет оборотней или ведьм. Я не способна перевоплощаться или видеть будущее. Я обычная. За одним исключением – меня избрал Яромир – единственный сын Правителя Истинных, наследник королевского рода. Мы – истинная пара, а значит, так решила сама Луна.
Яр опустил меня на постель. Я обвила его шею руками, буквально вцепилась, не собираясь отпускать его от себя и на шаг.
– Любимый… – простонала я.
– Молчи, Томи! – приказал он, однако поцелуй, запечатавший мой рот и не позволивший произнести ни единого звука, был ласковым и нежным, пусть и весьма настойчивым.
Я с готовностью приоткрыла рот, намереваясь позволить этому хищнику все. Я безгранично доверяла ему.
Одним рывком Яромир избавился от рубашки и джинсов. Я скользнула смущенным взглядом по широкой груди, животу, спустилась ниже.
– В этот раз больно не будет, – хрипло пообещал Яромир.
* * *
Глава 16
Она пахла дикими ягодами и лесными травами.
Я чуял ее возбуждение, чувствовал, как ее плоть дрожит и сжимается.
Не хотел обманываться. Это всего лишь плотское влечение. Секс. Инстинкты.
Луна посмеялась надо мной, послала наказание, прокляла меня, обрекла подыхать от ненависти и плотской жажды.
Каждое прикосновение к нежному телу было сродни пытке. Я хотел большего. Было бы лучше, если бы она сопротивлялась, кричала, пыталась вырваться.
Я бы ушел. Нашел бы в себе силы и ушел. Оставил бы все, как прежде.
Но нет. Томи отзывчиво ластилась в ответ, точно крошечный новорожденный волчонок.
Теперь не было запретов и ограничений. Прикосновения не приносили боли. Ни ей, ни мне. Чары черной Ариды ослабли, но я все еще чувствовал ее влияние. Однако с этим я разберусь позже.
Пальцы замерли на темных пятнах, видневшихся на ребрах Томи. Отметины от моих рук на ее теле. Синяки пройдут, но вот память о них навсегда останется.
Кожа Томи – истинный наркотик. Ее аромат сводил с ума. Ее дыхание затмевало любые звуки. А стук ее сердца заставлял мое биться в унисон.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Сумасшествие. Чистое безумие. Яд и лекарство. Единственная, кого принял мой зверь. Другой такой нет.
Мысленно я орал во всю глотку.
«Зачем, Томи?! Почему ты предала меня?!»
Ведь за этим последует неминуемая кара. Смерть. И никакого срока давности. Даже через сотню лет мне придется свершить правосудие. Но сначала – вернуть трон.
Я велел ей молчать. Однако ее взгляд кричал и молил о ласке. Я читал эмоции на лице девушки, словно открытую книгу.
Ее прохладные ладони коснулись моих плеч.
Каждое прикосновение мне казалось недостаточным. Хотелось большего. Хотелось быть ближе, погрузиться в ее сладкий жар и никогда не возвращаться в реальность.
– Еще! – приказал я, когда дрогнувшие пальцы скользнули по моей груди.
Дыхание рвало легкие на куски. Зверь притих, словно позволил мне насладиться близостью и обожаемым телом.
И я не стал отказываться от такого дара. Накрыл пальцами плоский живот, скользнул ниже, разводя в стороны согнутые колени и наслаждаясь открывшимся видом.
Томирис была прекрасна. И это убивало. Резало на куски горячим удовольствием. Заставляло член наливаться диким желанием. Во всем теле пульсировала лишь одна жажда обладания юным телом. Телом моей истинной.
Перевел жадный взгляд на ее лицо. Ждал, когда Томи отстраниться, закроется, оттолкнет меня.
Но нет. Она лишь крепче обхватила мои плечи, словно боялась потеряться в тягучей трясине.
Склонился над девчонкой. Жадно вторгся в ее рот языком, сминая губы в поцелуе.
Она моя. Вся. У нее нет права распоряжаться собственным телом. Она передала все права, когда пошла против меня и королевской крови. Отныне Томи в моей полной и безграничной власти.
И теперь я заявлял свои права на нее.
Раздвинул влажные складки и погрузился пальцами в сводящий с ума жар. Тугая, горячая плоть плотно обхватила меня.
И я не смог сдержать рычания, рвущего грудь.
– Я принимаю тебя, Яромир… – зашептала моя Томирис слова клятвы.
– Молчи! – прохрипел я, но мой волк услышал, взбунтовался, зарычал.
Вновь завладел ее ртом. Мне не нужны слова. Я хочу оглохнуть. Забыть. Хочу вырвать прошлое из памяти и сердца.
Мои пальцы вновь и вновь все быстрее погружались в ее податливое тело, хозяйничая, познавая, подчиняя. Да только, кто кого подчинял….
Приглушенный стон успокоил моего зверя. А вот мое тело, наоборот, напряглось до предела.
Легко сдавил набухший клитор. В ответ девичьи бедра взлетели вверх, словно Томи пыталась быть еще ближе ко мне. И вновь окунул пальцы в сводящий меня с ума источник наслаждения.
Томи вскрикнула. По ее телу промчалась крупная дрожь. Девчонка была готова принять меня.
– Сейчас, – прорычал я, чувствуя, что зияющая рана в самом центре души пусть не зарастает, но на время перестала кровоточить. На миг для меня стала существовать лишь Томирис. Она одна, моя Несравненная.
Хрупкие пальцы цеплялись за мои плечи, затылок, тянули за волосы. Томи отчаянно стремилась ко мне.
И я уступил. Заменил пальцы собой, одним движением бедер вторгаясь в тугой жар малышки.
Великая Луна! Я чувствовал, как она сжалась. Ей опять больно. Я был слишком огромным, чтобы смертная девушка могла так быстро и легко приспособиться ко мне.
– Яяяррр! – закричала она, извиваясь подо мной.
– Потерпи, сейчас, сейчас пройдет, – шептал я, сглотнув тугой комок отвращения к самому себе.
Отстранился, надеясь хоть как-то смягчить свои движения. Но мое тело рвалось вперед. Навалилось безумие, неконтролируемая жажда взяла верх над разумом.
Томирис обхватила меня за шею, притянула к своему лицу. Один миг, длиною в вечность, она смотрела в мои глаза, сжигая дотла душу, вернее то, что осталось от нее.
Ласковое прикосновение искусанных губ отдалось волной, растеклось по спине, выстрелило в пах. Нежность с соленым привкусом крови и слез.
