получать постоянную обратную связь. И что было самым топовым в этой покупке — это прошивки. Из всего закупленного для голема, я, в некотором роде, дам ему полноценные органы слуха, зрения, осязания и прочего. А это сделает его более живым.
Тем более, что теперь он сможет координироваться с другими механизмами в доме и вне его через стандартные сигналы. Это позволит управлять им с помощью телефона, компьютера, помимо моего «мозга», а также интегрировать в современные системы слежения и контроля. И что было самым главным, я купил ему речевой динамик.
Устал я от этого тяготящего «Тырды-дых». Пора бы и пообщаться. Не факт, что без нормального «мозга» у него получится формулировать речь, но попробовать стоило.
Кто знает, может, получится обойтись пока что без кристаллических плат? Он, всё же, разумен, как мне кажется.
— Босс, а зачем тебе всё это? — Илья с любопытством разглядывал содержимое большой тележки, которую я вёл перед собой. — Модули, датчики… Ты что, спутник строить собрался?
— Ты мне лучше скажи, — оборвал его я. — Что там у нас с юридическим лицом? Я сегодня смотрел базу по фирмам, и нам до сих пор не дали номер лицензии.
Я попал не в бровь, а в глаз. Был один затык, но Илья почему-то решил умолчать о нём.
— Ну?
— Да блин, — он отвязался от меня с содержимым тележки. Скорчил недовольную мину и не менее недовольно пояснил: — Проблема одна есть с чиновником. Не даёт он справку для нашей работы. Мозг мне взрывает, будто чего-то не хватает.
— А чего не хватает?
— Откуда мне знать, шеф? — Илья расстроился окончательно. — Мы с вами гоняем по работе, когда я успею в департамент съездить⁈
Хм. В департамент? Ну, поехали.
Я с тяжёлым сердцем расплачивался за свои покупки. Затем, очень бережно грузил все коробки в багажник автомобиля. А затем, мысленно матерился, когда Илья не объезжал ямы.
— Ты чего машину не жалеешь? — я скрестил руки на груди и попытался медитировать. — Груз повредишь.
— Всё, что попало в багажник, останется цело, босс, — с ухмылкой сообщил водитель. — А ямы… Ну, подвеску же заказали? Заказали. Что уж тут жалеть-то теперь⁈
В департаменте частного бизнеса мы оказались через четверть часа. И обстановка, так сказать, мне не очень понравилась. Уже на входе в здание просто воняло бюрократией и их проблемами. На входе нас встретил неприветливый охранник, который явно был настроен недружелюбно.
— Что забыли здесь? — спросил он, даже не глядя на нас. — Побираться в другом месте.
— Мы на приём, — сухо ответил я.
— Сомневаюсь, — он выставил перед собой руку и заявил нам: — Не пропущу.
Ах так…
В следующий миг в его гарнитуре зазвучал оцифрованный голос его начальника, который сообщил ему срочно двигаться в сторожку. Охранник отреагировал моментально и освободил нам путь-дорогу.
Следующей проблемой стала секретарь за стойкой администратора. Она не хотела нам говорить, где сидит местный чинуша Анатолий Полено. Но тут я справился без неё. Пробрался в базу данных её компьютера, отыскал нужный мне кабинет и молча повёл Илью к лифту. Через минуту постучался в кабинет номер «тринадцать» третьего этажа и без лишних слов вошёл.
Анатолий Александрович Полено был не самым приятным человеком на лицо. Четыре подбородка. Пузико, которое кормили наши налоги, и что было самое главное — так это его поросячьи глазки, которыми он глядел на непрошенных гостей. Наглые такие, недобрые.
— У меня обед.
— Час дня, — парировал я. — Вы уж извините, уважаемый, но работа не ждёт.
Он подумал с полминуты и всё же решил пообщаться с нами. Только вот, пока я говорил, кто мы и зачем пришли, он, как самый настоящий чинуша, жамкал свои ручонки и пыхтел.
Подзаработать на нас хотел, гад. Вот, чую!
Мелкий бюрократ, оказывается, отказывался выдавать нам нужную справку из-за того, что мы не оплатили пошлину. Хотя, Илья тут же достал из сумки квитанцию, которую получил в терминале «Дыня», что всё оплачено.
— И где вы платили, а? — Полено внимательно посмотрел на квитанцию и улыбнулся. Не добро как-то.
— В управе вашей я платил! — заявил Илья. — В терминале на первом этаже!
— Неправильный код бюджетной классификации, — заявил Анатолий Александрович. — Надо было в середине ставить цифру два, а не цифру три.
— Так, система не дала же выбрать орган, принимающий оплату, — тут уже начал спорить я. — Значит, оба номера подходят! Если бы не подходило, то и терминал бы не позволил выбрать орган, куда назначается платеж!
— Хм, — он заелозил ручками еще быстрее. — Нет. Не подходит, но, — он посмотрел на мое недовольное лицо и «предложил» нам решение. — Вы можете пожертвовать, так сказать, десять процентов от своего дохода в одно очень нуждающееся общество, — улыбка на его лице была отвратительной. — Есть у нас служба и приход, которые очень нуждаются в милостыне.
— Что-то душно стало… — протянул я.
— В таком случае я закрою глаза на эту неувязочку, — продолжил он, не реагируя на мои слова. — Ну, или оформляйте возврат, ждите его в течение тридцати рабочих дней, а затем подавайте заявку снова. И, дай бог, я рассмотрю ее в ближайший отчетный квартал. Сами понимаете, время — деньги. Я через час поеду на поклон в налоговый департамент, а после него, увы, у меня очень сильно болит голова.
— Весь квартал? — озлобился Илья. — А ничего больше не болит, например, жо…
Я одернул его и кивнул на выход.
— Ты бы, Илья, — начал отчитывать водителя в коридоре, — держал иногда язык за зубами. Вот зачем тебе этот конфликт? Тем более, что его можно решить иным путем.
— Да блин, шеф, ты же видел! Он нас огреть хотел на бабки! А после налоговой
