Читаем без скачивания Желтый дракон ЦЗЯО - Андрей Левин

"Естественная смерть Карима полностью исключает предположение о том, что он — жертва преступников. Значит, остается одно: он — член "Триады" и похоронен на ее ритуальном кладбище. Знала ли его жена о том, что он состоял в банде, или нет? Играет? Непохоже. А собственно, почему она должна играть? В любом случае смерть мужа для нее — тяжелая утрата. Допустим, она знает, кем был Карим. Тогда она не должна поверить в мою выдумку. Сын приятеля, о котором она слышит впервые. Наивно. Но с чего я взял, что она поверила? Она меня спрашивает об отце, чтобы потянуть время, собраться с мыслями. Но, в общем, она ведет себя вполне естественно. На полицию ей, в сущности, наплевать. Карим умер, жена за дела мужа не в ответе. Друзей у него, как она заявила, нет. Своевременно прикрыла себя с этой стороны. Если мы начнем требовать назвать сообщников мужа, она снова скажет, что никого не знает. А может, она и вправду никого не знает. А если я поинтересуюсь местом его захоронения? Покажу ей фотографию, которую она наверняка уже видела в газетах? Как она прореагирует на это? Ведь должна же она знать, где он похоронен? Или ее реакция будет такой же, как в свое время у мадам Вонг?"

Ло вспомнил тридцатилетней давности историю, которую слышал от Аланга. Некто Вонг Кунгкит, бывший чиновник чанкайшистского правительства, занимавшийся после второй мировой войны пиратством в Южных морях, в конце 1946 года был выдан полиции и смертельно ранен при попытке к бегству. Дело Кунгкита продолжила его жена, бывшая танцовщица, известная впоследствии под именем мадам Вонг. Прежде чем стать "королевой" пиратов, она через несколько дней после гибели мужа имела короткую беседу с двумя его сообщниками. Те явились к ней с предложением заняться более подходящим для женщины ремеслом и отдать в их распоряжение все оставшиеся после Кунгкита деньги. Мадам лаконично доказала друзьям покойного мужа, что они не правы, всадив в каждого по пуле из двух револьверов.

Ло усмехнулся, представив себе эту пожилую женщину с револьвером в руке. Но инспектора крайне интересовало, что ответит она на вопрос о могиле мужа. А может, они подстраховались и насыпали могильный холмик на каком-нибудь кладбище. Тогда она скажет, что ей ничего не известно. Придется добывать разрешение на вскрытие могилы, добиваться ее согласия...

Патрик деликатно перевел разговор на Карима. Женщина снова запричитала.

— Отец остался бы недоволен, если бы я уехал, не побывав на могиле господина Карима,— произнес инспектор, внимательно глядя на собеседницу. — Он рассказывал так много хорошего о вашем муже. Я просто обязан почтить его память.

— Да, да, конечно. Вам непременно нужно сходить на кладбище,— ответила вдова Карима, смахивая слезу.

— А где похоронен ваш муж? — быстро спросил Патрик.

— Кладбище недалеко отсюда. На Вонгчин-роуд.

"Любопытно,— отметил Патрик,— впечатление такое, будто она сама верит в то, что говорит. Значит, они все-таки подстраховались. Но не может же человек быть похороненным одновременно в двух местах! А если она ничего не знала о второй жизни Карима? Да она не могла не присутствовать на его похоронах. А может быть, "Триада" тайком выкопала труп и перевезла его на Блаканг-Мати? Неужели они придают такое огромное значение ритуалу? А почему бы нет? Аланг прав: в этом их сила. Кстати, если даже она знает все о Кариме, вскрытие могилы ничего не даст. Она изумится, может быть, даже бухнется в обморок, а потом скажет, что ничего не знает. Нет, лучше бы она действительно ничего не знала о муже. В этом случае — больше шансов нащупать ниточку, ведущую к его друзьям. Уж что-нибудь интересное она наверняка вспомнила бы"

— Если хотите, я провожу вас на кладбище. Я хожу туда каждый день.

Вдова Карима со скорбью посмотрела на фотографию мужа.

— Бедный Самсун! На твою могилу некому даже прийти, кроме меня. Ты наверняка рад будешь сыну своего друга.

— А на похоронах господина Карима было много народу? - поинтересовался Ло.

— Дома — несколько человек. Да и тех, признаться, я наняла. Нехорошо, когда за гробом некому идти. А на кладбище — не знаю. Может, и много... Обычно мусульманские похороны собирают столько любопытных.

"Вот в чем дело,- подумал инспектор,— она не была на кладбище. Теперь кое-что начинает проясняться..."

— А почему вы не пошли на кладбище? - поинтересовался он.

— Коран запрещает женщинам участвовать в похоронной процессии,— объяснила она.

— Вот оно что,— протянул Патрик,— я этого не знал. А родных у него не было?

— Только брат. Но они с Самсуном не ладили, хоть и были близнецами. Последние годы они совсем не виделись, потому что его брат переехал в Малайзию, там разбогател.

Все встало на свои места. Значит, на Блаканг-Мати было найдено тело не Карима, а его брата. И бедная женщина говорила сущую правду о своем муже. Но вслед за этой мыслью в голове Патрика тут же мелькнула другая: не слишком ли странное совпадение — оба брата умирают в одно и то же время от одинаковой, к тому же не очень распространенной болезни. Он хотел задать хозяйке еще один вопрос, но не успел. В прихожей раздался звонок. В глазах вдовы мелькнуло беспокойство.

— Кто бы это мог быть? — произнесла она удивленно.— Извините, я пойду открою.

"Действительно, кто мог пожаловать к ней в гости? — насторожился инспектор.— Ведь она сказала, что у них не было друзей. А похоже, что это запланированный визит. Звонок-то ее смутил".

Ло машинально прикоснулся к левому боку, где обычно косил под пиджаком пистолет, но с сожалением вспомнил, что оставил его в офисе. Он никак не ожидал, что сегодняшние поиски дадут такой результат.

Патрик быстро огляделся, поднялся со стула и встал сбоку от дверей, готовый к любой неожиданности. Из прихожей послышался сдавленный шепот. Через несколько секунд в комнату снова вошла хозяйка, а за ней мужчина в сонгкоке[12].

В первый момент Патрик остолбенел. В комнату вошел мужчина, чей портрет в траурной рамке висел на стене. Тот самый, с Блаканг-Мати! Если бы вдова Карима не сказала, что у её мужа есть близнец, Ло подумал бы, что у него просто галлюцинация. Он бросил еще один взгляд на фотографию, потом опять посмотрел на человека в сонгкоке. Сходство было поразительным!

— Познакомьтесь, господин Ло, это брат моего мужа.— Голос вдовы звучал неуверенно.— А это,— обратилась она к деверю,— сын старого друга Самсуна. Они с отцом живут в Малайзии.

Брат Карима вдруг побледнел и тяжело опустился на стул.

— Я так и знал,— еле выдавил он из себя.— Я так и знал, что этим кончится... Я это чувствовал. Не нужно нам было связываться! Это все ты...

— Что ты мелешь?! — зло перебила его вдова.— Что подумает наш гость? Он расскажет отцу, что в семье его друга все сумасшедшие!

Она повернулась к инспектору.

— Не обращайте внимания, господин Ло. Раззак очень тяжело переживает смерть своего брата. Так тяжело, что порой заговаривается. Я просто не знаю, что с ним делать. Раззак, господин Ло — сын старого друга Самсуна. Он, как и ты, живет в Малайзии. Я не понимаю...

Мужчина затряс головой.

— У меня... У меня никогда не было друзей в Малайзии. Этот господин... он, наверное, из полиции.

— У вас?! — невольно вырвалось у Патрика.— Вы сказали — у вас?

Сидевший умоляюще посмотрел на инспектора.

— Клянусь аллахом, мы не виноваты,— начал он быстро говорить, сбиваясь и путаясь,- мы не совершали никакого преступления. Если бы вы могли... Если бы он... Он тяжело заболел и умер. Если бы он не умер, он, конечно бы... Но он умер. А какая ему разница, что будет написано на его могиле? Мы уже все решили, когда он умер. А когда он был жив, мы и не думали. Клянусь аллахом, господин полицейский...

— Вы не ошиблись, я действительно из полиции,— сухо перебил его Ло.— А теперь успокойтесь и расскажите все членораздельно.

— Откуда мы знаем, что вы из полиции?! — почти выкрикнула хозяйка, враждебно глядя на Патрика.

Ло, усмехнувшись, вытащил из кармана удостоверение.

— Из вас вышла бы неплохая актриса, госпожа Карим.

— Вам тоже нужно было быть артистом! — огрызнулась та.— "Сын старого друга"! Ха-ха-ха!

Она нервно засмеялась. Инспектор посмотрел на мужчину.

— Я вас слушаю.

— Это все она придумала,— забормотал мужчина, совершенно подавленный.— Она! Я говорил: не надо. А она слушать ничего не хотела! Я предупреждал: аллах нас покарает...

— Ничтожество,— процедила сквозь зубы госпожа Карим и, воздев глаза кверху, добавила: - Да простит меня аллах,

— У вас будет время выяснить отношения,- заметил Патрик.- Нельзя ли поближе к делу?

— Я... Мы... — начал мужчина.

— Оставь,— раздраженно бросила госпожа Карим,— я сама все расскажу. Ты не способен даже на это!

Она повернулась к Патрику. Ее лицо было искажено злостью.

— Это мой муж — Самсун Карим,— она почти с отвращением произнесла имя сидевшего на стуле мужчины. — Его брат Раззак лет десять назад уехал в Малайзию и там сколотил при личный капитал. У него недавно умерла жена, и он приехал к нам. Я сразу поняла, что он долго не протянет. У него обнаружили цирроз печени. Как-то Самсун заикнулся о наследстве, но Раззак ответил, что почти все оставляет какой-то бедной родственнице жены. Он ее и в глаза-то никогда не видел, но все время твердил, что такова воля его супруги. Нужно совсем потерять стыд, чтобы забыть о своем родном брате и оставить деньги неизвестно кому. Когда он умер, у меня возникла прекрасная мысль, как сохранить деньги. Вот мы и решили... Они были очень похожи... даже я с трудом их различала. Как вам объяснить... Мы поменяли документы: Самсун умер, Раззак остался жить. Он жил один, и никто бы ничего не заметил. Да и сейчас все прошло бы нормально, если бы не эта... не этот недоумок! Да простит меня аллах! Преступления мы никакого не совершали, разве не так? Единственное, в чем нас могут обвинить — это в присвоении чужих документов. Что же, уплатим штраф... Но наследство мы все-таки заберем... Мы подадим в суд... Где это видано, чтобы оставлять наследство неизвестно кому...