собой поделать, ведь после его отрицательного ответа на мои к нему чувства прошло всего-то дня два — три. За такой короткий промежуток времени невозможно избавиться от чувств, к любимому мужчине.
Нет, хотя есть эликсир забвения, но он используется только в крайних случаях и то под пристальным взглядом лекаря и с закреплённой магической печатью просьбы, того индивида, решившегося на эту крайнюю меру по стиранию памяти. Потому что можно стереть не только болезненные для человека воспоминания, как и значимые для него.
Так, что этот вариант мне абсолютно не подходит.
"Время ― великий лекарь", ― вспомнились мне мамины слова.
А значит, лучший вариант просто плыть по течению и ждать, пока чувства поостынут, хотя, это очень сложно, когда объект обожания, постоянно рядом, да, ещё и так близко. Вот, прямо, как в данный момент.
***********************************
Проснувшись, какое-то время тупо пялился на свои руки, которые крепко обнимали спокойно спящую ведьмочку. Мой мозг, зараза, совершенно не хотел помогать мне вспоминать, какого цербера, я делаю в одной кровати со своей адепткой.
Напряг свои не до конца проснувшиеся извилины, прокручивая в голове события, произошедшие поздней ночью. И отчего-то вздох облегчения вот-вот готов был вырваться из груди. Ну, да, проходя на кухню мимо двери гостевой комнаты Тисы, заметил свет от магического светильника. Потом предложил свою помощь, устроиться ей поудобнее на кровати.
Использовал свою грудь, вместо временной опоры для её болевшей спины, надеясь, на то, что как только она уснёт, заменю себя подушкой, размером почти в человеческий рост. А во избежание её случайного падения с кровати, хотел поставить магический барьер похожий на диванный подлокотник ― мягкий и одновременно прочный.
Но, увы, бессовестным образом уснул, убаюканный, её размеренным дыханием и ритмичным стуком наших с ней сердец. И вот теперь в немом шоке смотрю на Тису, не зная, что сказать.
Жду в легкой панике того момента, когда она полностью осознает, кто лежит рядом с ней и начнёт верещать во всю силу своих лёгких перебудив моих домашних. Но мои страхи не оправдались, она довольно спокойно отреагировала на моё присутствие рядом с ней, произнеся обычное приветствие с добрым утром, прикрыв веки, видимо всё ещё была в полудрёме.
Не желая показаться грубияном, ответил ей тем же. А после, как ни в чём не бывало, предложил помочь ей переместиться в ванную комнату. На что она согласно кивнула, всё ещё не размыкая век.
Аккуратно подхватил её с кровати и посадив на кресло, поставленное специально для неё. Попросил подождать несколько минут, пообещав, что позову кого-то ей помочь привести себя в порядок ― бабулю или сестрёнку. Оставив дверь в гостевую комнату открытой, отправился на их поиски.
******************
Луэн ушёл, оставив меня дожидаться женщин его не большой семьи. Пока ждала, решила, что попрошу вынести меня на свежий воздух, там, где смогу спокойно почитать книги к занятиям, которые по вине болезни, так скажем пропускаю.
Вот после завтрака, а может даже по дороге в столовую, попрошу ректора.
Вскоре в ванную вошла бабушка Луэна и шустро при помощи бытовой магии помогла мне умыться и переодеться, спросив, что бы я хотела сегодня надеть. Я, прокрутив в голове содержимое своего скудного гардероба, перечислила.
Закончив тем, что скрепила мои волосы одной из моих заколок, вышла, а через пару секунд на пороге замаячила фигура Луэна.
Восседая на его руках, чувствовала не навязчивые, но приятные нотки парфюма. С удовольствием вдохнула приятный запах. Но вспомнив, что хотела обратиться к нему с просьбой, заговорила, нарушая тишину, возникшую между нами.
― Эм, Луэн, а можно мне устроиться где-нибудь на свежем воздухе и почитать? Не хочу отстать в учёбе за то время, что отсутствую.
― Да, конечно, есть беседка в саду, где ты сможешь… ― он умолк на полуфразе, а потом внезапно спросил:
― А разве ты не хотела скорее порисовать? Ты же любишь это делать?
Прежде чем ответить, отвернулась, чтобы он не заметил на моём лице вначале некое подобие ужаса от осознания того, что он видел мой разорванный альбом с его портретами, и следующее за ним полное безразличие ― видел и что с того, ведь наши чувства не взаимны, так что…
― Ну, как бы я, и об этом подумывала, но, увы, у меня нет альбома для рисования. Старый весь изрисовала, ― прошептала едва слышно, а чуть громче добавила:
― А новым не успела обзавестись, кое-что помешало моему походу в город на выходных.
― Моя шустрая сестрёнка, предположила такую вероятность, поэтому мы вчера купили тебе новый альбом, и кое-что ещё в дополнение к нему.
― Спасибо, конечно, но не стоило на меня тратиться, ― начала я.
― Это лишь приятные мелочи для моей гостьи, поэтому не жалею, что потратился.
После завтрака, как и обещал, отнёс меня в беседку за домом, куда чуть погодя вернулся с учебниками и альбомом для рисования и большой коробкой карандашей всех цветов и оттенков. Я всегда в тайне мечтала о таких. Не могу поверить, что они теперь у меня есть. Эти карандашики слегка сдобрены магией и поэтому рисовать ими очень просто.
Стоит лишь выбрать цвет и ткнуть пальчиком в место, где собираюсь рисовать определённым цветом. Так была поглощена разглядыванием содержимого коробки с карандашами, что не заметила отсутствия Луэна. Он видимо не стал отвлекать меня и тихонько ушёл. Ида, что-то там упоминала о предстоящем завтра педсовете. И жаловалась, что братик находиться в отвратительном настроении и едва ли не рычит на всех и вся.
Открыв первую страницу альбома, решила нарисовать для пробы своих рабочих инструментов, нет не ректора, а всего лишь беседку, окружённую цветами, в которой меня оставил заботливый хозяин дома.
Глава 18
Луэн Сарос
И вновь я проснулся в одной постели со своей адепткой. Хотя, не совсем проснулся, скорее меня разбудила вместо будильника моя заботливая сестрица. И подтрунивала надо мной всю дорогу до моей комнаты. Завтракая, радовался тому, что смог держать себя в руках, не позволяя себе никаких непристойностей, да и спать в одежде крайне неудобно, но что не сделаешь для комфортного сна той, что всё же, признался себе скрепя сердце, симпатизирует мне.
Только вот кажется, шоковое состояние после пробуждения стало моим постоянным спутником, а всему виной послужило осмысление того факта, что я добровольно ночевал в её кровати, и даже мысли не возникло уйти под утро, оставив её досыпать в гордом одиночестве.
И это-то
