Читаем без скачивания Гром над Тьмой Часть 4 - Тимур Машуков

— А тем, что, судя по твоему рассказу, это уничтожит всех окончательно, без возможности перерождения.

— Софа, я тебя умоляю, не тупи! О каком перерождении ты говоришь, когда мы уже будем сожраны? Ты думаешь, убив нас, пожиратели нам сохранят души? Не будь наивной. Если не сожрут они, то серые духи точно схомячат. Или ты наивно полагаешь, что Тьма способна на милосердие?

— Я ничего не полагаю, -огрызнулась та. —Но все равно, если есть хоть минимальный шанс выжить, его надо будет использовать.

— Это пустой разговор. Повторюсь, вы — мой последний довод в предстоящей битве. Если никакой надежды больше не останется, если вы увидите, что живых уже нет, вы используете кристаллы. Что бы вы ни увидели, как бы вам ни хотелось лезть в битву, вы останетесь на Аштаэлии, дабы избежать любых случайностей.

Встав, я перевернул мясо. Увидев, что оно уже готово, снял шампуры с мангала и ножом стянул с них шашлык в большое блюдо. Нарезав кольцами лук, я сбрызнул его уксусом, после чего положил его на мясо.

— Налетайте. В хорошем шашлыке содержится много гормонов радости, которых вам, судя по всему, сейчас не хватает.

Но они продолжали сидеть с кислыми рожами. И это моя шебутная Дуська и никогда неунывающая Софиэль? Смотреть на них было больно, но и утешать я их не хотел и не собирался. Они взрослые девочки, должны сами все понимать. Да и вообще, я не понимаю, из чего они создают трагедию? Умирать я не собираюсь, как и допускать смерть своих близких. Но у меня есть задача: спасти миры и желательно при этом выжить. Ну а если не получится выжить, то им ради всех живущих придется закончить то, что не смог я.

Но, повторюсь, помирать я не собирался. Мы учтем все возможные варианты событий, мы просчитаем каждую мелочь и только после этого нанесем удар. Никаких «с шашкой наголо» — только четкий план атаки с минимальными потерями и максимальной защитой.

Ладно, похоже, девушкам надо это все переварить и свыкнуться с тем, что я сказал. Моего прямого приказа они ослушаться не смогут, значит, сделают все как надо. Душевные терзания хороши для любовных романов, а тут у нас суровая реальность.

Доев свою порцию, я окинул взглядом стол, а после стянул с себя одежду и отправился к воде. Холода я не боялся, а вот смыть с себя прошлый день очень хотелось. Практически без плеска я вошел в воду, сделав пару мощных гребков, отправился на дно с целью посмотреть, есть ли тут что интересное. Дайвингом я никогда не увлекался, но сейчас меня будто что-то потянуло вниз. Может, искра Посейдона активировалась, может, еще что... Главное, что вода была прозрачной, поэтому я ничего не опасался. Ну, про предусмотрительно накинутые на себя стопицот щитов я говорить не буду. Сами понимаете, вода — штука коварная.

Медленное течение почти меня не беспокоило, и я, покрутившись внизу, улегся на дно и закрыл глаза, полностью расслабившись.

Спустя минуту-другую рядом со мной устроились Софиэль с одной стороны и Дуська с другой. Прижавшись, обнаженные девушки молча обнимали меня. Мы делились теплом друг с другом, забыв про остальной мир. Наверное, это было правильно. Иногда надо просто отключать голову и отправлять мозги на перезагрузку. Иначе можно центральный процессор спалить.

Не знаю, сколько мы так пролежали, но до меня донесся зов Ириски, что немедленно требовала прибыть домой по очень срочному делу. Покопавшись в памяти и не обнаружив там ничего особенного, запланированного на этот день, я попытался отмазаться, но сестра была непреклонна, и я чувствовал, как она по внутренней связи пытается меня найти. Тяжело вздохнув и пустив при этом пузыри, я совместно с девушками выбрался из реки.

Открыв портал, я отправил их в академию, а сам шагнул через Серый мир в поместье Громовых. И едва нос к носу не столкнулся с сестрой, что уже поджидала меня в позе «где ты шлялся до самого утра?!» — злая моська, руки в боки и глазки так и сверкают. Ух, красотка она у меня, даже когда злится!

— Пошли, нам надо срочно поговорить!

Схватив меня за руку, она помчалась к себе в комнату со мной в виде якоря.

— Так, мой божественный родственник! Меня, как твою ближайшую родственницу, пригласили в Ад на торжественное открытие филиала твоей академии. На самом деле, это не совсем филиал, а скорей, полигон для курсантов. Но там будут присутствовать высшие чины Ада, включая Люцифера...

— Так, стоп! -прервал я ее. — Что значит — пригласили в Ад?! Почему я об этом ничего не знаю?!! С каких это пор Люц почувствовал себя настолько бессмертным, что позволяет себе лезть к моей семье?! Ну-ка, где это приглашение?..

— Ну, бра-а-атик, -заныла она.

— Не зли меня, Ириска. Во-первых, ты никуда не пойдешь, ад — абсолютно неподходящее место для маленьких девочек! Во-вторых, у нас с ними заключено хрупкое перемирие, которое может рухнуть в любой момент. Несмотря на то, что демоны охраняют академию совместно с ангелами, я к этому не причастен. Они заключили договор об этом напрямую с Творцом. Пока я их терплю, но сколько это продлится, я не знаю. И вот сейчас он рискнул пригласить тебя, зная, что я буду против. Для чего, ты мне можешь сказать?

— Братик, я не вижу в этом ничего плохого. Я же пойду не одна. К тому же мне гарантировали безопасность. Тем более, зная тебя, можно быть уверенным, что так и будет. Никто не захочет рисковать. А мне надо развеяться. Скоро на Буян, а там будет не до развлечений, судя по твоим рассказам.

— Хочешь развлечений? -я хищно улыбнулся, причем так, что сестра от меня отодвинулась. —Я тебе их предоставлю.

Схватив ее за руку и накинув щит, открываю портал в Навь. Мы парим высоко в небе, под нами простирается мертвая земля. Остовы умерших деревьев, что своими кривыми, почерневшими ветками, кажется, протыкают небо; земля, из которой растет такая же мертвая трава, что пытается зацепиться за всякого, кто проходит мимо. И пустые тела, что медленно и бесцельно передвигаются, периодически издавая глухие стоны боли. То, что находится у них внутри, буквально пожирает остатки их душ. И духи, много духов, что находятся везде. Они чувствуют меня, боятся, но в то же время они готовы выполнить любой мой приказ.

— Это наш Ад, -говорю я задрожавшей сестре,